Ирэн Вартик — полная биография

Ирэн Вартик — полная биография

Когда снимался фильм «Я, снова я и Ирэн».

Ирэн Вартик - полная биографияЕженедельник «Тайм» посвятил ему обложку, в Голливуде он первым стал получать по 20 миллионов долларов за фильм. Джим Керри – один из немногих актеров, которые могут прекрасно сыграть в экзистенциалистской драме и свободно перейти к «идиотскому» юмору фильма «Я, снова я и Ирэн», – он уже вышел на наши экраны. Публика Керри обожает, а вот представители Американской академии киноискусства, судя по всему, – нет. Ведь несмотря на огромную популярность актера во всем мире, его ни разу не выдвинули на «Оскара»! Зато он получил два «Золотых глобуса».

В фильме Джим играет сразу две роли – «хорошего» Чарли и «плохого» Хэнка. С добрым Чарли случилось несчастье: у него началось раздвоение личности. И когда это происходит, он превращается в злобного, полусумасшедшего Хэнка. И хороший Чарли, и его отвратительный двойник влюблены в одну и ту же милую особу. Чарли ухаживает за своим предметом, как и положено добропорядочному американцу, зато Хэнка выкидывает умопомрачительные коленца. Фильм вышел на экраны недавно, собрал 72 миллиона долларов и несчетное количество писем с протестами. Протестуют американцы, страдающие от шизофрении и других подобных болезней, защитники животных – потому что в фильме плохо обращаются с коровой и курицей.

Ирэн Вартик - полная биография«Я абсолютно не испытывал никакого стыда, когда приходилось сниматься в скабрезных сценах, – говорит Джим Керри. – Если надо на съемочной площадке спустить штаны, кричу: «Всех прошу меня простить, а детей уведите подальше!» – и продолжаю действовать согласно сценарию. Да, у меня есть тринадцатилетняя дочь, она смотрит мои фильмы вместе со мной. Иногда я закрываю ей глаза, но не всегда: пусть живет в реальном мире! Это неправда, что я злой, я добрый, и вообще в картине «Я, снова я и Ирэн» есть много сцен, полных любви и нежности».

Почему – понятно. На съемочной площадке Джим встретил свою новую любовь – Рене Зелвеггер. Именно она играет главную героиню фильма. «Я абсолютно счастлив, – откровенничает Джим. – Рене – красавица, замечательная актриса, но главное – нежная, скромная девушка, я бы сказал, «старого покроя». А это для меня очень важно!»

Ирэн Феррари, биография, новости, фото

Ирэн Вартик - полная биография

Имя: Ирэн Феррари (Irene Ferrari)

Настоящее имя: Ирина Мацыно

День рождения: 12 февраля 1981 (39 лет)

Место рождения: г. Ильиногорск, Нижегородская область

Рост: 165 см

Вес: 59 кг

Восточный гороскоп: Петух

Карьера: Модели и дизайнеры 92 место

Фото: Ирэн Феррари

  • Ирэн Вартик - полная биография
  • Ирэн Вартик - полная биография
  • Ирэн Вартик - полная биография
  • Ирэн Вартик - полная биография
  • Ирэн Вартик - полная биография

Биография Ирэн Феррари

Ирэн Феррари – это женщина, к которой очень сложно относиться однозначно. Кто-то называет ее эталоном женской красоты, а кто-то говорит о ней, как о ярком примере упадка моральных норм в современном обществе.

Какому из двух вариантов отдавать предпочтение, пускай каждый решает сам для себя.

Мы же со своей стороны воздержимся от каких-либо суждений и умозаключений и просто расскажем об этой эпатажной женщине все, как есть.

Какой была ее жизнь до череды пластических операций? И как изменилась ее судьба после кардинального изменения внешности? Обо всем это и не только – читайте далее в нашем биографическом рассказе о самой пышногрудой женщине в современной России.

Ранние годы, детство и семья Ирэн Феррари

В раннем возрасте наша сегодняшняя героиня была самым обычным ребенком. Она посещала среднюю школу. Любила литературу и ненавидела математику и физику. Кроме того, доподлинно известно, что Ирэн Феррари в детстве серьезно занималась музыкой и даже успела окончить музыкальную школу (класс фортепиано).

После окончания школы девушка переехала в Санкт-Петербург, где стала учиться на юридическом факультете одного из тамошних ВУЗов. Ее специализация строилась преимущественно на гражданских делах, однако, несмотря на это, проходить практику девушка решила в местном отделении милиции. Там она планомерно работала над повышением своего профессионального уровня, а параллельно с этим вынашивала планы о создании собственной сети косметических салонов.

По некоторым данным впервые задуматься об изменении своей внешности девушка решила после болезненного разрыва с возлюбленным. В этот период она переехала из Санкт-Петербурга в Москву, где при активной поддержке родного дяди устроилась в адвокатскую фирму. Однако о какой-то блестящей карьере в юридической сфере все-таки говорить не приходится. Должность девушки была небольшой, а потому очень скоро Ирэн Феррари начала думать о переменах.

В этот период она начала активно интересоваться вопросами изменения параметров собственной фигуры. В середине двухтысячных годов девушка решилась на операцию по увеличению груди, поменяв размер со второго на четвертый.

Пластические операции Ирэн Феррари и перемены в жизни

Получив необходимые средства для безбедного существования, девушка окончательно переехала в Москву и уже совсем скоро решилась на еще одну операцию. Необходимые хирургические мероприятия были проведены французскими врачами недалеко от княжества Монако. В этом месте ей «закачали по полтора литра силикона», и ее грудь начала принимать нынешние впечатляющие параметры.

После этого были другие операции по совершенствованию бюста – моделирование формы сосков, различные подтяжки и прочие мероприятия, относящиеся к области эстетической медицины. В одном из своих интервью Ирэн Феррари отметила, что в настоящее время даже сама затрудняется точно определить размер своей груди. Отвечая на вопросы журналистов, пышногрудая леди однажды охарактеризовала свой размер как «седьмой, стремящийся к десятому». Однако в данном контексте стоит отметить, что параметры фигуры Ирэн нередко меняются.

После операций по изменению размера и формы груди последовали другие хирургические вмешательства. Так, в частности, наша сегодняшняя героиня сделала себя ягодицы, как у Дженнифер Лопес, и талию, как у Диты фон Тиз. Для этого Ирэн закачала силикон себе в бедра, а также удалила два нижних ребра. Далее последовали операции на лице – коррекция губ и носа. После всех кардинальных изменений женщина решила поменять себе также и имя в паспорте, превратившись, таким образом, из Ирины Мацыно в Ирэн Феррари.

С этого момента в ее судьбе начался принципиально новый этап. Благодаря внушительным параметрам груди, женщина стала известна и популярна в России и странах СНГ. В качестве полноправной звезды наша сегодняшняя героиня приняла участие в нескольких откровенных фотосессиях, представ обнаженной на страницах нескольких глянцевых изданий. Ее интервью стали часто появляться в газетах и журналах, а она сама стала частой гостьей различных телевизионных ток-шоу.

Весьма примечательным в этом плане стало интервью, данное известному журналисту Андрею Малахову, в котором девушка заявила, что потратила на свою внешность более миллиона долларов. Став заметной фигурой в мире российского шоу-бизнеса, Ирэн Феррари стала появляться в различных развлекательных передачах в качестве звездной гостьи. Помимо этого она устраивала также закрытые вечеринки для VIP-публики. На д анных вечеринках женщина нередко появлялась обнаженной.

Ирэн Вартик — полная биография

Мониторим, оптимизируем и не спим круглые сутки,
пока вы занимаетесь бизнесом!

Мониторим, оптимизируем и не спим круглые сутки,
пока вы занимаетесь бизнесом!

VPS на виртуализации KVM
с почасовой оплатой и снэпшотами

Универсальный веб-адрес
для любого проекта всего за 249 рублей

Перенесите сайт на обслуживание в REG.RU и получите промокод
на 1 месяц использования виртуального хостинга или VPS

Супер цена на регистрацию всех свободных
и продление числовых веб-адресов

Выберите один из 170 шаблонов дизайна,
добавьте вашу информацию — сайт готов!

Быстрый и надёжный виртуальный хостинг от REG.RU.
Автоустановка CMS. Домены и SSL в подарок.

Заказ и продление лицензий. Редакции от «Старт» до «Бизнес». Бонус — хостинг в подарок.

Готовые сайты на шаблонах CMS WordPress. Предустановлены и настроены на хостинге REG.RU.

Виртуальные серверы KVM
c почасовой оплатой. Готовые
шаблоны ОС и приложений.
Можно управлять по API.

Гарантия статуса сайта и безопасности передаваемых данных. Незаменимо для .

Выделенные серверы для проектов любой сложности. Готовые и индивидуальные решения.

Электронная почта Gmail, календарь,
документы и другие инструменты для
совместной работы онлайн с коллегами.

Электронная почта Gmail, календарь,
документы и другие инструменты для
совместной работы онлайн с коллегами.

Мировые лидеры CMS на облачной
платформе с неограниченной
мощностью для вашего бизнеса.

Красивый почтовый ящик
с любым именем и адресом
вашего домена.

Защита доменного имени,
системы мониторинга
и оповещения.

Безопасная площадка для
совершения сделок с домен-
ными именами и сайтами.

Хостинг и серверы

Создание сайтов

регистратор и хостинг-
провайдер в России

более 2.2 млн
клиентов

Доброго дня! Меня зовут Виталий, я веб-мастер. Стаж работы 6 лет. У меня около 30 активных сайтов на разных хостингах. REG.RU самый лучший из всех, которые я знаю. По всем показателям. Это проверено временем. Поэтому все новые проекты я делаю уже тут. А также участвую в партнёрской программе. От души благодарю всю команду за вашу замечательную, компетентную и достойную работу!

Я на agava.ru, которая переросла в REG.RU c 2007 года (брал аренду серверы, ставил свой сервер, теперь просто арендую место). До этого перепробовал не менее 8 разных хостингов, но остановился именно на нём. Нравится и техподдержка, и скорость, и сервисы. Видно, что проходят частые модернизации, т. е. в отличие от конкурентов на месте не стоят.

Нравится в Reg.Ru, что действительно есть из чего выбрать – хостинг действительно гибкий в плане требований пользователя. Самые разные варианты тарифных планов по разным ценам. Плюс гарантированный возврат оплаты по требованию – неплохое впечатление. Посмотрим, как дальше покажет себя в плане надежности, но пока вроде все хорошо, а если там раз в полгода обвалится, так и на солнце есть пятна.

Здравствуйте! Все предельно ясно. До того, как начал самостоятельно изучать сайтостроение мне рассказывали о том, что REG.RU надежнее, но нужно уже быть профессионалом, т.к. Вы крупный регистратор и всем отвечать на вопросы просто нереально. Но я вижу совершенно иную картину и если свой первый домен я заказывал у хостинг провайдера, то теперь буду делать это напрямую, не опасаясь ошибок. А благодаря ссылкам в ответах, узнал много нового и полезного. Спасибо большое!

В целом хостинг понравился. Удобная админка, адекватная поддержка. Бывают проблемы с загрузкой файлов через панель, толи подвисает, толи х/з. И после изменения файлов в редакторе не всегда изменения сохраняются с первого нажатия на кнопку, мелочь но все же. Что касается доступности сайта, тут проблем пока не было.

Работаю с хостингом Reg.ru уже второй год. Сервис очень нравится. Доступные цены как на хостинги, так и на домены. Довольно-таки часто проходят разные акции. Всегда приходят оповещения на почту. На моей практике сервер ни разу не вылетал. Скорость очень хорошая! Если у меня возникают какие-либо вопросы, служба поддержки всегда приветливо отвечает и очень доступно всё объясняет. Также преимуществами являются безлимитный жесткий диск и безлимитный трафик. Всем советую!

Мой сайт на этом хостинге уже третий год, у них же регистрировал доменное имя. Полностью доволен, нареканий нет, надежный и быстрый, ни разу не было такого, что сайт недоступен или тормозит. Масса полезных связанных сервисов. Наверное единственный незначительный минус — цена, она не такая низкая, как у других хостеров, однако для меня всегда лучше заплатить чуть больше, но быть уверенным в том, что никаких проблем не возникнет. Если резюмировать, то это взрослый, состоявшийся хостинг для взрослых, серьезных людей.

Мы внимательно следим за вашими оценками и отзывами о работе службы поддержки

Скандал в Богемии

Для Шерлока Холмса она всегда оставалась «Этой Женщиной».

Я редко слышал, чтобы он называл ее каким-либо другим именем. В

его глазах она затмевала всех представительниц своего пола. Не

то чтобы он испытывал к Ирэн Адлер какое-либо чувство, близкое

к любви. Все чувства, и особенно любовь, были ненавистны его

холодному, точному, но удивительно уравновешенному уму.

По-моему, он был самой совершенной мыслящей и наблюдающей

машиной, какую когда-либо видел мир; но в качестве влюбленного

он оказался бы не на своем месте. Он всегда говорил о нежных

чувствах не иначе, как с презрительной насмешкой, с издевкой.

Нежные чувства были в его глазах великолепным объектом для

наблюдения, превосходным средством сорвать покров с

человеческих побуждений и дел. Но для изощренного мыслителя

допустить такое вторжение чувства в свой утонченный и

великолепно налаженный внутренний мир означало бы внести туда

смятение, которое свело бы на нет все завоевания его мысли.

Песчинка, попавшая в чувствительный инструмент, или трещина в

одной из его могучих линз — вот что такое была бы любовь для

такого человека, как Холмс. И все же для него существовала одна

женщина, и этой женщиной была покойная Иран Адлер, особа весьма

и весьма сомнительной репутации.

За последнее время я редко виделся с Холмсом — моя

женитьба отдалила нас друг от друга. Моего личного безоблачного

счастья и чисто семейных интересов, которые возникают у

человека, когда он впервые становится господином собственного

домашнего очага, было достаточно, чтобы поглотить все мое

внимание. Между тем Холмс, ненавидевший своей цыганской душой

всякую форму светской жизни, оставался жить в нашей квартире на

Бейкер-стрит, окруженный грудами своих старых книг, чередуя

недели увлечения кокаином с приступами честолюбия, дремотное

состояние наркомана — с дикой энергией, присущей его натуре.

Как и прежде, он был глубоко увлечен расследованием

преступлений. Он отдавал свои огромные способности и

необычайный дар наблюдательности поискам нитей к выяснению тех

тайн, которые официальной полицией были признаны непостижимыми.

Время от времени до меня доходили смутные слухи о его делах: о

том, что его вызывали в Одессу в связи с убийством Трепова, о

том, что ему удалось пролить свет на загадочную трагедию

братьев Аткинсон в Тринкомали, и, наконец, о поручении

голландского королевского дома, выполненном им исключительно

Однако, помимо этих сведений о его деятельности, которые я

так же, как и все читатели, черпал из газет, я мало знал о моем

прежнем друге и товарище.

Однажды ночью — это было 20 марта 1888 года — я

возвращался от пациента (так как теперь я вновь занялся частной

практикой), и мой путь привел меня на Бейкер-стрит. Когда я

проходил мимо хорошо знакомой двери, которая в моем уме

навсегда связана с воспоминанием о времени моего сватовства и с

мрачными событиями «Этюда в багровых тонах», меня охватило

острое желание вновь увидеть Холмса и узнать, над какими

проблемами нынче работает его замечательный ум. Его окна были

ярко освещены, и, посмотрев вверх, я увидел его высокую,

худощавую фигуру, которая дважды темным силуэтом промелькнула

на опущенной шторе. Он быстро, стремительно ходил по комнате,

низко опустив голову и заложив за спину руки. Мне, знавшему все

его настроения и привычки, его ходьба из угла в угол и весь его

внешний облик говорили о многом. Он вновь принялся за работу.

Он стряхнул с себя навеянные наркотиками туманные грезы и

распутывал нити какой-то новой загадки. Я позвонил, и меня

проводили в комнату, которая когда-то была отчасти и моей.

Он встретил меня без восторженных излияний. Таким

излияниям он предавался чрезвычайно редко, но, мне кажется, был

рад моему приходу. Почти без слов, он приветливым жестом

пригласил меня сесть, подвинул ко мне коробку сигар и указал на

погребец, где хранилось вино. Затем он встал перед камином и

оглядел меня своим особым, проницательным взглядом.

— Семейная жизнь вам на пользу, — заметил он. — Я

думаю, Уотсон, что с тех пор, как я вас видел, вы пополнели на

семь с половиной фунтов.

— Правда? Нет, нет, немного больше. Чуточку больше,

уверяю вас. И снова практикуете, как я вижу. Вы мне не

говорили, что собираетесь впрячься в работу.

— Так откуда же вы это знаете?

— Я вижу это, я делаю выводы. Например, откуда я знаю,

что вы недавно сильно промокли и что ваша горничная большая

— Дорогой Холмс, — сказал я, — это уж чересчур. Вас

несомненно сожгли бы на костре, если бы вы жили несколько веков

назад. Правда, что в четверг мне пришлось быть за городом и я

вернулся домой весь испачканный, но ведь я переменил костюм,

так что от дождя не осталось следов. Что касается Мэри Джен,

она и в самом деле неисправима, и жена уже предупредила, что

хочет уволить ее. И все же я не понимаю, как вы догадались об

Холмс тихо рассмеялся и потер свои длинные нервные руки.

— Проще простого! — сказал он. — Мои глаза уведомляют

меня, что с внутренней стороны вашего левого башмака, как раз

там, куда падает свет, на коже видны шесть почти параллельных

царапин. Очевидно, царапины были сделаны кем-то, кто очень

небрежно обтирал края подошвы, чтобы удалить засохшую грязь.

Отсюда я, как видите, делаю двойной вывод, что вы выходили в

дурную погоду и что у вас очень скверный образчик лондонской

прислуги. А что касается вашей практики, — если в мою комнату

входит джентльмен, пропахший йодоформом, если у него на

указательном пальце правой руки черное пятно от азотной

кислоты, а на цилиндре — шишка, указывающая, куда он запрятал

свой стетоскоп, я должен быть совершенным глупцом, чтобы не

признать в нем деятельного представителя врачебного мира.

Я не мог удержаться от смеха, слушая, с какой легкостью он

объяснил мне путь своих умозаключений.

— Когда вы раскрываете свои соображения, — заметил я, —

все кажется мне смехотворно простым, я и сам без труда мог бы

все это сообразить. А в каждом новом случае я совершенно

ошеломлен, пока вы не объясните мне ход ваших мыслей. Между тем

я думаю, что зрение у меня не хуже вашего.

— Совершенно верно, — ответил Холмс, закуривая папиросу

и вытягиваясь в кресле. — Вы смотрите, но вы не наблюдаете, а

это большая разница. Например, вы часто видели ступеньки,

ведущие из прихожей в эту комнату?

— Ну, несколько сот раз!

— Отлично. Сколько же там ступенек?

— Сколько? Не обратил внимания.

— Вот-вот, не обратили внимания. А между тем вы видели! В

этом вся суть. Ну, а я знаю, что ступенек — семнадцать, потому

что я и видел, и наблюдал. Кстати, вы ведь интересуетесь теми

небольшими проблемами, в разрешении которых заключается мое

ремесло, и даже были добры описать два-три из моих маленьких

опытов. Поэтому вас может, пожалуй, заинтересовать вот это

Он бросил мне листок толстой розовой почтовой бумаги,

валявшийся на столе.

— Получено только что, — сказал он. — Прочитайте-ка

Письмо было 6es дата, без подписи и без адреса.

«Сегодня вечером, без четверти восемь, — говорилось в

записке, — к Вам придет джентльмен, который хочет получить у

Вас консультацию по очень важному делу. Услуги, оказанные Вами

недавно одному из королевских семейств Европы, показали, что

Вам можно доверять дела чрезвычайной важности. Такой отзыв о

Вас мы со всех сторон получали. Будьте дома в этот час и не

подумайте ничего плохого, если Ваш посетитель будет в маске».

— Это в самом деле таинственно, — заметил я. — Как вы

думаете, что все это значит?

— У меня пока нет никаких данных. Теоретизировать, не

имея данных, опасно. Незаметно для себя человек начинает

подтасовывать факты, чтобы подогнать их к своей теории, вместо

того чтобы обосновывать теорию фактами. Но сама записка! Какие

вы можете сделать выводы из записки?

Я тщательно осмотрел письмо и бумагу, на которой оно было

— Написавший это письмо, по-видимому, располагает

средствами, — заметил я, пытаясь подражать приемам моего

друга. — Такая бумага стоит не меньше полкроны за пачку. Очень

уж она прочная и плотная.

— Диковинная — самое подходящее слово, — заметил Холмс.

— И это не английская бумага. Посмотрите ее на свет.

Я так и сделал и увидел на бумаге водяные знаки: большое

«Е и маленькое «g», затем «Р» и большое «G» с маленьким «t».

— Какой вывод вы можете из этого сделать? — спросил

— Это несомненно имя фабриканта или, скорее, его

— Вот и ошиблись! Большое «G» с маленьким «t» — это

сокращение «Gesellschaft», что по-немецки означает «компания».

Это обычное сокращение, как наше «К°». «Р», конечно, означает

«Papier», бумага. Расшифруем теперь «Е». Заглянем в иностранный

географический справочник. — Он достал с полки тяжелый

фолиант в коричневом переплете. — Eglow, Eglonitz. Вот мы и

нашли: Egeria. Это местность, где говорят по-немецки, в

Богемии, недалеко от Карлсбада1. Место смерти Валленштейна2,

славится многочисленными стекольными заводами и бумажными

фабриками. Ха-ха, мой мальчик, какой вы из этого делаете

вывод? — Глаза его сверкнули торжеством, и он выпустил из

своей трубки большое синее облако.

— Бумага изготовлена в Богемии, — сказал я.

— Именно. А человек, написавший записку, немец. Вы

замечаете странное построение фразы: «Такой отзыв о вас мы со

всех сторон получали»? Француз или русский не мог бы так

написать. Только немцы так бесцеремонно обращаются со своими

глаголами. Следовательно, остается только узнать, что нужно

этому немцу, который пишет на богемской бумаге и предпочитает

носить маску, лишь бы не показывать своего лица. Вот и он

сам, если я не ошибаюсь. Он разрешит все наши сомнения.

Мы услышали резкий стук лошадиных копыт и визг колес,

скользнувших вдоль ближайшей обочины. Вскоре затем кто-то с

силой дернул звонок.

— Судя по звуку, парный экипаж. Да, — продолжал он,

выглянув в окно, — изящная маленькая карета и пара рысаков.

по сто пятьдесят гиней каждый. Так или иначе, но это дело

пахнет деньгами, Уотсон.

— Я думаю, что мне лучше уйти, Холмс?

— Нет, нет, оставайтесь! Что я стану делать без моего

биографа? Дело обещает быть интересным. Будет жаль, если вы

— Ничего, ничего. Мне может понадобиться ваша помощь, и

ему тоже. Ну, вот он идет. Садитесь в это кресло, доктор, и

будьте очень внимательны.

Медленные, тяжелые шаги, которые мы слышали на лестнице и

в коридоре, затихли перед самой нашей дверью. Затем раздался

громкий и властный стук.

— Войдите! — сказал Холмс.

Вошел человек ростом едва ли меньше шести футов и шести

дюймов3, геркулесовского сложения. Он был одет роскошно, но эту

роскошь сочли бы в Англии вульгарной. Рукава и отвороты его

двубортного пальто были оторочены тяжелыми полосами каракуля;

темно-синий плащ, накинутый на плечи, был подбит

огненно-красным шелком и застегнут на шее пряжкой из

сверкающего берилла. Сапоги, доходящие до половины икр и

обшитые сверху дорогим коричневым мехом, дополняли то

впечатление варварской пышности, которое производил весь его

облик. В руке он держал широкополую шляпу, а верхняя часть его

лица была закрыта черной маской, опускавшейся ниже скул. Эту

маску, походившую на забрало, он, очевидно, только что надел,

потому что, когда он вошел, рука его была еще поднята. Судя по

нижней части лица, это был человек сильной воли: толстая

выпяченная губа и длинный прямой подбородок говорили о

решительности, переходящей в упрямство.

— Вы получили мою записку? — спросил он низким, грубым

голосом с сильным немецким акцентом. — Я сообщал, что приду к

вам. — Он смотрел то на одного из нас, то на другого, видимо

не зная, к кому обратиться.

— Садитесь, пожалуйста. — сказал Холмс. — Это мой друг

и товарищ, доктор Уотсон. Он так добр, что иногда помогает мне

в моей работе. С кем имею честь говорить?

— Вы можете считать, что я граф фон Крамм, богемский

дворянин. Полагаю, что этот джентльмен, ваш друг, — человек,

достойный полного доверия, и я могу посвятить его в дело

чрезвычайной важности? Если это не так, я предпочел бы

беседовать с вами наедине.

Я встал, чтобы уйти, но Холмс схватил меня за руку и

толкнул обратно в кресло:

— Говорите либо с нами обоими, либо не говорите. В

присутствии этого джентльмена вы можете сказать все, что

сказали бы мне с глазу на глаз.

Граф пожал широкими плечами.

— В таком случае я должен прежде всего взять с вас обоих

слово, что дело, о котором я вам сейчас расскажу, останется в

тайне два года. По прошествии двух лет это не будет иметь

значения. В настоящее время я могу, не преувеличивая, сказать:

вся эта история настолько серьезна, что может отразиться на

— Даю слово, — сказал Холмс.

— Простите мне эту маску, — продолжал странный

посетитель. — Августейшее лицо, по поручению которого я

действую, пожелало, чтобы его доверенный остался для вас

неизвестен, и я должен признаться, что титул, которым я себя

назвал, не совсем точен.

— Это я заметил, — сухо сказал Холмс.

— Обстоятельства очень щекотливые, и необходимо принять

все меры, чтобы из-за них не разросся огромный скандал, который

мог бы сильно скомпрометировать одну из царствующих династий

Европы. Говоря проще, дело связано с царствующим домом

Ормштейнов, королей Богемии.

— Так я и думал, — пробормотал Холмс, поудобнее

располагаясь в кресле и закрывая глаза.

Посетитель с явным удивлением посмотрел на лениво

развалившегося, равнодушного человека, которого ему,

несомненно, описали как самого проницательного и самого

энергичного из всех европейских сыщиков. Холмс медленно открыл

глаза и нетерпеливо посмотрел на своего тяжеловесного клиента.

— Если ваше величество соблаговолите посвятить нас в свое

дело, — заметил он, — мне легче будет дать вам совет.

Посетитель вскочил со стула и принялся шагать по комнате в

сильном возбуждении. Затем с жестом отчаяния он сорвал с лица

маску и швырнул ее на пол.

— Вы правы, — воскликнул он, — я король! Зачем мне

пытаться скрывать это?

— Действительно, зачем? Ваше величество еще не начали

говорить, как я уже знал, что передо мной Вильгельм Готтсрейх

Сигизмунд фон Ормштейн, великий князь Кассель-Фельштейнский и

наследственный король Богемии.

— Но вы понимаете, — сказал наш странный посетитель,

снова усевшись и поводя рукой по высокому белому лбу, — вы

понимаете, что я не привык лично заниматься такими делами!

Однако вопрос настолько щекотлив, что я не мог доверить его

кому-нибудь из полицейских агентов, не рискуя оказаться в его

власти. Я приехал из Праги инкогнито специально затем, чтобы

обратиться к вам за советом.

— Пожалуйста, обращайтесь, — сказал Холмс, снова

— Факты вкратце таковы: лет пять назад, во время

продолжительного пребывания в Варшаве, я познакомился с хорошо

известной авантюристкой Ирэн Адлер. Это имя вам, несомненно,

— Будьте любезны, доктор, посмотрите в моей картотеке, —

пробормотал Холмс, не открывая глаз.

Много лет назад он завел систему регистрации разных

фактов, касавшихся людей и вещей, так что трудно было назвать

лицо или предмет, о которых он не мог бы сразу дать сведения. В

данном случае я нашел биографию Ирэн Адлер между биографией

еврейского раввина и биографией одного начальника штаба,

написавшего труд о глубоководных рыбах.

— Покажите-ка, — сказал Холмс. — Гм! Родилась в

Нью-Джерси в 1858 году. Контральто, гм. Ла Скала, так-так.

Примадонна императорской оперы в Варшаве, да! Покинула оперную

сцену, ха! Проживает в Лондоне. совершенно верно! Ваше

величество, насколько я понимаю, попали в сети к этой молодой

особе, писали ей компрометирующие письма и теперь желали бы

вернуть эти письма.

— Совершенно верно. Но каким образом?

— Вы тайно женились на ней?

— Никаких документов или свидетельств?

— В таком случае, я вас не понимаю, ваше величество. Если

эта молодая женщина захочет использовать письма для шантажа или

других целей, как она докажет их подлинность?

— Моя личная почтовая бумага.

— Моя личная печать.

— Но мы сфотографированы вместе!

— О-о, вот это очень плохо! Ваше величество действительно

допустили большую оплошность.

— Я был без ума от Ирэн.

— Вы серьезно себя скомпрометировали.

— Тогда я был всего лишь кронпринцем. Я был молод. Мне и

теперь только тридцать.

— Фотографию необходимо во что бы то ни стало вернуть.

— Мы пытались, но нам не удалось.

— Ваше величество должны пойти на издержки: фотографию

— Ирэн не желает ее продавать.

— Тогда ее надо выкрасть.

— Было сделано пять попыток. Я дважды нанимал взломщиков,

и они перерыли весь ее дом. Раз, когда она путешествовала, мы

обыскали ее багаж. Дважды ее заманивали в ловушку. Мы не

добились никаких результатов.

— Ничего себе задачка! — сказал он.

— Но для меня это очень серьезная задача! — с упреком

— Да, действительно. А что она намеревается сделать с

— Но каким образом?

— Я собираюсь жениться.

— Об этом я слышал.

— На Клотильде Лотман фон Саксен-Менинген. Быть может, вы

знаете строгие принципы этой семьи. Сама Клотильда —

воплощенная чистота. Малейшая тень сомнения относительно моего

прошлого привела бы к разрыву.

— Она грозит, что пошлет фотоснимок родителям моей

невесты. И пошлет, непременно пошлет! Вы ее не знаете. У нее

железный характер. Да, да, лицо обаятельной женщины, а душа

жестокого мужчины. Она ни перед чем не остановится, лишь бы не

дать мне жениться на другой.

— Вы уверены, что она еще не отправила фотографию вашей

— Она сказала, что пошлет фотографию в день моей

официальной помолвки. А это будет в ближайший понедельник.

— О, у нас остается три дня! — сказал Холмс, зевая. — И

это очень приятно, потому что сейчас мне надо заняться

кое-какими важными делами. Ваше величество, конечно, останетесь

пока что в Лондоне?

— Конечно. Вы можете найти меня в гостинице Лэнгхэм под

именем графа фон Крамма.

— В таком случае, я пришлю вам записочку — сообщу, как

— Очень прошу вас. Я так волнуюсь!

— Ну, а как насчет денег?

— Тратьте, сколько найдете нужным. Вам предоставляется

полная свобода действий.

— О, я готов отдать за эту фотографию любую из провинций

— А на текущие расходы?

Король достал из-за плаща тяжелый кожаный мешочек и

положил его на стол.

— Здесь триста фунтов золотом и семьсот ассигнациями, —

Холмс написал расписку на страничке своей записной книжки

и вручил королю.

— Адрес мадемуазель? — спросил он.

— Брайони-лодж, Серпантайн-авеню, Сент-Джонсвуд.

— И еще один вопрос, — сказал он. — Фотография была

— А теперь доброй ночи, ваше величество, к я надеюсь, что

скоро у нас будут хорошие вести. Доброй ночи, Уотсон, —

добавил он, когда колеса королевского экипажа застучали по

мостовой. — Будьте любезны зайти завтра в три часа, я бы хотел

потолковать с вами об этом деле.

Ровно в три часа я был на Бейкер-стрит, но Холмс еще не

вернулся. Экономка сообщила мне, что он вышел из дому в начале

девятого. Я уселся у камина с намерением дождаться его, сколько

бы мне ни пришлось ждать. Я глубоко заинтересовался его

расследованием, хотя оно было лишено причудливых и мрачных

черт, присущих тем двум преступлениям, о которых я рассказал в

другом месте. Но своеобразные особенности этого случая и

высокое положение клиента придавали делу необычный характер.

Если даже оставить в стороне самое содержание исследования,

которое производил мой друг, — как удачно, с каким мастерством

он сразу овладел всей ситуацией и какая строгая, неопровержимая

логика была в его умозаключениях! Мне доставляло истинное

удовольствие следить за быстрыми, ловкими приемами, с помощью

которых он разгадывал самые запутанные тайны. Я настолько

привык к его неизменным триумфам, что самая возможность неудачи

не укладывалась у меня в голове.

Было около четырех часов, когда дверь отворилась и в

комнату вошел подвыпивший грум4, с бакенбардами, с растрепанной

шевелюрой, с воспаленным лицом, одетый бедно и вульгарно. Как

ни привык я к удивительной способности моего друга менять свой

облик, мне пришлось трижды вглядеться, прежде чем я

удостоверился, что это действительно Холмс. Кивнув мне на ходу,

он исчез в своей спальне, откуда появился через пять минут в

темном костюме, корректный, как всегда. Сунув руки в карманы,

он протянул ноги к пылающему камину и несколько минут весело

— Чудесно! — воскликнул он, затем закашлялся и снова

расхохотался, да так, что под конец обессилел и в полном

изнеможении откинулся на спинку кресла.

— Смешно, невероятно смешно! Уверен, что вы никогда не

угадаете, как я провел это утро и что я в конце концов сделал.

— Не могу себе представить. Полагаю, что вы наблюдали за

привычками или, может быть, за домом мисс Ирэн Адлер.

— Совершенно верно, но последствия были довольно

необычайные. Однако расскажу по порядку. В начале девятого я

вышел из дому под видом безработного грума. Существует

удивительная симпатия, своего рода содружество между всеми, кто

имеет дело с лошадьми. Станьте грумом, и вы узнаете все, что

вам надо. Я быстро нашел Брайони-лодж. Это крохотная шикарная

двухэтажная вилла; она выходит на улицу, позади нее сад.

Массивный замок на садовой калитке. С правой стороны большая

гостиная, хорошо обставленная, с высокими окнами, почти до

полу, и с нелепыми английскими оконными затворами, которые мог

бы открыть и ребенок. За домом ничего особенного, кроме того,

что к окну галереи можно добраться с крыши каретного сарая. Я

обошел этот сарай со всех сторон и рассмотрел его очень

внимательно, но ничего интересного не заметил. Затем я пошел

вдоль улицы и увидел, как я и ожидал, в переулке, примыкающем к

стене сада, конюшню. Я помог конюхам чистить лошадей и получил

за это два пенса, стакан водки, два пакета табаку и вдоволь

сведений о мисс Адлер, а также и о других местных жителях.

Местные жители меня не интересовали нисколько, но я был

вынужден выслушать их биографии.

— А что вы узнали об Ирэн Адлер? — спросил я.

— О, она вскружила головы всем мужчинам в этой части

города. Она самое прелестное существо из всех, носящих дамскую

шляпку на этой планете. Так говорят в один голос все

серпантайнские конюхи. Она живет тихо, выступает иногда на

концертах, ежедневно в пять часов дня выезжает кататься и ровно

в семь возвращается к обеду. Редко выезжает в другое время,

кроме тех случаев, когда она поет. Только один мужчина посещает

ее — только один, но зато очень часто. Брюнет, красавец,

прекрасно одевается, бывает у нее ежедневно, а порой и по два

раза в день. Его зовут мистер Годфри Нортон из Темпла5. Видите,

как выгодно войти в доверие к кучерам! Они его возили домой от

серпантайнских конюшен раз двадцать и все о нем знают. Выслушав

то, что они мне рассказывали, я снова стал прогуливаться взад и

вперед вблизи Брайони-лодж и обдумывать дальнейшие действия.

Этот Годфри Нортон, очевидно, играет существенную роль во

всем деле. Он юрист. Это звучит зловеще. Что их связывает и

какова причина его частых посещений? Кто она: его клиентка? Его

друг? Его возлюбленная? Если она его клиентка, То, вероятно,

отдала ему на хранение ту фотографию. Если же возлюбленная —

едва ли. От решения этого вопроса зависит, продолжать ли мне

работу в Брайони-лодж или обратить внимание на квартиру того

джентльмена в Темпле. Этот вопрос очень щекотлив и расширяет

поле моих розысков. Боюсь, Уотсон, что надоедаю вам этими

подробностями, но, чтобы вы поняли всю ситуацию, я должен

открыть вам мои мелкие затруднения.

— Я внимательно слежу за вашим рассказом, — ответил я.

— Я все еще взвешивал в уме это дело, когда к

Брайони-лодж подкатил изящный экипаж и из него выскочил

какой-то джентльмен, необычайно красивый, усатый, смуглый, с

орлиным носом. Очевидно, это и был тот субъект, о котором я

слышал. По-видимому, он очень спешил и был крайне взволнован.

Приказав кучеру ждать, он пробежал мимо горничной, открывшей

ему дверь, с видом человека, который чувствует себя в этом доме

Он пробыл там около получаса, и мне было видно через окно

гостиной, как он ходит взад и вперед по комнате, возбужденно

толкует о чем-то и размахивает руками. Ее я не видел. Но вот он

вышел на улицу, еще более взволнованный. Подойдя к экипажу, он

вынул из кармана золотые часы и озабоченно посмотрел на них.

«Гоните, как дьявол! — крикнул он кучеру. — Сначала к Гроссу

и Хенке на Риджент-стрит, а затем к церкви святой Моники на

Эджвер-роуд. Полгинеи, если доедете за двадцать минут!»

Они умчались, а я как раз соображал, не последовать ли мне

за ними, как вдруг к дому подкатило прелестное маленькое

ландо6. Пальто на кучере было полуэастегнуто, узел галстука

торчал под самым ухом, а ремни упряжи выскочили из пряжек.

Кучер едва успел остановить лошадей, как Ирэн выпорхнула из

дверей виллы и вскочила в ландо. Я видел ее лишь одно

мгновение, но а этого было довольно: очень миловидная женщина с

таким лицом, в которое мужчины влюбляются до смерти. «Церковь

святой Моники, Джон! — крикнула она. — Полгинеи, если доедете

за двадцать минут!»

Это был случай, которого нельзя было упустить, Уотсон. Я

уже начал раздумывать, что лучше: бежать за ней вслед или

прицепиться к задку ландо, как вдруг на улице показался кэб.

Кучер дважды посмотрел на такого неказистого седока, но я

вскочил прежде, чем он успел что-либо возразить. «Церковь

святой Моники, — сказал я, — и полгинеи, если вы доедете за

двадцать минут!» Было без двадцати пяти минут двенадцать, и,

конечно, нетрудно было догадаться, в чем дело.

Мой кэб мчался стрелой. Не думаю, чтобы когда-нибудь я

ехал быстрее, но экипаж и ландо со взмыленными лошадьми уже

стояли у входа в церковь. Я рассчитался с кучером и взбежал по

ступеням. В церкви не было ни души, кроме тех, за кем я

следовал, да священника, который, по-видимому, обращался к ним

с какими-то упреками. Все трое стояли перед алтарем. Я стал

бродить по боковому приделу, как праздношатающийся, случайно

зашедший в церковь. Внезапно, к моему изумлению, те трое

обернулись ко мне, и Годфри Нортон со всех ног бросился в мою

«Слава богу! — закричал он. — Вас-то нам и нужно.

«В чем дело?» — спросил я.

«Идите, идите, добрый человек, всего три минуты!»

Меня чуть не силой потащили к алтарю, и, еще не успев

опомниться, я бормотал ответы, которые мне шептали в ухо,

клялся в том, чего совершенно не знал, и вообще помогал

бракосочетанию Ирэн Адлер, девицы, с Годфри Нортоном,

Все это совершилось в одну минуту, и вот джентльмен

благодарит меня с одной стороны, леди — с другой, а священник

так и сияет улыбкой. Это было самое нелепое положение, в каком

я когда-либо находился; воспоминание о нем и заставило меня

сейчас хохотать. По-видимому, у них не были выполнены какие-то

формальности, и священник наотрез отказался совершить обряд

бракосочетания, если не будет свидетеля. Мое удачное появление

в церкви избавило жениха от необходимости бежать на улицу в

поисках первого встречного. Невеста дала мне гинею, и я

собираюсь носить эту монету на часовой цепочке как память о

— Дело приняло весьма неожиданный оборот, — сказал я. —

Что же будет дальше?

— Ну, я понял, что мои планы под серьезной угрозой.

Похоже было на то, что молодожены собираются немедленно уехать,

и потому с моей стороны требовались быстрые и энергичные

действия. Однако у дверей церкви они расстались: он уехал в

Темпл, она — к себе домой. «Я поеду кататься в парк, как

всегда, в пять часов», — сказала она, прощаясь с ним. Больше я

ничего не слыхал. Они разъехались в разные стороны, а я

вернулся, чтобы взяться за свои приготовления.

— В чем они заключаются?

— Немного холодного мяса и стакан пива, — ответил Холмс,

дергая колокольчик. — Я был слишком занят и совершенно забыл о

еде. Вероятно, сегодня вечером у меня будет еще больше хлопот.

Кстати, доктор, мне понадобится ваше содействие.

— Вы не боитесь нарушать законы?

— И опасность ареста вас не пугает?

— Ради хорошего дела готов и на это.

— О, дело великолепное!

— В таком случае, я к вашим услугам.

— Я был уверен, что могу на вас положиться.

— Но что вы задумали?

— Когда миссис Тернер принесет ужин, я вам все объясню.

Теперь, — сказал он, жадно накидываясь на скромную пищу,

приготовленную экономкой, — я должен во время еды обсудить с

вами все дело, потому что времени у меня осталось мало. Сейчас

без малого пять часов. Через два часа мы должны быть на месте.

Мисс Ирэн или, скорее, миссис, возвращается со своей прогулки в

семь часов. Мы должны быть у Брайони-лодж, чтобы встретить ее.

— А это предоставьте мне. Я уже подготовил то, что должно

произойти. Я настаиваю только на одном: что бы ни случилось—

не вмешивайтесь. Вы понимаете?

— Я должен быть нейтрален?

— Вот именно. Не делать ничего. Вероятно, получится

небольшая неприятность. Не вмешивайтесь. Кончится тем, что меня

отнесут в дом. Через четыре или пять минут откроют окно

гостиной. Вы должны стать поближе к этому открытому окну.

— Вы должны наблюдать за мною, потому что я буду у вас на

— И когда я подниму руку — вот так, — вы бросите в

комнату то, что я вам дам для этой цели, и в то же время

закричите: «Пожар!» Вы меня понимаете?

— Тут ничего нет опасного, — сказал он, вынимая из

кармана сверток в форме сигары. — Это обыкновенная дымовая

ракета, снабженная с обоих концов капсюлем, чтобы она сама

собою воспламенялась. Вся ваша работа сводится к этому. Когда

вы закричите «Пожар!», ваш крик будет подхвачен множеством

людей, после чего вы можете дойти до конца улицы, а я нагоню

вас через десять минут. Надеюсь, вы поняли?

— Я должен оставаться нейтральным, подойти поближе к

окну, наблюдать за вами и по вашему сигналу бросить в окно этот

предмет, затем поднять крик о пожаре и ожидать вас на углу

— Можете на меня положиться.

— Ну, и отлично. Пожалуй, мне пора уже начать подготовку

к новой роли, которую придется сегодня играть.

Он скрылся в спальне и через несколько минут появился в

виде любезного, простоватого священника. Его широкополая черная

шляпа, мешковатые брюки, белый галстук, привлекательная улыбка

и общее выражение благожелательного любопытства были

бесподобны. Дело не только в том, что Холмс переменил костюм.

Выражение его лица, манеры, самая душа, казалось, изменялись

при каждой новой роли, которую ему приходилось играть. Сцена

потеряла в его лице прекрасного актера, а наука — тонкого

мыслителя, когда он стал специалистом по расследованию

В четверть седьмого мы вышли из дому, и до назначенного

часа оставалось десять минут, когда мы оказались на

Серпантайн-авеню. Уже смеркалось, на улице только что зажглись

фонари, и мы принялись расхаживать мимо Брайони-лодж, поджидая

возвращения его обитателей. Дом был как раз такой, каким я его

себе представлял по краткому описанию Шерлока Холмса, но

местность оказалась далеко не такой безлюдной, как я ожидал.

Наоборот: эта маленькая, тихая улица на окраине города

буквально кишела народом. На одном углу курили и смеялись

какие-то оборванцы, тут же был точильщик со своим колесом, два

гвардейца, флиртовавших с нянькой, и несколько хорошо одетых

молодых людей, расхаживавших взад и вперед с сигарами во рту.

— Видите ли, — заметил Холмс, когда мы бродили перед

домом, — эта свадьба значительно упрощает все дело. Теперь

фотография становится обоюдоострым оружием. Возможно, что Иран

так же не хочется, чтобы фотографию увидел мистер Годфри

Нортон, как не хочется нашему клиенту, чтобы она попалась на

глаза его принцессе. Вопрос теперь в том, где мы найдем

— Совершенно невероятно, чтобы Ирэн носила ее при себе.

Фотография кабинетного формата слишком велика, и ее не спрятать

под женским платьем. Ирэн знает, что король способен заманить

ее куда-нибудь и обыскать. Две попытки такого рода уже были

сделаны. Значит, мы можем быть уверены, что с собой она

фотографию не носит.

— Ну, а где же она ее хранит?

— У своего банкира или у своего адвоката. Возможно и то и

другое, но я сомневаюсь и в томи в другом. Женщины по своей

природе склонны к таинственности и любят окружать себя

секретами. Зачем ей посвящать в свой секрет кого-нибудь

другого? Она могла положиться на собственное умение хранить

вещи, но вряд ли у нее была уверенность, что деловой человек,

если она вверит ему свою тайну, сможет устоять против

политического или какого-нибудь иного влияния. Кроме того,

вспомните, что она решила пустить в ход фотоснимок в ближайшие

дни. Для этого нужно держать его под рукой. Фотоснимок должен

быть в ее собственном доме.

— Но два раза взломщики перерыли дом.

— Чепуха! Они не знали, как надо искать.

— А как вы будете искать?

— Я не буду искать.

— Я сделаю так, что Ирэн покажет его мне сама.

— В том-то и дело, что ей это не удастся. Но, я слышу,

стучат колеса. Это ее карета. Теперь в точности выполняйте мои

В эту минуту свет боковых фонарей кареты показался на

повороте, нарядное маленькое ландо подкатило к дверям

Брайони-лодж. Когда экипаж остановился, один из бродяг,

стоявших на углу, бросился открывать дверцы в надежде

заработать медяк, но его оттолкнул другой бродяга, подбежавший

с тем же намерением. Завязалась жестокая драка. Масла в огонь

подлили оба гвардейца, ставшие на сторону одного из бродяг, и

точильщик, который с такой же горячностью принялся защищать

другого. В одно мгновение леди, вышедшая из экипажа, оказалась

в свалке разгоряченных, дерущихся людей, которые дико лупили

друг друга кулаками и палками. Холмс бросился в толпу, чтобы

защитить леди. Но, пробившись к ней, он вдруг испустил крик и

упал на землю с залитым кровью лицом. Когда он упал, солдаты

бросились бежать в одну сторону, оборванцы — в другую.

Несколько прохожих более приличного вида, не принимавших

участия в потасовке, подбежали, чтобы защитить леди и оказать

помощь раненому. Ирэн Адлер, как я буду по-прежнему ее

называть, взбежала по ступенькам, но остановилась на площадке и

стала смотреть на улицу; ее великолепная фигура выделялась на

фоне освещенной гостиной.

— Бедный джентльмен сильно ранен? — спросила она.

— Он умер, — ответило несколько голосов.

— Нет, нет, он еще жив! — крикнул кто-то. — Но он умрет

раньше, чем вы его довезете до больницы.

— Вот смелый человек! — сказала какая-то женщина. —

Если бы не он, они отобрали бы у леди и кошелек и часы. Их тут

целая шайка и очень опасная. А-а, он стал дышать!

— Ему нельзя лежать на улице. Вы позволите перенести

его в дом, мадам?

— Конечно! Перенесите его в гостиную. Там удобный диван.

Медленно и торжественно Холмса внесли в Брайони-лодж и

уложили в гостиной, между тем как я все еще наблюдал за

происходившим со своего поста у окна. Лампы были зажжены, но

шторы не были опущены, так что я мог видеть Холмса, лежащего на

диване. Не знаю, упрекала ли его совесть за то, что он играл

такую роль, — я же ни разу в жизни не испытывал более

глубокого стыда, чем в те минуты, когда эта прелестная женщина,

в заговоре против которой я участвовал, ухаживала с такой

добротой и лаской за раненым. И все же было бы черной изменой,

если бы я не выполнил поручения Холмса. С тяжелым сердцем я

достал из-под моего пальто дымовую ракету. «В конце концов, —

подумал я, — мы не причиняем ей вреда, мы только мешаем ей

повредить другому человеку».

Холмс приподнялся на диване, и я увидел, что он делает

движения, как человек, которому не хватает воздуха. Служанка

бросилась к окну и широко распахнула его. В то же мгновение

Холмс поднял руку; по этому сигналу я бросил в комнату ракету и

крикнул: «Пожар!» Едва это слово успело слететь с моих уст, как

его подхватила вся толпа. Хорошо и плохо одетые джентльмены,

конюхи и служанки — все завопили в один голос: «Пожар!» Густые

облака дыма клубились в комнате и вырывались через открытое

окно. Я видел, как там, за окном, мечутся люди; мгновением

позже послышался голос Холмса, уверявшего, что это ложная

Проталкиваясь сквозь толпу, я добрался до угла улицы.

Через десять минут, к моей радости, меня догнал Холмс, взял под

руку, и мы покинули место бурных событий. Некоторое время он

шел быстро и не проронил ни единого слова, пока мы не свернули

в одну из тихих улиц, ведущих на Эджвер-роуд.

— Вы очень ловко это проделали, доктор, — заметил Холмс.

— Как нельзя лучше. Все в порядке.

— Я знаю, где она спрятана.

— А как вы узнали?

— Ирэн мне сама показала, как я вам предсказывал.

— Я все же ничего не понимаю.

— Я не делаю из этого никакой тайны, — сказал он,

смеясь. — Все было очень просто. Вы, наверно, догадались, что

все эти зеваки на улице были моими сообщниками. Все они были

— Об этом-то я догадался.

— В руке у меня было немного влажной красной краски.

Когда началась свалка, я бросился вперед, упал, прижал руку к

лицу и предстал окровавленный. Старый прием.

— Это я тоже смекнул.

— Они вносят меня в дом. Ирэн Адлер вынуждена принять

меня, что ей остается делать? Я попадаю в гостиную, в ту самую

комнату, которая была у меня на подозрении. Фотография где-то

поблизости, либо в гостиной, либо в спальне. Я твердо решил

выяснить, где именно. Меня укладывают на кушетку, я

притворяюсь, что мне не хватает воздуха. Они вынуждены открыть

окно, и вы получаете возможность сделать свое дело.

— А что вы от этого выиграли?

— Очень много. Когда женщина думает, что у нее в доме

пожар, инстинкт заставляет ее спасать то, что ей всего дороже.

Это самый властный импульс, и я не раз извлекал из него пользу.

В случае дарлингтоновского скандала я использовал его, также и

в деле с арнсворским дворцом. Замужняя женщина спасает ребенка,

незамужняя — шкатулку с драгоценностями. Теперь мне ясно, что

для нашей леди в доме нет ничего дороже того, что мы ищем. Она

бросилась спасать именно это. Пожарная тревога была отлично

разыграна. Дыма и крика было достаточно, чтобы потрясти

стальные нервы. Ирэн поступила точно так, как я ждал.

Фотография находится в тайничке, за выдвижной дощечкой, как раз

над шнурком от звонка. Ирэн в одно мгновение очутилась там, и я

даже увидел краешек фотографии, когда она наполовину вытащила

ее. Когда же я закричал, что это ложная тревога, Ирэн положила

фотографию обратно, глянула мельком на ракету, выбежала из

комнаты, и после этого я ее не видел. Я встал и, извинившись,

выскользнул из дома. Мне хотелось сразу достать фотографию, но

в комнату вошел кучер и начал зорко следить за мною, так что

мне поневоле пришлось отложить свой налет до другого раза.

Излишняя поспешность может погубить все.

— Ну, а дальше? — спросил я.

— Практически наши розыски закончены. Завтра я приду к

Ирэн Адлер с королем и с вами, если вы пожелаете нас

сопровождать. Нас попросят подождать в гостиной, но весьма

вероятно, что, выйдя к нам, леди не найдет ни нас, ни

фотографии. Возможно, что его величеству будет приятно своими

собственными руками достать фотографию.

— А когда вы отправитесь туда?

— В восемь часов утра. Она еще будет в постели, так что

нам обеспечена полная свобода действий. Кроме того, надо

действовать быстро, потому что брак может полностью изменить ее

быт и ее привычки. Я должен немедленно послать королю

Мы дошли до Бейкер-стрит и остановились у дверей нашего

дома. Холмс искал в карманах свой ключ, когда какой-то прохожий

— Доброй ночи, мистер Шерлок Холмс!

На панели в это время было несколько человек, но

приветствие, по-видимому, исходило от проходившего мимо

стройного юноши в длинном пальто.

— Я где-то уже слышал этот голос, — сказал Холмс,

оглядывая скудно освещенную улицу, — но не понимаю, черт

возьми, кто бы это мог быть.

Эту ночь я спал на Бейкер-стрит. Мы сидели утром за кофе с

гренками, когда в комнату стремительно вошел король Богемии.

— Вы действительно добыли фотографию? — воскликнул он,

обнимая Шерлока Холмса за плечи и весело глядя ему в лицо.

— Но вы надеетесь ее достать?

— В таком случае, идемте! Я сгораю от нетерпения.

— Нам нужна карета.

— Мой экипаж у дверей.

— Это упрощает дело.

Мы сошли вниз и снова направились к Брайони-лодж.

— Ирэн Адлер вышла замуж, — заметил Холмс.

— За английского адвоката, по имени Нортон.

— Но она, конечно, не любит его?

— Надеюсь, что любит.

— Почему вы надеетесь?

— Потому что это избавит ваше величество от всех будущих

неприятностей. Если леди любит своего мужа, значит, она не

любит ваше величество, и тогда у нее нет основания мешать

планам вашего величества.

— Верно, верно. И все же. О, как я хотел бы, чтобы она

была одного ранга со мною! Какая бы это была королева!

Он погрузился в угрюмое молчание, которого не прерывал,

пока мы не выехали на Серпантайн-авеню.

Двери виллы Брайони-лодж были открыты, и на лестнице

стояла пожилая женщина. Она с какой-то странной иронией

смотрела на нас, пока мы выходили из экипажа.

— Мистер Шерлок Холмс? — спросила она.

— Да, я Шерлок Холмс, — ответил мой друг, смотря на нее

вопрошающим и удивленным взглядом.

— Так и есть! Моя хозяйка предупредила меня, что вы,

вероятно, зайдете. Сегодня утром, в пять часов пятнадцать

минут, она уехала со своим мужем на континент с Черингкросского

— Что?! — Шерлок Холмс отшатнулся назад, бледный от

огорчения и неожиданности. — Вы хотите сказать, что она

— А бумаги? — хрипло спросил король. — Все потеряно!

— Посмотрим! — Холмс быстро прошел мимо служанки и

бросился в гостиную.

Мы с королем следовали за ним. Вся мебель в комнате была

беспорядочно сдвинута, полки стояли пустые, ящики были раскрыты

— видно, хозяйка второпях рылась в них, перед тем как

пуститься в бегство.

Холмс бросился к шнурку звонка, отодвинул маленькую

выдвижную планку и, засунув в тайничок руку, вытащил фотографию

и письмо. Это была фотография Ирэн Адлер в вечернем платье, а

на письме была надпись: «Мистеру Шерлоку Холмсу. Вручить ему,

когда он придет».

Мой друг разорвал конверт, и мы все трое принялись читать

письмо. Оно было датировано минувшей ночью, и вот что было в

«Дорогой мистер Шерлок Холмс, вы действительно великолепно

все это разыграли. На первых порах я отнеслась к вам с

доверием. До пожарной тревоги у меня не было никаких

подозрений. Но затем, когда я поняла, как выдала себя, я не

могла не задуматься. Уже несколько месяцев назад меня

предупредили, что если король решит прибегнуть к агенту, он,

конечно, обратится к вам. Мне дали ваш адрес. И все же вы

заставили меня открыть то, что вы хотели узнать. Несмотря на

мои подозрения, я не хотела дурно думать о таком милом, добром,

старом священнике. Но вы знаете, я сама была актрисой.

Мужской костюм для меня не новость. Я часто пользуюсь той

свободой, которую он дает. Я послала кучера Джона следить за

вами, а сама побежала наверх, надела мой костюм для прогулок,

как я его называю, и спустилась вниз, как раз когда вы уходили.

Я следовала за вами до ваших дверей и убедилась, что мною

действительно интересуется знаменитый Шерлок Холмс. Затем я

довольно неосторожно пожелала вам доброй ночи и поехала в

Мы решили, что, поскольку нас преследует такой сильный

противник, лучшим спасением будет бегство. И вот, явившись

завтра, вы найдете гнездо опустевшим. Что касается фотографии,

то ваш клиент может быть спокоен: я люблю человека, который

лучше его. Человек этот любит меня. Король может делать все,

что ему угодно, не опасаясь препятствий со стороны той, кому он

причинил столько зла. Я сохраняю у себя фотографию только ради

моей безопасности, ради того, чтобы у меня осталось оружие,

которое защитит меня в будущем от любых враждебных шагов

короля. Я оставляю здесь другую фотографию, которую ему, может

быть, будет приятно сохранить у себя, и остаюсь, дорогой мистер

Шерлок Холмс, преданная вам Ирэн Нортон, урожденная Адлер».

— Что за женщина, о, что за женщина! — воскликнул король

Богемии, когда мы все трое прочитали это послание. — Разве я

не говорил вам, что она находчива, умна и предприимчива? Разве

она не была бы восхитительной королевой? Разве не жаль, что она

не одного ранга со мной?

— Насколько я узнал эту леди, мне кажется, что она

действительно совсем другого уровня, чем ваше величество, —

холодно сказал Холмс. — Я сожалею, что не мог довести дело

вашего величества до более удачного завершения.

— Наоборот, дорогой сэр! — воскликнул король. — Большей

удачи не может быть. Я знаю, что ее слово нерушимо. Фотография

теперь так же безопасна, как если бы она была сожжена.

— Я рад слышать это от вашего величества.

— Я бесконечно обязан вам. Пожалуйста, скажите мне, как я

могу вознаградить вас? Это кольцо.

Он снял с пальца изумрудное кольцо и поднес его на ладони

— У вашего величества есть нечто еще более ценное для

меня, — сказал Холмс.

— Вам стоит только указать.

Король посмотрел на него с изумлением.

— Фотография Ирэн?! — воскликнул он. — Пожалуйста, если

— Благодарю, ваше величество. В таком случае, с этим

делом покончено. Имею честь пожелать вам всего лучшего.

Холмс поклонился и, не замечая руки, протянутой ему

королем, вместе со мною отправился домой.

Вот рассказ о том, как в королевстве Богемии чуть было не

разразился очень громкий скандал и как хитроумные планы мистера

Шерлока Холмса были разрушены мудростью женщины. Холмс вечно

подшучивал над женским умом, но за последнее время я уже не

слышу его издевательств. И когда он говорит об Ирэн Адлер или

вспоминает ее фотографию, то всегда произносит, как почетный

титул: «Эта Женщина».

1 Карлсбад (Карловы Вары) — курорт в Чехословакии.

2 Валленштейн — немецкий полководец XVII века.

3 Шесть футов и шесть дюймов — приблизительно 1 метр 90 сантиметров.

5 Темпл — лондонский квартал, где сосредоточены конторы юристов.

6 Ландо — открытая коляска, запряженная парой лошадей.

Holm.ru — прогрессивный портал об организациях России!

Полезная и самая актуальная информация о 1484156 компаниях и организациях в России для вас.

ВЛАДЕЛЬЦАМ И МЕНЕДЖЕРАМ ОРГАНИЗАЦИЙ Вы можете получить новых клиентов, звонки, дополнительный интерес к вашей компании, сформировать отличную репутацию, а также разместить ссылки на свои ресурсы (официальный сайт, страницы в социальных сетях) совершенно бесплатно, присоединяйтесь сегодня же к прогрессивному порталу Holm.ru! Дополнительный канал общения с вашими потенциальными клиентами ждёт вас, всего несколько кликов, и вы полноценный участник прогрессивного портала.

ВСЕМ И КАЖДОМУ Непредвзятые отзывы пользователей портала о ресторанах, гостиницах, магазинах и любых других организациях, позволят вам правильно сделать выбор в пользу того или иного поставщика товаров или услуг. На прогрессивном портале вы можете высказать благодарность любому работнику, специалисту, менеджеру, с которым вам было приятно иметь дело, или наоборот — написать претензию, жалобу, которая позволит владельцам бизнеса получить информацию напрямую от клиентов и улучшить свой сервис.

Секреты успешных переговоров. Эффективные стратегии для совершенствования мастерства ведения переговоров

Ирэн Вартик - полная биография

Доставка
БЕСПЛАТНАЯ по Киеву и Украине при стоимости заказа от 1000 грн.
При заказе на меньшую сумму доставка курьером — 45 грн. Подробнее

Оплата
Наличными при получении, Безналичными, Visa/MasterCard

О книге Секреты успешных переговоров. Эффективные стратегии для совершенствования мастерства ведения переговоров

Оглавление Секреты успешных переговоров. Эффективные стратегии для совершенствования мастерства ведения переговоров

ПРЕДИСЛОВИЕ
ВВЕДЕНИЕ: НОВАЯ ФИЛОСОФИЯ И НОВЫЙ МЕТОД

ГЛАВА 1: ПРИНЦИПЫ ВЕДЕНИЯ ПЕРЕГОВОРОВ
ОСНОВЫ ЛЮБЫХ ПЕРЕГОВОРОВ:
ПАУЗА НА РАЗМЫШЛЕНИЕ
ВЫЯВЛЕНИЕ ПОТРЕБНОСТЕЙ

Рабочее решение 1: Проверка потребностей
ОПРЕДЕЛЕНИЕ ЦЕЛЕЙ

Рабочее решение 2: Размышление о том, чего вы хотите
СОГЛАСОВАНИЕ ФАКТОВ

Рабочее решение 3: Осознание предположений
КОНТРОЛИРОВАНИЕ АТМОСФЕРЫ

Рабочее решение 4: Поддержание позитивной атмосферы переговоров
Рабочее решение 5: Создание мантры переговоров

ПОСТРОЕНИЕ НА «ОСНОВАХ»: РАЗВИТИЕ СТИЛЯ ВЕДЕНИЯ ПЕРЕГОВОРОВ
ПРИНЯТИЕ ГИБКОГО ПОДХОДА

Рабочее решение 6: Гибкость тела, способствующая гибкости сознания
ПРОВЕДЕНИЕ СВОЕГО ИССЛЕДОВАНИЯ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ ПРОБЛЕМ И ПОЗИЦИЙ
ВЫБОР ТАКТИКИ
Рабочее решение 7: «Линейный судья»

ГЛАВА 2: УМЕНИЕ ПРИВОДИТЬ ПЕРЕГОВОРЫ В ДВИЖЕНИЕ
ОБЩЕНИЕ
ГОВОРИТЬ ТАК, ЧТОБЫ ЛЮДИ СЛУШАЛИ
УМЕНИЕ СЛУШАТЬ ДРУГОГО, КОГДА ОН ГОВОРИТ
УМЕНИЕ ЗАДАВАТЬ ПРАВИЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ
ИСТОЛКОВАНИЕ НЕВЕРБАЛЬНЫХ ЗНАКОВ

Рабочее решение 8: Зеркало на стене
ПОНИМАНИЕ МЕТАЯЗЫКА

Рабочее решение 9: Политика откровенности
УБЕЖДЕНИЕ

Рабочее решение 10: Практика методов убеждения
ВЫБОР МОМЕНТА ДЛЯ ПРИНЯТИЯ РЕШЕНИЯ

Рабочее решение 11: Сначала подумать, потом сделать
ГЛАВА 3: ПРЕПЯТСТВИЯ НА ПЕРЕГОВОРАХ
ФАКТОР ВЛАСТИ
МАНИПУЛИРОВАНИЕ
ГНЕВ И КОНФРОНТАЦИЯ

Рабочее решение 12: Глубокое дыхание
СОВЕРШЕНИЕ ОШИБОК
ТУПИКИ

Рабочее решение 13: Следите за временем ОТКЛОНЕНИЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ
ГЛАВА 4: ВЕДЕНИЕ ПЕРЕГОВОРОВ С «ТРУДНЫМИ ЛЮДЬМИ»ОСВОБОЖДЕНИЕ ОТ ЯРЛЫКОВ
Рабочее решение 14: Придайте негативному поведению позитивный оборот
ПРИНЦИП «В ВЫИГРЫШЕ ЛИБО ВЫ, ЛИБО Я»
АГРЕССОР

Рабочее решение 15: Уклонение от оскорбления
ЛЖЕЦ

Рабочее решение 16: Детектор лжи
НЕРЕШИТЕЛЬНЫЙ ПЕРЕГОВОРЩИК
ПЕРФЕКЦИОНИСТ
БЕЗУЧАСТНЫЙ ПЕРЕГОВОРЩИК
ЛЬСТЕЦ
ЕСЛИ ВЫ «ТРУДНЫЙ ЧЕЛОВЕК»

Рабочее решение 17: Взгляните на себя глазами других
ГЛАВА 5: ОБСТОЯТЕЛЬСТВА И СИТУАЦИИ
ДИСТАНЦИОННЫЕ ПЕРЕГОВОРЫ

Рабочее решение 18: Возьмите киберпауэу
СОБЕСЕДОВАНИЕ ПРИ ПРИЕМЕ НА РАБОТУ

Рабочее решение 19: «Домашнее задание»
ВЕДЕНИЕ ПЕРЕГОВОРОВ ПО ПОВОДУ ПРОДВИЖЕНИЯ ПО СЛУЖЕБНОЙ ЛЕСТНИЦЕ

Рабочее решение 20: Осознайте свои потребности и узнайте себе цену
НАЕМ И УВОЛЬНЕНИЕ
ДЕЛЕГИРОВАНИЕ ПОЛНОМОЧИЙ
КАК СПРАВИТЬСЯ С ВНУТРЕННИМИ ССОРАМИ
ПРОВЕРКА ПРОИЗВОДИТЕЛЬНОСТИ
ВЕДЕНИЕ ПЕРЕГОВОРОВ В КОМАНДЕ
ВЫХОД ИЗ ТУПИКА

Рабочее решение 21: Оставить дверь открытой
ОБЩЕНИЕ С ЭКСПЕРТАМИ
ВЕДЕНИЕ ПЕРЕГОВОРОВ СО СЛАБОЙ ПОЗИЦИИ
ВЕДЕНИЕ ПЕРЕГОВОРОВ С СИЛЬНОЙ ПОЗИЦИИ
АДАПТАЦИЯ К КУЛЬТУРНЫМ РАЗЛИЧИЯМ
ВЕДЕНИЕ ПЕРЕГОВОРОВ В КАЧЕСТВЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЯ
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ

Рене Зельвегер (Renee Zellweger), биография Рене Зельвегер (Renee Zellweger biography)

АвторДжульетта Ниренберг, Ирэн Росс
ISBN5-465-01106-8
Cтраниц160
Год2006
Издательство Омега
ОбложкаМягкая
Ирэн Вартик - полная биография

Ирэн Вартик - полная биографияИрэн Вартик - полная биография

Ирэн Вартик - полная биография

Главная страница \ Р \ Биография Рене Зельвегер (Renee Zellweger biography)

Настоящее имя: Рене Кэтлин Зеллвегер (Renee Kathleen Zellweger)

Дата рождения: 25.04.1969

Место рождения: пригород Хьюстона, штат Техас, США

Ирэн Вартик - полная биография
Ирэн Вартик - полная биография

Инженер Эмиль Эрик Зельвегер (Emil Erich Zellweger) и его супруга, бывшая медсестра Келфрид Ирэн Андреассен (Kjellfrid Irene Andreassen) даже представить себе не могли, что станут родителями знаменитости. Слава Богу, 25 апреля 1969 года у них родилась девочка, которой они дали имя Рене Кэтлин Зельвегер (Renee Kathleen Zellweger). Кэти, позже переехавшая в Техас, росла и постепенно становилась актрисой, самые известные ее роли — Дороти Бойд (Dorothy Boyd) в фильме «Джерри Магваер» (Jerry Maguire) и Бриджет Джонс (Bridget Jones) в фильме «Дневник Бриджет Джонс (Bridget Jones’s Diary), 2001 год.

Во время учебы в школе Katy High School Рене занималась гимнастикой и была лидером группы поддержки. В качестве тренировки актерского мастерства она принимала участие в школьном кружке драмы. Актриса, находящаяся в ванной комнате во время вручения премии «Золотой глобус» и объявления ее победительницей за фильм «Сестричка Бетти» (Nurse Betty), позже продолжила обучение по специализации «английский язык» в университете Техаса, который закончила в 1991 году. Еще до того, как началась карьера актрисы, но уже после учебы в институте Рене подрабатывала официанткой — разносила коктейли в стрип-клубе «Sugar’s Go-Go Bar» в г. Остин.

Ее актерская карьера началась с небольших фильмов, таких как «Укусы реальности» (Reality Bites), «8 секунд» (8 Seconds), «Техасская резня бензопилой. Возвращение» (The Return of the Texas Chainsaw Massacre). Подъем карьеры Рене начался с роли в фильме «Джерри Магваер», 1996 года, в котором она снялась вместе с Томом Крузом (Tom Cruise) и Кубом Гудингом младшим (Cuba Gooding Jr). После вышеназванной выдающейся роли успех Рене возрос еще больше, когда она дала согласие сняться в фильме по книге Хелен Филдинг (Helen Fielding) «Дневник Бриджет Джонс» (Bridget Jones’s Diary), за который актриса получила «Оскара». Для роли в фильме Рене, сыгравшей вместе с красавцем Хью Грантом (Hugh Grant), пришлось поправиться на 20 фунтов. Следующей ее работой стал мюзикл «Чикаго» (Chicago), 2002 года, в котором Зельвегер училась актерской игре у самой Кэтрин Зета-Джонс (Catherine Zeta-Jones).

В результате выдающихся актерских данных Рене, в сопровождении своего агента Джона Каррабино (John Carrabino), посещающего с ней вместе многочисленные презентации, наконец-то получила «Оскара» в категории «Лучшая актриса второго плана» за фильм «Холодная гора» (Cold Mountain). Кроме того, внушительные актерские достижения Зельвегер побуждали людей отдавать за нее свои голоса в различных опросах. В 2001 году журнал «People Magazine» назвал ее одной из 50 самых красивых людей планеты, а журнал «E!» включил Рене в список двадцати лучших актеров 2001 года.

Расставшись с Полом Маккартни (Paul McCartney) Рене вышла замуж за певца в стиле кантри Кенни Чеснея (Kenny Chesney). В 1999 году своей ролью в фильме «Джерри Магваер» она вдохновила его на написание песни «You Had Me From Hello». Рене и Кенни сообщили своих друзьям и родственникам о предстоящей свадьбе всего за один день до торжества. Пара встретилась в январе на благотворительном концерте по сбору средств для пострадавших от цунами, а 9 мая 2005 года они сыграли свадьбу. К сожалению, их совместная жизнь продлилась всего четыре месяца — 20 декабря того же года, без объяснения каких-либо причин, Рене и Кенни официально развелись.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *