Юлия Самойлова — полная биография

Юлия Самойлова — полная биография

Юлия Павловна Самойлова : биография

Юлия Самойлова - полная биография

графиня, дочь генерала Палена и Марии Скавронской, знаменитая своими отношениями с художником Карлом Брюлловым

Биография

Происхождение и первые годы

По материнской и отцовской линиям Самойлова была связана узами родства с семействами Паленов, Скавронских, князем Потёмкиным, итальянцами Литта и Висконти.

Мать Юлии, Мария Скавронская, обладала огромным состоянием, принадлежавшим роду Скавронских, родственников Екатерины I и была последней носительницей этой фамилии. Она была падчерицей знаменитого государственного деятеля Джулио (Юлия Помпеевича) Литта, с которым её связывали нежные отношения, и в свете поговаривали о спорном отцовстве Юлии (чему итальянский тип её внешности давал почву). Все свое колоссальное состояние и художественные коллекции Литта (ум. 1839) разделил между Юлией, де-юре внучкой его жены Екатерины, и двумя побочными детьми. Самойлова носила прозвище «последней из Скавронских», как унаследовавшая колоссальное состояние деда.

Мария Павловна Скавронская и её сестра Екатерина были обе влюбленны в молодого красавца графа Павла Палена, он же отдал предпочтение Марии. Но их браку воспротивились родные, влюблёные решили настоять на своём и обвенчались без согласия её родных. Марии пришлось оставить Петербург и привычную роскошную жизнь. Следуя за мужем и Изюмским гусарским полком, шефом которого был Павел Пален, она вела кочевую жизнь.

В одном из походов, в простой крестьянской избе, в 1803 году Мария Пален родила дочь. Девочку назвали Юлией, возможно в честь бабушки по отцу Юлианы Ивановны Пален (1751—1814), но может быть и в честь Юлия Литта. Вскоре Марии надоело жить по гарнизонам, отношения с мужем испортились и в 1804 году последовал развод.

Мария Пален с маленькой дочерью вернулась в родительский дом. Екатерина Васильевна и её муж Юлий Литта сердечно привязались к внучке. А у её отца и матери была своя жизнь. Павел Пален вскоре женился второй раз, потом, овдовев, в третий; от третьего брака он оставил сына и четырех дочерей. Мария Пален в начале 1807 года вышла замуж за генерала А. П. Ожаровского, а потом уехала в Париж, обучаться музыке и пению.

Первый брак

В 1825 году Юлия, будучи фрейлиной, вышла замуж за 24-летнего графа Николая Александровича Самойлова флигель-адъютанта императора, который приходился ей родственником, троюродным дядей.

Николай Самойлов был завидный жених: красавец, богач, весёлый и остроумный. Устройством этого брака занималась его мать графиня Екатерина Самойлова, она настаивала на том, чтобы сын женился на богатой графине Юлии Пален. Самойлов же был влюблен в другую — в Александру Римскую-Корсакову, ей потом увлекался Пушкин, её имя есть в Донжуанском списке поэта. Екатерина Самойлова не дала согласия на брак сына с Римской-Корсаковой, и он подчинился воле матери.

К. Я. Булгаков писал брату 26 января 1825 года:

Молодых благословил император Александр I и вдовствующая императрица Мария Фёдоровна, но брак оказался несчастливым. Супруги вскоре охладели друг к другу, их бурные ссоры были предметом бесконечных пересудов. Граф Самойлов имел склонность к кутежам и игре.

В 1827 году супруги по взаимному соглашению разошлись, Самойлов вернул приданое и сохранил с Юлией весьма дружеские отношения. Современники считали виновницей случившегося Юлию Павловну. Одни говорили, что виной тому была её связь с французским послом графом Пьером Ла-Феронне, другие с Барантом-сыном. А. М. Тургенев же рассказывал об этом так:

Скандал был серьёзный, графиня Е. В. Литта одно время даже не принимала у себя внучку. Граф Юлий Литта сделал всё, чтобы смягчить гнев своей жены. Юлия Павловна старалась наладить отношения с мужем, но семейная жизнь не удавалась.

Биография Юлии Самойловой

Друзья! Обращаем Ваше внимание: чтобы правильно исправить текст песни, надо выделить как минимум два слова

Юлия Самойлова – певица, участница третьего сезона телеконкурса «Фактор А». Своими душевными выступлениями исполнительница покорила тысячи слушателей в России и других странах.

Родилась в Республике Коми, в городе Ухта. На детском утреннике, сидя у Деда Мороза на коленях, спела песню Татьяны Булановой «Не плачь». Дед Мороз растрогался и подарил Юле самую большую куклу. Пела на школьных дискотеках, дома под караоке. Занималась во Дворце пионеров, спела на благотворительном концерте, дала четыре сольных концерта.

Когда Юле было 15 лет, ее преподавательница переехала в другой город. С тех пор Юля сама по себе. Она неоднократно становилась лауреатом различных конкурсов: регионального конкурса «Серебряное копытце» в Инте в 2002 и 2003 годах, всероссийского фестиваля «На крыльях мечты» в Москве в 2003-м, всероссийского конкурса «Шлягер-2005», открытого межрегионального конкурса «Весенняя капель» в Муроме в 2005-м. В Муроме она к тому же получила Приз зрительских симпатий.

Юля пробовала петь в разных группах. Потом с нуля собрала свой коллектив, но группа просуществовала меньше двух лет. Ее распад стал для Юли настоящим потрясением. Она долго не могла прийти в себя, не пела, пыталась реализоваться в другой профессии, получить специальность психолога, рекламиста. Но из этого ничего не выходило. Год назад Юля исполнила на благотворительном концерте в Ухте песню А. Пугачевой «Свеча горела на столе» и поняла, что не может жить без сцены. Решила попробовать свои силы в проекте «Фактор А». После отборочного этапа проекта «Фактор А» Юлю пригласили на гала-концерт конкурса «Новая Ухта». Там она получила гран-при. Первая награда в ее жизни!

Карл Брюллов. Любовь счастливая и несчастная

Юлия Самойлова - полная биография

Автопортрет Карла Брюллова

Женщина-муза, женщина-любовь, женщина-друг, и женщина, которая окончательно разбила сердце художника. Разбила так, что он умер. И это всё о ней – о графине Юлии Павловне Самойловой.

Прежде чем рассказать о том, как встретились, как влюбились и как расстались, я расскажу о том, как жила эта незаурядная женщина до того, как встретила Карла Брюллова.

Графиня Юлия Павловна Самойлова

Юлия Самойлова - полная биография

Графиня Ю.П. Самойлова. Фрагмент картины

Современники отмечали, что графиня Самойлова была дамой блестящей и дерзкой, прекрасно разбиралась в литературе и музыке, была образована и свободолюбива. Жила она не умом, а страстным сердцем своим. А сердце это было очень беспокойным.

Завистливые языки намекали, что вся её независимость и дерзость — от несметных богатств, которые оставили ей предки как по материнской линии, так и по линии отца. Действительно, урожденная графиня фон дер Пален была сказочно богата. Наследница аристократов российских и итальянских: Скавронские ( Екатерина Первая – жена Великого Петра), Палены, Литта и Висконти (это те самые, которые были родственниками Франческо Сфорца, покровителя Леонардо ла Винчи).
А ещё говорили, что граф Литта, обер-камергер и обер-церемониймейстер императорского двора, оставил своё несметное состояние Юлии потому, что она была не внучкой его, а дочерью. Когда девочке было пять лет, мать её уехала в Париж – изучать искусство, и оставила девочку на попечении графа.

Маленькая графиня росла дерзкой и своевольной, отличалась феноменальной непокорностью. Но, если уж она кого любила, то превращалась с этим человеком в маленького ангела. Гувернантки и няни просто обожали маленькую и грациозную, похожую на красивого котенка, девочку.
Юленька обожала бродить по бесконечным залам графского дворца. Своими хрупкими пальчиками она прикасалась к бесценным произведениям искусства. И очень рано начала понимать, что такое настоящее искусство. А если чего-то не понимала, то шла в огромную библиотеку. И великие умы, с книжных страниц, говорили с ней о жизни, и о искусстве.

Так и сформировалась будущая графиня Самойлова, женщина независимая, образованная, со своим взглядом на жизнь и со своим личным мнением.

Юлия Самойлова - полная биография

Она никогда не следовала за модой. Зачем? Она сама была модой и примером для подражания. Красавица с гордой осанкой, умная и непринужденная. Как она покоряла мужские сердца?! И как увлекалась сама!

Когда ей исполнилось 25 лет (это случилось в 1825 году), она вдруг вышла замуж. Её избранник – человек совсем не заурядный. Он богат, известен, красив и молод, остроумен и весел, друг Пушкина и завсегдатай светских раутов – адъютант Императора полковник Самойлов Николай Александрович.

Но, счастье молодых было совсем не долгим. Николай слыл заядлым дуэлянтом и картежником, любил вино и шумные компании. А свою супругу Юлию он никогда не любил. Этот брак устроила мать Николая, которая просто мечтала женить сына на такой невесте, как молодая графиня Пален. Полковник Самойлов любил совсем другую женщину. Любил страстно и нежно.

Развод был быстрым и тихим. В 1827 году «красавец Апкивиад» (так звали Самойлова в обществе) отвез графиню к её отцу и вернул приданное (точнее то, что от него осталось) бывшей супруги. Они перестали быть супругами, но остались друзьями. Общество не понимало таких отношений: свет жил слухами и слухи порождал. Их мирили и ссорили, снова женили и разводили. А они были просто друзьями. В конце концов, граф Самойлов отбыл в действующую армию. Сослуживцы, потом, говорили о его холодной храбрости и презрению к смерти.

А графиня Самойлова? Она свободна и её дерзость просто не имеет границ. Свет Петербурга стремится не в Царское село, а в Графскую Славянку – летнее имение молодой графини Самойловой. Государь Император взбешен. Он не может заполучить к себе гостей – они предпочитают бывать у графини. И Император просит продать ему популярное имение. Просит так, что даже своенравная Самойлова не смеет отказать.

Но, напоследок, она обращается к императорскому сановнику:

  • Передайте императору, что ездили не в Графскую Славянку, а к графине Самойловой, к ней и будут продолжать ездить, где б она не была!

Дерзкая графиня не только сказала, но и сделала… Прошло совсем немного времени и свет Петербурга стал собираться не в Графской Славянке, а в прекрасном дворце на Елагином Острове. Нужно ли говорить о том, что хозяйкой дворца была великолепная Самойлова.

Она была звездой светского общества не только в России, но и в Италии. В её итальянском дворце собирались аристократы и дипломаты, поэты и композиторы, художники и писатели. Россини, Верди, Беллини и Пачини. Они завсегдатаи у оригинальной графини Самойловой.

Вина и деньги текут рекой, бушуют страсти и случаются маленькие любовные трагедии. Романам нет конца и счета. Но, она несет мужчинам лишь страдания и страдает сама. Она живет ярко и страстно, но нет в её жизни счастья.

Брюллов и Самойлова. Первая встреча

Шел 1828 год. Неаполь со страхом смотрел на проснувшийся Везувий… Год был трудным для Карла Брюллова. В него страстно влюбилась Аделаида Демулен. Она любила, а он был холоден. Она ревновала и от глупой ревности бросилась в Тибр. Свет обвинил Брюллова в жестоком равнодушии. Он оправдывался, а ему никто не верил.

Брюллов был приглашен на ужин к князю Гагарину. И когда ужин подходил к концу вдруг распахнулись двери залы и на пороге возникла она… Гордая, статная красавица, мечта и само воплощение красоты. Зал охнул, а князь предупредил Брюллова:

Бойтесь ее, Карл! Эта женщина не похожа на других. Она меняет не только привязанности, но и дворцы, в которых живет. Не имея своих детей, она объявляет чужих своими. Но я согласен, и согласитесь вы, что от нее можно сойти с ума…

Они перемолвились буквально парой слов. А потом князь Гагарин, пытаясь защитить Брюллова от сплетен и угрызений совести, увез художника в своё имение с красивым названием Гротта-Феррата. Карл писал картины и много читал. Жизнь потекла тихо и безмятежно. Но, однажды вечером, эта сельская тишина просто взорвалась – на пороге дома появилась Юлия Павловна.

Едем! — решительно объявила она. — Может, грохотание Везувия, готового похоронить этот несносный мир, избавит вас от меланхолии и угрызений совести… Едем в Неаполь!

Потом, много лет спустя она вспоминала, что «это» произошло в самый первый миг их встречи. Ещё ничего не случилось, но она уже знала, что «приворожена» к нему на веки.

Он бедный художник, а она – светская львица, которая не знает счета своим сокровищам, владелица прекрасных дворцов в Италии и России, покровительница искусств, аристократка самой высшей пробы.

Она умна и властна, но она его любит.

  • Так и быть, я согласна быть униженной вами.
  • Вы? — удивился Брюллов.
  • Конечно! Если я считаю себя ровней императору, то почему бы вам, мой милый Бришка (так она его называла), не сделать из меня свою рабыню, навеки покоренную вашим талантом? Ведь талант — это тоже титул, возвышающий художника не только над аристократией, но даже над властью коронованных деспотов…

Он писал с неё портреты. И всегда говорил, что эти портреты не закончены. Юлия Павловна не любила позировать – она всегда спешила. Ну, не могла она долго усидеть на месте. Порывистая, страстная, веселая, полная жизни. Она любила его самого и любила его работы. А позировать не любила.

Портреты Самойловой, написанные Брюлловым, восхищали публику. Карла начали сравнивать с великими художниками: Ван Дейком и Рубенсом. А потом случилось неизбежное – грянул «Последний день Помпеи». Картина поразила восхищенную публику и прославила художника. Сразу и навечно!

Юлия Самойлова - полная биография

Последний день Помпеи

Заказы посыпались на него, как из рога изобилия, аристократы считали для себя честью заполучить в гости «великого Брюллова», любая его работа стала бесценной. Его просто донимали заказами и любовными признаниями.

Княгиня Долгорукая писала, что Карл Брюллов её просто бесит… Она умоляет его о свидании, пытает прокрасться к нему в мастерскую, стучится в его двери, пытается застать его у князя Гагарина. А он… ускользает. Жестокий и безрассудный.

На него обижается маркиза Висконти – дама не просто знатная, но и очень влиятельная. Она созывает гостей, и она ждет Брюллова. Он приходит. Но, остается в прихожей её дворца – его поражает красота дочери швейцара. Карл полюбовался красотой девушки и… ушел. Маркиза в бешенстве.

Его желанная женщина – это Самойлова. Её он готов рисовать всегда и всюду. В знаменитой картине «Последний день Помпеи» его любимая изображена трижды (или даже четыре раза?).

Юлия Самойлова - полная биография

Последний день Помпеи, фрагмент

Юлия Самойлова - полная биография

Последний день Помпеи, фрагмент

Юлия Самойлова - полная биография

Последний день Помпеи, фрагмент

После того, как графиня увезла Карла в Неаполь, они долгое время не расставались. Их захватило большое и страстное чувство.

  • Мой дружка, Бришка! Люблю тебя более, чем изъяснить умею, обнимаю тебя и до гроба буду душевно тебе привержена. Люблю тебя, обожаю, я тебе предана, и рекомендую себя твоей дружбе. Она для меня – самая драгоценная вещь на свете.

Она страстно хотела соединить свою судьбу с судьбой Карла Брюллова. И он её любил. Что же им помешало? Она была его единственной настоящей любовью. Любовью на всю жизнь. Но, странной любовью.

Свет постоянно судачил о романах ветреной Самойловой. Но, и Карл не был ей верен. Они были вместе, но как-то так всё устроилось, что их любовь допускала любовные шалости на стороне. Они как будто испытывали свои чувства на прочность.

Поверяли друг другу свои тайны (в том числе и тайны любовных интрижек), избегали «пошлой ревности», и берегли личную свободу. Возможно, много лет спустя, каждый из них и понял, что любовь – это больше, чем личная безграничная свобода. И не уживаются под одной крышей любовь и ветреность.

Юлия Самойлова - полная биография

Портрет графини Ю. П. Самойловой с воспитанницей Джованиной Пачини и арапчонком

Она «итальянское солнце» (так называл Юлию художник) – яркая, ослепляющая, заливающая всё вокруг светом и страстью, энергичная и беспокойная. И он – спокойный и даже меланхоличный. Её страсти и чувства кипят, и испепеляют всё и всех вокруг. У него – всё внутри. И горит его душа. Он безмерно устал.

Однажды, будучи в доме художника Зауэрвейда он встретил, совершенно случайно, дочь рижского бургомистра Эмилию Тим. Она такая юная и нежная, как первый весенний цветок, скромная и тихая. И как она не похожа на вечно переменчивую, неспокойную и страстную Юлию. Может быть, именно она сможет излечить его душу от этой роковой страсти к Юлии?

Эмилия играла ему на рояле и пела. А он мечтал о тихой и покойной семейной жизни. Юное создание бурно краснело от нескромных шуток и воплощало саму невинность.

Юлия Самойлова - полная биография

Фрагмент работы, как заявлено искусствоведами, Карла Брюллова «Портрет молодой женщины у фортепиано» (Эмилия Тимм). Работа из частной коллекции экспонировалась в 2013 году Русском музее на выставке работ художника.

Он написал её портрет, и он почти поверил в счастье. Свадьба состоялась в 1839 году. Впоследствии Тарас Шевченко (он был на той свадьбе) вспоминал, что Брюллов был мрачен и несчастен, стоял, низко наклонив голову, и не глядел на свою невесту. Казалось, что Карл раскаивается и сильно страдает.

А через полтора месяца по Петербургу поползли зловещие слухи. Говорили о том, что взбесившийся Карл вырвал из ушей молодой жены серьги, вместе с мочками, и выгнал босую жену на улицу. А ещё, поругался с отцом невесты и ударил его бутылкой по голове.

Брюллов отказывался комментировать очевидный факт (Эмилия действительно ушла). Но, и сам Брюллов покинул свой дом. Он спрятался от ужасного позора в доме скульптора Клодта.

Бывшая жена и её отец требовали от художника денег, слухи множились так, что Император потребовал у Брюллова объяснений. Карл был приглашен к графу Беккендорфу для разъяснения причин развода. И тут выяснилось, что его невинная и нежная Эмилия была любовницей… своего отца. Более того, эта связь продолжилась и после её замужества. И она ещё требовала от художника пожизненного содержания.

Великий художник – он был опозорен и уничтожен.

К великому счастью Брюллова в это время в Петербурге скончался граф Литта, и в северной столице появилась Юлия Павловна. Узнав о постигшей Брюллова беде, поспешила в дом своего Карла. Она не пришла. Она ворвалась, как безумная комета: прогнала кухарку, надавала хлестких пощечин пьяному лакею, выпроводила из приемной всех гостей, которые ожидали дармовой выпивки и новых слухов.

Она, в который раз, перевернула вверх ногами его дом и его жизнь.

Брюллов снова пишет. И пишет её портреты. Именно в тот период появилась эта картина.

Юлия Самойлова - полная биография

Портрет графини Юлии Павловны Самойловой, удаляющейся с бала с приёмной дочерью Амацилией Паччини (Маскарад)

В его работах всё больше холода и одиночества. Он велик, он знаменит и он несчастен. Он любит только её. А ей не хватает страсти и огня. Юлия обвиняет в этом холодную Россию и они уезжают в Италию. В Италии Карл много работает и… тоскует о Петербурге. Ему кажется, что Юлия его больше не любит.

Это случилось в 1845 году. Юлия, вдруг, решила выйти замуж и прекратить отношения с Брюлловым. Будучи в опере она пригласила тенора Перри к себе в карету и объявила ему, что решила стать его женой. Глупый Перри польстился на несметные богатства графини и согласился. Он мечтал пережить Самойлову и завладеть её состоянием. Но, юный и полный сил, Перри не выдержал её страсти и бешеного ритма жизни. Очень скоро Самойлова стала вдовой.

Но, вернемся в 1845. Юлия Павловна решила выйти замуж и объявила об этом Брюллову. Она уходит и она уже давно не любит Карла. Брюллов не возражал. Просто сказал: «Ты уходишь из моей жизни». А потом добавил: «Значит и мне пора уходить». Но, этого она уже не слышала. Из её глаз потекли слезы, и она не хотела, чтобы он видел её плачущей, и сломленной. Ведь она была его итальянским Солнцем. Он смотрел ей в след, а у неё не было сил обернуться.

Потом она уехала в Италию. Он пытался отыскать её следы, но тщетно. Есть сведения, что они встретились в канун его смерти. Но, разговор у них не получился. Что он мог ей сказать, если он уходил из этого мира, а ей суждено было остаться.

Вскоре Карл Брюллов умер.

А она уехала в Париж. И продолжила расточать свои богатства и здоровье. Вышла замуж за французского графа. И развелась с ним на следующий день после свадьбы.

Богатства её иссякли. Не стало и здоровья. Пришло глубокое одиночество.

Долгое время она хранила портреты «любимого Бришки». Это всё, что у неё осталось от той великой и странной любви.

Биография Самойловой Юлии

Юлия Самойлова - полная биография

Биография Самойловой Юлии

Биография, история жизни Самойловой Юлии

Юлия Самойлова – одна из самых заметных участников музыкального конкурса «Фактор А», транслируемого по телеканалу «Россия».

Самойлова сразу же покорила сердца телезрителей не только великолепным голосом и потрясающим обаянием, но и своим искренним желанием жить. Юлия прикована к инвалидной коляске. По словам самой Юлии, она стала инвалидом из-за неудачно сделанной ей прививки от полиомиелита в далеком детстве.

Юлия родилась в апреле 7-ого числа в 1989 году. Место рождения – город Ухта. Еще будучи воспитанницей детского сада, Самойлова проявляла свои незаурядные способности к вокалу – на одном из детских утренников Юля своей песней растрогала практически до слез актера, изображавшего Деда Мороза для множества детишек.

С возрастом Самойлова только развивала свой талант. Она постоянно пела дома, пела на школьных дискотеках, на концертах, проходивших в ее городе. С 15-ти лет Юлия Самойлова участвовала во всевозможных конкурсах и фестивалях.

Юлия Самойлова получила диплом психолога в 2010 году. Она училась в Современной Гуманитарной Академии.

Графиня Юлия Павловна Самойлова, «итальянское солнце» Брюллова

«Последняя из рода Скавронских» постоянно сердила Властелина Империи тем, что заставляла весь модный и изысканный свет съезжаться не в Царское Село, к летнему Императорскому двору, а — за несколько верст от него, в свое большое имение Графская Славянка (под Петербургом) . Император, взбешенный тем, что Юлия Павловна « перенимает» у него гостей и пытается диктовать моду высшему кругу общества, предложил ей в 1847 году продать в «царскую казну» Графскую Славянку вместе с роскошным домом , выстроенным по проекту знаменитого петербургского архитектора и художника – Александра Павловича Брюллова.
Графиня подчинилась императорскому предложению, похожему на приказ, но сказала кому то из высоких сановников, вхожих в царские покои: «Передайте императору, что ездили не в Графскую Славянку, а к графине Самойлов. «

Юлия Самойлова - полная биография Юлия Самойлова - полная биография Юлия Самойлова - полная биография Юлия Самойлова - полная биография Юлия Самойлова - полная биография Юлия Самойлова - полная биография Юлия Самойлова - полная биография Юлия Самойлова - полная биография

В России о ней худо шелестела молва… Вкрадчиво, бархатно, с испуганными паузами, с оглядкою на несметные богатства и древнюю фамилию, несомненную близость к царственному роду Романовых, но все равно — худо!

Юлия Самойлова - полная биография На эффектном портрете «Всадница» запечатлены обе воспитанницы Юлии — Джованина и Амацилия Пачини. Одно время даже считалось, что всадница — она сама.

Светские дамы, горделиво и заносчиво, с презрительною усмешкою дергали оголенными, обсыпанными пудрой плечиками при звуках ее имени, будто говорили: « А чем мы — хуже?!» старушки же шипели змеино, по углам:

«Бог знает, какова и по вере то, не разберешь, понамешано кровей – впору рядиться ей хоть и немкою и итальянкою! А русскою и то — вряд ли будет под стать – судачили светские «мумии», потряхивая чепцами, – живет, словно бусурманка какая: при живом муже — с другим мужчиною! Хотя , что с «амаранта»* (любовника — франц. автор) взять, коли тот – художник -, знай, себе кистями мажет по холстине, даром, что в Италиях всяких учился, одно слово – пустозвон – повеса, о его кутежах слава по всему Петербургу, да он, предерзкий, лишь рукою машет, ему – море по колено, знаменит, и Государем обласкан за мазню свою! Усердно, без устали светские мельницы, упражняли язык, сверкая гневно очами, да только все — попусту! Не замечала горделивая графиня Жюли – Юлия Павловна Самойлова, урожденная фон дер Пален, ни сплетен, ни намеков, ни холодных кивков, ни презрительных взглядов, брошенных вслед ей – первой в России светской даме, к которой так и прилипло — пристало это новомодное понятие : «львица», пришедшее из Старой Европы в холодную Северную Пальмиру.

Юлия Самойлова - полная биография Портрет Ю.П Самойловой с приёмной дочерью Амалией

Вот что писал о нем – словесном образе и емком, вошедшем прочно в обиход в позапрошлом веке, понятии, К. Д. Крюгер, автор книги «Замечательные женщины XIX столетия»:

«В 30-е годы XIX столетия в обществе, под влиянием идей романтизма, возник новый тип великосветской женщины, свободной, дерзкой, блестящей. Таких дам называли «львицами». Они зачитывались романами Жорж Санд, курили, пренебрегали условностями и нередко имели очень бурную личную жизнь».

Юлия Самойлова - полная биография Портрет Ю.П Самойловой с Джованиной Пачини и арапчонком

Графиня Юлия Павловна полностью соответствовала этой характеристике: независимая, образованная редкостно для женщины того времени, прекрасно разбирающаяся в искусстве, музыке, литературе, она прислушивалась лишь к голосу своего сердца и делала только то, что оно, беспокойное, подсказывало ей!

Могут возразить, что основой независимости дерзкой графини Пален — Самойловой было ее несметное состояние, доставшееся ей от прадедов и дедов — и материнская и отцовская ветви рода графини фон дер Пален принадлежали к самым знатным родам российским и итальянским: Паленов и Скавронских, Литта и Висконти.. (граф Джулио (Юлий) Литта – второй муж бабушки Ю. П. Самойловой по матери)

Юлия Самойлова - полная биография Юлия Самойлова фотография

Скавронские восходили в генеалогическом древе к самой Екатерине Первой — Марте Скавронской, жене Петра Великого, что обеспечивало блистательной Юлии близость к императорской фамилии, и очень завидное положение при русском дворе, а графы Литта – Висконти Арези вели свое начало от миланского графского рода Висконти, связанного близкими узами родства с герцогским семейством Франческо Сфорца, столь знаменитым в истории и Милана, и Италии!*

Лучшие дня

Владислав Третьяк: ‘Русская стена’
Посетило:384
Юлия Самойлова - полная биография
Женщины маршала Буденного
Посетило:257
Юлия Самойлова - полная биография
Юрий Яковлев: ‘В кино я гость, в театре я на равных’
Посетило:225
Юлия Самойлова - полная биография

(* Семейство Сфорца покровительствовало развитию изящных искусств в миланском герцогстве. При дворе Франческо Сфорца одно время плодотворно работал великий Леонардо да Винчи – автор.)

Поговаривали, что Юлий Помпеевич *(* Так звали Джулио в России – автор), граф Литта, обер – камергер и обер — церемонеймейстер Двора Его Величества Императора Николая Первого, завещал чернокудрой Юлии все свое несметное состояние потому, что на самом деле она была не внучкой его, а — дочерью! Именно этой тихой, светской сплетней можно было объяснить, пожалуй, и то, что мать Юлии, в замужестве – графиня Пален — оставила ее, когда девочке было лишь пять с небольшим лет, и уехала в Париж: обучаться музыке и пению. Девочка росла своевольною и непокорною, но к тем, кого любила, всегда ластилась нежным ангелом. Доброта ее была истинно природною , не от ума, а от сердца. Няни и гувернантки обожали ее : всегда живую, веселую, похожую на грациозного котенка!

Бродя по дворцу любящего ее безумно деда, и трогая хрупкими пальчиками бесценные вещи, которыми были наполнены залы с высокими двустворчатыми окнами и холодно – мраморными полами – картины, бронза, фарфор, античные статуи и бюсты, маленькая Жюли рано начала понимать, что такое истинное искусство, а книги из огромнейшей библиотеки: Ариосто, Данте, Гельвеций, Дидро, Жермена де Сталь, Шатобриан, Монтень, столь же рано сформировали, четко «вылепили» ее независимый, свободолюбивый характер.

Она привыкла обо всем иметь свое собственное мнение. Не стеснялась его свободно выражать. С юных лет лелеяла и свой, неповторимый, безошибочный, отточенный от предков, неподдающийся ничьим влияниям, вкус.

Не стремилась следовать за модой – сама становилась ею, и очень часто появлялась при Дворе в горностаевой мантии и бриллиантовых украшениях, как бы бросая таким нарядом вызов самой Государыне Императрице! Царственной осанкой, необычным тоном кожи оливкового цвета, мелодично – звонким, «детским», как говорили голосом, свободною манерой разговора – непринужденной и увлекательной, она покоряла многие мужские сердца! И сама увлекалась беспрестанно!

В возрасте 25 лет, фрейлина Ея Величества, графиня Юлия фон Пален — Литта , 25 января 1825 года, вышла замуж за богатого и весьма незаурядного человека – полковника, графа Николая Александровича Самойлова, флигель – адъютанта Императора, одно время привлекавшегося к следствию по делу декабристов, но

« по Высочайшему повелению — оставленного без внимания». Граф Николай Самойлов был молод, весел, красив, интересен в общении, с ним знался сам Александр Пушкин, встречаясь на балах и раутах, они подолгу беседовали, но молодой граф… имел «странное несчастие» совсем недолго нравиться своей красавице — жене! Впрочем, графиня была всего лишь избранницей капризной матери Самойлова, а не его собственным сердечным выбором. Он любил другую. Не в этом ли и крылась причина столь быстрого разрыва меж ними?

Может быть, развод состоялся еще и потому, что был граф Николай Александрович, «красавец Алквивиад», как звали его друзья, лейб – гвардейцы Измайловского полка, заядлым бретером — дуэлянтом, пил слишком много вина, и ночами проигрывал, отчаянно винтя, большую часть своего и супруги огромного состояния? Зеленое сукно игорных столов несомненно привлекало его более, чем лицо Юлии Павловны, которую многие дерзко, но совсем не льстиво, сравнивали с Мадонною! Уже в 1827 году чета рассталась, по взаимному соглашению, граф вернул приданное супруги ( то, что осталось!) ее родным, отвез ее к отцу, графу Палену, и сохранил с ней вполне дружеские отношения – она часто приезжала к нему, была у него на именинном обеде. Они то и дело вводили в заблуждение чопорный высший свет своими весьма необычными отношениями. Молва то ссорила, то мирила их, так и не догадавшись об истинной причине разрыва блистательной пары, и получая истинное наслаждение от сплетен в их адрес. Граф вскоре после развода отправился в действующую армию генерала И. Паскевича и поражал сослуживцев « холодною храбростью и бесшабашностью»; графиня же, просто – напросто , с улыбкою презирала шлейф слухов и сплетен, неизменно тянувшейся за нею вослед из дверей любой светской гостиной!

Дерзость свободной от «уз Гименея» Юлии Павловны стала еще более ошеломляющей! «Последняя из рода Скавронских» постоянно сердила Властелина Империи тем, что заставляла весь модный и изысканный свет съезжаться не в Царское Село, к летнему Императорскому двору, а — за несколько верст от него, в свое большое имение Графская Славянка (под Петербургом) . Император, взбешенный тем, что Юлия Павловна « перенимает» у него гостей и пытается диктовать моду высшему кругу общества, предложил ей в 1847 году продать в «царскую казну» Графскую Славянку вместе с роскошным домом , выстроенным по проекту знаменитого петербургского архитектора и художника – Александра Павловича Брюллова. (*Старший из братьев Брюлловых, один из авторов проекта Экзерцисгауза на Дворцовой Площади, Михайловского театра, здания Генерального штаба и Лютеранской церкви в Северной столице – автор.)

Графиня подчинилась императорскому предложению, похожему на приказ, но сказала кому то из высоких сановников, вхожих в царские покои: « Передайте императору, что ездили не в Графскую Славянку, а к графине Самойловой, к ней и будут продолжать ездить, где б она не была!» Так оно и случилось. Вскоре блестящее светское общество, вся знать и артистический мир – богема «Северной Пальмиры» — собиралась уже у другого крыльца: шумная толпа заполняла собою залы одного из великолепных дворцов на Елагином Острове, воздвигнутого все тем же Александром Брюлловым, не жалевшим сил и времени для постройки удобного жилища Любимой Женщины младшего брата – Карла!

Она и забыла, с течением времени, когда и как ее « ударила молния» страстного притягательного чувства Любви к маленькому, хрупкому человеку с лицом , тонким и выразительным, как у древнегреческого бога, плохо слышащим на одно ухо, и как то трогательно – изящно склоняющим голову к тому, с кем он разговаривал.

Произошло ли это сразу, с момента их первой встречи, в Риме, у княгини Зенеиды Волконской, в несколько минут, когда они оба сказали друг другу с десяток ничего не значащих, светски любезных слов, хотя Брюллов и смотрел на нее неотрывно; или случилось много позже, уже потом, когда «бесценный друг Бришка» *(*Так графиня Самойлова многие годы называла К. П. Брюллова в своих письмах к нему. – автор) уже рисовал в ее присутствии эскизы к картине, отнявшей у него шесть лет жизни: «Последний день Помпеи»?!

Она никогда не могла дать точного ответа, но знала, что с самой первой их встречи стала будто «приворожена» к нему навсегда. Кто знает, может быть, она видела его лицо много ранее, в магическом хрустальном шаре или зеркале, на которых любила часто гадать при свете вечерних, ароматно оплывающих свечей?… Как видела гибель Пушкина на снегу Черной речки в 1837, смерть мужа в 1846, свое собственное трудное будущее на чужбине. Юлия Павловна отлично помнила, какой леденящий ужас охватил ее , когда она заглянула в центр угрожающе сверкающего багряно — алыми гранями кристалла, в феврале 1837 года…

Пушкин на холодном, кроваво — грязном снегу приподнялся и упал снова.. Ей тогда захотелось разбить зловещий шар, и она чуть было не швырнула в него от злости и бессильного отчаяния мягкой атласной туфелькой! Потом опомнилась: разве могла она идти против предначертаний Свыше?!

Она никому не говорила обо всем этом – горьком, страшном, неотвратимом! Не считала необходимым и возможным. Мудро молчала. Любимый ее «Бришка» тяжело переживал гибель Пушкина, скорбел и страдал, в бессилии сжимая кулаки, закрылся от всех, никого не принимал, шептал сквозь слепые слезы горя: «Несчастная Россия, как она не любит своих Гениев! Как она бездумно теряет их!» Юлия молча, потерянно кивала головою, сама не в силах, что либо сказать: опустошающая , жгучая боль бессильно жгла душу… Свершилось, увы!

Умение точно гадать по ладони и хрустальному шару — кристаллу она унаследовала от своей прабабки по итальянской линии. Гадала графиня по линиям ладони многим — многим петербургским светским дамам.

Говорила, откровенно и резко, о всех перепитиях их «кружевных» судеб – они, бывало, трепетали и млели, едва не падая в обморок, слыша ее дерзновенные речи об их сердечных тайнах, но вот своих личных тайн она никогда не открыла никому, и сердилась, когда их хоть как — то пытались угадать!

Сама же она так не смогла узнать у хрустального шара – кристалла самой главной своей тайны – тайны любви к Карлу Брюллову!

Несмотря на всю свою прозорливость, тонкость, «вещую» мудрость, которой часто поражались многие, знавшие ее! (Дж. Россини, Пачинни, Мальезе, Д. Фикельмон, Ольга Пушкина)

Опрятно одетый, с некоторою ноткой чуть насмешливой, артистической небрежности, любезный и остроумный, независимый во мнениях и суждениях своих, несколько рассеянный, Карл Брюллов неизменно привлекал внимание к себе всюду, где бы не появлялся, хотя, бывало и так, что он молчал целыми вечерами, сосредоточенно слушая других или чертя остро отточенным грифелем карандаша что – нибудь в альбом, принесенный с собою. Альбом с почтительной внимательностью разглядывали после все гости, не смея задать художнику ни одного вопроса, оберегая покой хрупкого человека, утонувшего в омуте глубокого кресла, не слышашего ни музыки, ни звона бокалов, ни шагов. Ушедшего полностью в свой « мир художества»!

Свело ли их вместе Провидение, сходство ли натур, прихоть, случайный каприз Обстоятельств, все ли, вместе взятое, но графиня Юлия Павловна более не мыслила с 1827 года ни одного дня без своего « милого Бришки»!

Известны лишь немногие строки ее писем к нему (остальное неизданно или утеряно) но в них — но в них столь страстно выражено безграничное чувство любви, что кажется, будто опаляет читающего полуденное, жаркое, итальянское солнце:

«Мой дружка Бришка…люблю тебя более, чем изъяснить умею, обнимаю тебя, и до гроба буду душевно тебе привержена». И еще : « Люблю тебя, обожаю, я тебе предана, и рекомендую себя твоей дружбе. Она для меня – самая драгоценная вещь на свете. А в письме к Александру Брюллову – брату возлюбленного, графиня и вовсе откровенно писала о том, что они с « Карлом – Бришкою» хотели бы соединить свои судьбы. Что помешало им обоим сделать это, ведь графиня Юлия Павловна была единственною настоящей любовью художника на протяжении всей его жизни? Уж больше никогда потом, после разрыва с нею, (в 1845 – 46 годах, графиня Самойлова уехала в Италию, вышла замуж за итальянского певца Перри, и Брюллов не смог отыскать ее следов там, хотя и предпринимал тщетные усилия! — автор.) никогда не дано будет ему испытать это слитное чувство восторга и вместе верной, почти мужской дружественности, которое дарила ему графиня! В ней влекло его и еще одно редкое ее свойство – щедрость, теплая, солнечная доброта, которая, повторим, исходила вовсе не от ума, а только от глубин тонко чувствующего сердца. Она неизменно, всю долгую жизнь свою, покровительствовала художникам и искусствам, и не ради себя и своего тщеславия, а ради тех людей, которым помогала!

Например, русскому художнику Зассену, которому с больной невестою не на что было уехать на родину, она дала необходимую сумму денег. Пенсии, пособия беднякам лились из ее кармана рекой. Крестьяне ее имений любили ее и называли как то просто, тепло — «графинюшкою», зная, что в любой момент могут обратиться к ней за любою помощью и она не откажет ни в чем!

Неудивительно, что к «осени» своей жизни блистательная графиня Жюли была отчаянно разорена и познала голод и « позолоченную бедность»! Но и тогда продолжала она бескорыстно заботиться о двух своих приемных дочерях, Амацилии и Джованине Пачинни, (*Дочери обедневшего миланского певца и композитора, персонажи знаменитой Брюлловской «Всадницы» и «Маскарада» – автор.) пытаясь то выделить им приданное из крох почти прожитого состояния, то счастливо выдать замуж, то показать любопытным девичьим глазам мир и свою северную Родину – Россию, к которой графиня была очень привязана. Но взрослое сердце, увы, не обладает столь безграничною преданностью, как детское. Оно слишком искушено горечью прожитых лет, разочарований, холодом и желчью зависти. Характерный пример тому — эпизод из поздней биографии маленькой девочки в розовом, на балконе старинной виллы Кампо – одной из двух персонажей блистательной и бессмертной«Всадницы»!

Амацилия Пачинни, окончившая свои дни в одном из итальянских монастырей, после двух неудачных замужеств и нескольких лет вдовства, не могла без неудержимых слез вспоминать о своей «приемной маме», что однако же, вовсе не мешало ей судиться с Юлией Павловной много раньше, за часть дома, принадлежавшего ей наравне с сестрой Джованиной, не то по праву наследования, не то по договору усыновления – весьма запутанная история, непонятная до конца и в наши дни. Скандальность ее добавила немало седых волос графине, но до конца своих дней она продолжала навещать Амацилию, писать ей, и всячески ее поддерживать – любящему сердцу нельзя приказать хранить безразличную холодность!

Впрочем, однажды Юлии Павловне все таки удалось подобное – приказать сердцу расстаться с Возлюбленным своим – «богом кисти», Карлом Брюлловым.

Она знала, что они удивительно похожи душами, сердцами, восприятием мира. Они всегда понимали друг друга с полуслова, не посягали на свободу друг друга, не было между ними ни секрета, ни тайны, ни банально – пошлой ревности: все могли без ложного стеснения рассказать друг другу о мимолетных увлечениях другою или другим, и весело посмеяться, подтрунить тут же над самими собою, все прощали друг другу великодушно любящими сердцами!

Не посягала никогда гордая, свободолюбивая красавица Юлия и на тайны внутреннего мира свого «палладина» — «бесценного Бришки», зная, что, подчас, за видимым спокойствием и молчанием в душе его таится – глубокая бездна!

И только Она, несравненная Юлия, была истинным его Ангелом – Хранителем, хотя не было в ней никогда ничего небесно – воздушного, это была только прекрасная, земная женщина — грешная, вспыльчивая, с тягой к подлинно земным страстям и земному счастью. Она была, и в самом деле, настоящим, ослепляющим, обжигающим, заливающим все вокруг яркостью и жаром,

« итальянским полднем, солнцем», как звал ее Брюллов, и в тени все учащающихся приступов нервной меланхолии Возлюбленного, чему способствовали тяжелейшие обстоятельства жизни художника: смерть родителей, брата Павла, и самое главное — большая и скрытая от посторонних глаз трагедия неудавшегося брака самого Брюллова с выдающейся пианисткой, ученицей Фредерика Шопена, Эмилией Тимм – ей становилось все холоднее и холоднее. Она знала горькую историю брака своего Художника, но тоже — мало кому говорила о ней. Боялась растерзать и свое и чужое сердце чересчур тягостным повествованием.

Два очень привязанных друг к другу человека – Карл и Эмилия – не смогли, и обвенчавшись, жить вместе потому, что союзу их противостоял жестокий и деспотичный отец талантливой девушки, испытываюший к ней чувства, противоестественные отцовским. Своими домогательствами и, возможно, какой — то имущественной властью над Эмилией, деспот принудил ее и после венчания с Брюлловым жить под «родительским кровом»! Она, боясь огласки, и потери «чести семьи», (* как будто речь еще могла идти о какой то чести?! – автор.) согласилась терпеть унижения, но Брюллов, законный супруг — в глазах общества, не смирился с «подобным адом», и, подробно описав в письме на имя Священного Синода и Министра Двора, князя П. М. Волконского, горькую историю свого брака и душевного разочарования, получил, через два месяца после венчания, безоговорочное разрешение на полный развод, что было по тем временам – совершенно уникально! Художник предпочел иметь ад в собственной, одинокой душе, а не вдвоем! Он обрел его, этот молчаливый ад, взамен разрушеной мечты о «парной душе», разрушенной навсегда веры в гармонию.

Он будет гнаться за гармонией во всех своих новых полотнах, но ему почти не удастся догнать эту летучую нимфу! Почти…

Даже в его портретах все ярче, все резче, определеннее, будет проглядывать одиночество, горечь отрешения от мирской суеты.. Горечь тяжелого прозрения. («Портрет Струговщикова», «Автопортрет».) Талантливейшему мастеру, прославившему Россию своими полотнами по всему миру, профессору Академии Художеств, имевшему сотни учеников и поклонников, сочувствовали многие, но плакать безутешными слезами ребенка он мог только на коленях графини Юлии. Она все понимала и утешала, но все таки, бесконечно зябла в глубинах его огромных, печальных, отрешенных глаз. Или ей казалось , что – зябла?…

Они, бросив все в России: заказы, Академию, классы, пренебрегая Высочайшим недовольством, бывало,уезжали на пару месяцев в Италию, Брюллов там писал свои этюды к большим картинам, жанровые сценки из Неаполитанской жизни, заказанные ему итальянскойм и русскою знатью портреты. От богатых клиентов не было отбоя, да и Юлия никогда бы не позволила «милому дружку» испытывать нужду в чем либо, но он часто устало ронял: « Я никогда не женюсь, моя жена — художества!» И его опять тянуло в Россию. Сперва она делала вид, будто беспечно не слышит.

Но, однажды, в 1845 году, перед очередным отъездом в Петербург, приняла для себя мучительное решение. Они должны расстаться . Сказала Брюллову, что уходит, что любит другого, и — давно! Тот ничему не возражал. Согласно кивал. Но когда на Иссакиевском прешпекте, в Санкт – Петербурге, их сани уже окончательно разъезжались в разные стороны, тихо сказал: «Ты уходишь из моей жизни.. Значит, и мне пора уходить!» Она не услышала этих слов в скрипе санных полозьев, или опять сделала вид, что не слышит..Зимнее солнце предательски слепило глаза, текли слезы, она глотала их, улыбаясь..Но все пыталась быть победным июльским, итальянским солнцем. Тем, чем всегда была для «бесценного дружка Бришки»! Ведь он смотрел ей вслед. Это она чувствовала, не оборачиваясь! Она хотела быть не сломленною голубкой, а гордым, сверкающим из – за туч Солнцем…

Впрочем, теперь уж не для Него.. Для другого.. Других..

P. S. Их, этих других, будет еще немало. Официально графиня Ю. П. Самойлова побывает замужем еще дважды. Второй ее муж, оперный певец Перри , умрет через год после свадьбы — от чахотки, в 1847 году, а третий, граф дэ Морнэ, оставит супругу через год после венчания, объяснив разъезд полным несходством характеров. Не все из рыцарей графини могли в высшей мере выносить ослепляющий блеск «итальянского солнца»! То под силу было, быть может, лишь одному «верному палладину» чернокудрой Жюли – Карлу Брюллову, «кистью и против воли своей прославлявшему Бога! (В. А. Жуковский.) Но грешный, земной Ангел, которого этот самый Бог в благодарность послал вдохновенному Мастеру, не захотел быть с ним рядом до конца! Увы, иногда так бывает. Потому то такие Ангелы и зовутся – Земными. Вся загадка лишь в том, почему Души, охраняемые ими, не живут без них слишком долго…

23 июня 1852 года в селении Манциано, в семье своего преданного друга А. Титтони, Карл Брюллов , приехавший в Италию для лечения застарелого ревматизма сердца, скончался после внезапного жестокого приступа. Похоронен на кладбище Монте – Тестаччо, под Римом. Графиня Юлия Павловна Самойлова пережила своего гениального Возлюбленного на долгие 23 года.

Умерла она в Париже, 14 марта 1875 года. Похоронена на кладбище Пер – Лашез. В годы нужды и разорения Юлия Павловна категорически отказалась продать принадлежащие ей картины кисти К. Брюллова. Судьбою их распорядились уже потомки графини – дальние родственники, живущие до сих пор в Италии, на родовой вилле Пален – Литта, Кампо, под Римом.

9 февраля 2003 года. Макаренко Светлана.

· В подготовке статьи использованы материалы личной библиотеки и архива автора.

· Многие факты биографии графини Ю. П. Самойловой, ее письма к К. П. Брюллову, до сих пор остаются неизвестными. Не установлена и дата ее рождения.

Самойлова Юлия

( . — 14.03.1875 года ) Россия «Последняя из рода Скавронских» постоянно сердила Властелина Империи тем, что заставляла весь модный и изысканный свет съезжаться не в Царское Село, к летнему Императорскому двору, а — за несколько верст от него, в свое большое имение Графская Славянка (под Петербургом) . Император, взбешенный тем, что Юлия Павловна « перенимает» у него гостей и пытается диктовать моду высшему кругу общества, предложил ей в 1847 году продать в «царскую казну» Графскую Славянку вместе с роскошным домом , выстроенным по проекту знаменитого петербургского архитектора и художника – Александра Павловича Брюллова. Графиня подчинилась императорскому предложению, похожему на приказ, но сказала кому то из высоких сановников, вхожих в царские покои: «Передайте императору, что ездили не в Графскую Славянку, а к графине Самойлов. «

Автор: Светлана Макаренко

Сайт: «People’s History»

Статья: Графиня Юлия Павловна Самойлова, «итальянское солнце» Брюллова

В России о ней худо шелестела молва… Вкрадчиво, бархатно, с испуганными паузами, с оглядкою на несметные богатства и древнюю фамилию, несомненную близость к царственному роду Романовых, но все равно — худо!

Светские дамы, горделиво и заносчиво, с презрительною усмешкою дергали оголенными, обсыпанными пудрой плечиками при звуках ее имени, будто говорили: « А чем мы — хуже?!» старушки же шипели змеино, по углам:

«Бог знает, какова и по вере то, не разберешь, понамешано кровей – впору рядиться ей хоть и немкою и итальянкою! А русскою и то — вряд ли будет под стать – судачили светские «мумии», потряхивая чепцами, – живет, словно бусурманка какая: при живом муже — с другим мужчиною! Хотя , что с «амаранта»* (любовника — франц. автор) взять, коли тот – художник -, знай, себе кистями мажет по холстине, даром, что в Италиях всяких учился, одно слово – пустозвон – повеса, о его кутежах слава по всему Петербургу, да он, предерзкий, лишь рукою машет, ему – море по колено, знаменит, и Государем обласкан за мазню свою! Усердно, без устали светские мельницы, упражняли язык, сверкая гневно очами, да только все — попусту! Не замечала горделивая графиня Жюли – Юлия Павловна Самойлова, урожденная фон дер Пален, ни сплетен, ни намеков, ни холодных кивков, ни презрительных взглядов, брошенных вслед ей – первой в России светской даме, к которой так и прилипло — пристало это новомодное понятие : «львица», пришедшее из Старой Европы в холодную Северную Пальмиру.

Вот что писал о нем – словесном образе и емком, вошедшем прочно в обиход в позапрошлом веке, понятии, К. Д. Крюгер, автор книги «Замечательные женщины XIX столетия»:

«В 30-е годы XIX столетия в обществе, под влиянием идей романтизма, возник новый тип великосветской женщины, свободной, дерзкой, блестящей. Таких дам называли «львицами». Они зачитывались романами Жорж Санд, курили, пренебрегали условностями и нередко имели очень бурную личную жизнь».

Графиня Юлия Павловна полностью соответствовала этой характеристике: независимая, образованная редкостно для женщины того времени, прекрасно разбирающаяся в искусстве, музыке, литературе, она прислушивалась лишь к голосу своего сердца и делала только то, что оно, беспокойное, подсказывало ей!

Могут возразить, что основой независимости дерзкой графини Пален — Самойловой было ее несметное состояние, доставшееся ей от прадедов и дедов — и материнская и отцовская ветви рода графини фон дер Пален принадлежали к самым знатным родам российским и итальянским: Паленов и Скавронских, Литта и Висконти.. (граф Джулио (Юлий) Литта – второй муж бабушки Ю. П. Самойловой по матери)

Скавронские восходили в генеалогическом древе к самой Екатерине Первой — Марте Скавронской, жене Петра Великого, что обеспечивало блистательной Юлии близость к императорской фамилии, и очень завидное положение при русском дворе, а графы Литта – Висконти Арези вели свое начало от миланского графского рода Висконти, связанного близкими узами родства с герцогским семейством Франческо Сфорца, столь знаменитым в истории и Милана, и Италии!*

(* Семейство Сфорца покровительствовало развитию изящных искусств в миланском герцогстве. При дворе Франческо Сфорца одно время плодотворно работал великий Леонардо да Винчи – автор.)

Поговаривали, что Юлий Помпеевич *(* Так звали Джулио в России – автор), граф Литта, обер – камергер и обер — церемонеймейстер Двора Его Величества Императора Николая Первого, завещал чернокудрой Юлии все свое несметное состояние потому, что на самом деле она была не внучкой его, а — дочерью! Именно этой тихой, светской сплетней можно было объяснить, пожалуй, и то, что мать Юлии, в замужестве – графиня Пален — оставила ее, когда девочке было лишь пять с небольшим лет, и уехала в Париж: обучаться музыке и пению. Девочка росла своевольною и непокорною, но к тем, кого любила, всегда ластилась нежным ангелом. Доброта ее была истинно природною , не от ума, а от сердца. Няни и гувернантки обожали ее : всегда живую, веселую, похожую на грациозного котенка!

Бродя по дворцу любящего ее безумно деда, и трогая хрупкими пальчиками бесценные вещи, которыми были наполнены залы с высокими двустворчатыми окнами и холодно – мраморными полами – картины, бронза, фарфор, античные статуи и бюсты, маленькая Жюли рано начала понимать, что такое истинное искусство, а книги из огромнейшей библиотеки: Ариосто, Данте, Гельвеций, Дидро, Жермена де Сталь, Шатобриан, Монтень, столь же рано сформировали, четко «вылепили» ее независимый, свободолюбивый характер.

Она привыкла обо всем иметь свое собственное мнение. Не стеснялась его свободно выражать. С юных лет лелеяла и свой, неповторимый, безошибочный, отточенный от предков, неподдающийся ничьим влияниям, вкус.

Не стремилась следовать за модой – сама становилась ею, и очень часто появлялась при Дворе в горностаевой мантии и бриллиантовых украшениях, как бы бросая таким нарядом вызов самой Государыне Императрице! Царственной осанкой, необычным тоном кожи оливкового цвета, мелодично – звонким, «детским», как говорили голосом, свободною манерой разговора – непринужденной и увлекательной, она покоряла многие мужские сердца! И сама увлекалась беспрестанно!

В возрасте 25 лет, фрейлина Ея Величества, графиня Юлия фон Пален — Литта , 25 января 1825 года, вышла замуж за богатого и весьма незаурядного человека – полковника, графа Николая Александровича Самойлова, флигель – адъютанта Императора, одно время привлекавшегося к следствию по делу декабристов, но

« по Высочайшему повелению — оставленного без внимания». Граф Николай Самойлов был молод, весел, красив, интересен в общении, с ним знался сам Александр Пушкин, встречаясь на балах и раутах, они подолгу беседовали, но молодой граф… имел «странное несчастие» совсем недолго нравиться своей красавице — жене! Впрочем, графиня была всего лишь избранницей капризной матери Самойлова, а не его собственным сердечным выбором. Он любил другую. Не в этом ли и крылась причина столь быстрого разрыва меж ними?

Может быть, развод состоялся еще и потому, что был граф Николай Александрович, «красавец Алквивиад», как звали его друзья, лейб – гвардейцы Измайловского полка, заядлым бретером — дуэлянтом, пил слишком много вина, и ночами проигрывал, отчаянно винтя, большую часть своего и супруги огромного состояния? Зеленое сукно игорных столов несомненно привлекало его более, чем лицо Юлии Павловны, которую многие дерзко, но совсем не льстиво, сравнивали с Мадонною! Уже в 1827 году чета рассталась, по взаимному соглашению, граф вернул приданное супруги ( то, что осталось!) ее родным, отвез ее к отцу, графу Палену, и сохранил с ней вполне дружеские отношения – она часто приезжала к нему, была у него на именинном обеде. Они то и дело вводили в заблуждение чопорный высший свет своими весьма необычными отношениями. Молва то ссорила, то мирила их, так и не догадавшись об истинной причине разрыва блистательной пары, и получая истинное наслаждение от сплетен в их адрес. Граф вскоре после развода отправился в действующую армию генерала И. Паскевича и поражал сослуживцев « холодною храбростью и бесшабашностью»; графиня же, просто – напросто , с улыбкою презирала шлейф слухов и сплетен, неизменно тянувшейся за нею вослед из дверей любой светской гостиной!

Дерзость свободной от «уз Гименея» Юлии Павловны стала еще более ошеломляющей! «Последняя из рода Скавронских» постоянно сердила Властелина Империи тем, что заставляла весь модный и изысканный свет съезжаться не в Царское Село, к летнему Императорскому двору, а — за несколько верст от него, в свое большое имение Графская Славянка (под Петербургом) . Император, взбешенный тем, что Юлия Павловна « перенимает» у него гостей и пытается диктовать моду высшему кругу общества, предложил ей в 1847 году продать в «царскую казну» Графскую Славянку вместе с роскошным домом , выстроенным по проекту знаменитого петербургского архитектора и художника – Александра Павловича Брюллова. (*Старший из братьев Брюлловых, один из авторов проекта Экзерцисгауза на Дворцовой Площади, Михайловского театра, здания Генерального штаба и Лютеранской церкви в Северной столице – автор.)

Графиня подчинилась императорскому предложению, похожему на приказ, но сказала кому то из высоких сановников, вхожих в царские покои: « Передайте императору, что ездили не в Графскую Славянку, а к графине Самойловой, к ней и будут продолжать ездить, где б она не была!» Так оно и случилось. Вскоре блестящее светское общество, вся знать и артистический мир – богема «Северной Пальмиры» — собиралась уже у другого крыльца: шумная толпа заполняла собою залы одного из великолепных дворцов на Елагином Острове, воздвигнутого все тем же Александром Брюлловым, не жалевшим сил и времени для постройки удобного жилища Любимой Женщины младшего брата – Карла!

Она и забыла, с течением времени, когда и как ее « ударила молния» страстного притягательного чувства Любви к маленькому, хрупкому человеку с лицом , тонким и выразительным, как у древнегреческого бога, плохо слышащим на одно ухо, и как то трогательно – изящно склоняющим голову к тому, с кем он разговаривал.

Произошло ли это сразу, с момента их первой встречи, в Риме, у княгини Зенеиды Волконской, в несколько минут, когда они оба сказали друг другу с десяток ничего не значащих, светски любезных слов, хотя Брюллов и смотрел на нее неотрывно; или случилось много позже, уже потом, когда «бесценный друг Бришка» *(*Так графиня Самойлова многие годы называла К. П. Брюллова в своих письмах к нему. – автор) уже рисовал в ее присутствии эскизы к картине, отнявшей у него шесть лет жизни: «Последний день Помпеи»?!

Она никогда не могла дать точного ответа, но знала, что с самой первой их встречи стала будто «приворожена» к нему навсегда. Кто знает, может быть, она видела его лицо много ранее, в магическом хрустальном шаре или зеркале, на которых любила часто гадать при свете вечерних, ароматно оплывающих свечей?… Как видела гибель Пушкина на снегу Черной речки в 1837, смерть мужа в 1846, свое собственное трудное будущее на чужбине. Юлия Павловна отлично помнила, какой леденящий ужас охватил ее , когда она заглянула в центр угрожающе сверкающего багряно — алыми гранями кристалла, в феврале 1837 года…

Пушкин на холодном, кроваво — грязном снегу приподнялся и упал снова.. Ей тогда захотелось разбить зловещий шар, и она чуть было не швырнула в него от злости и бессильного отчаяния мягкой атласной туфелькой! Потом опомнилась: разве могла она идти против предначертаний Свыше?!

Она никому не говорила обо всем этом – горьком, страшном, неотвратимом! Не считала необходимым и возможным. Мудро молчала. Любимый ее «Бришка» тяжело переживал гибель Пушкина, скорбел и страдал, в бессилии сжимая кулаки, закрылся от всех, никого не принимал, шептал сквозь слепые слезы горя: «Несчастная Россия, как она не любит своих Гениев! Как она бездумно теряет их!» Юлия молча, потерянно кивала головою, сама не в силах, что либо сказать: опустошающая , жгучая боль бессильно жгла душу… Свершилось, увы!

Умение точно гадать по ладони и хрустальному шару — кристаллу она унаследовала от своей прабабки по итальянской линии. Гадала графиня по линиям ладони многим — многим петербургским светским дамам.

Говорила, откровенно и резко, о всех перепитиях их «кружевных» судеб – они, бывало, трепетали и млели, едва не падая в обморок, слыша ее дерзновенные речи об их сердечных тайнах, но вот своих личных тайн она никогда не открыла никому, и сердилась, когда их хоть как — то пытались угадать!

Сама же она так не смогла узнать у хрустального шара – кристалла самой главной своей тайны – тайны любви к Карлу Брюллову!

Несмотря на всю свою прозорливость, тонкость, «вещую» мудрость, которой часто поражались многие, знавшие ее! (Дж. Россини, Пачинни, Мальезе, Д. Фикельмон, Ольга Пушкина)

Опрятно одетый, с некоторою ноткой чуть насмешливой, артистической небрежности, любезный и остроумный, независимый во мнениях и суждениях своих, несколько рассеянный, Карл Брюллов неизменно привлекал внимание к себе всюду, где бы не появлялся, хотя, бывало и так, что он молчал целыми вечерами, сосредоточенно слушая других или чертя остро отточенным грифелем карандаша что – нибудь в альбом, принесенный с собою. Альбом с почтительной внимательностью разглядывали после все гости, не смея задать художнику ни одного вопроса, оберегая покой хрупкого человека, утонувшего в омуте глубокого кресла, не слышашего ни музыки, ни звона бокалов, ни шагов. Ушедшего полностью в свой « мир художества»!

Свело ли их вместе Провидение, сходство ли натур, прихоть, случайный каприз Обстоятельств, все ли, вместе взятое, но графиня Юлия Павловна более не мыслила с 1827 года ни одного дня без своего « милого Бришки»!

Известны лишь немногие строки ее писем к нему (остальное неизданно или утеряно) но в них — но в них столь страстно выражено безграничное чувство любви, что кажется, будто опаляет читающего полуденное, жаркое, итальянское солнце:

«Мой дружка Бришка…люблю тебя более, чем изъяснить умею, обнимаю тебя, и до гроба буду душевно тебе привержена». И еще : « Люблю тебя, обожаю, я тебе предана, и рекомендую себя твоей дружбе. Она для меня – самая драгоценная вещь на свете. А в письме к Александру Брюллову – брату возлюбленного, графиня и вовсе откровенно писала о том, что они с « Карлом – Бришкою» хотели бы соединить свои судьбы. Что помешало им обоим сделать это, ведь графиня Юлия Павловна была единственною настоящей любовью художника на протяжении всей его жизни? Уж больше никогда потом, после разрыва с нею, (в 1845 – 46 годах, графиня Самойлова уехала в Италию, вышла замуж за итальянского певца Перри, и Брюллов не смог отыскать ее следов там, хотя и предпринимал тщетные усилия! — автор.) никогда не дано будет ему испытать это слитное чувство восторга и вместе верной, почти мужской дружественности, которое дарила ему графиня! В ней влекло его и еще одно редкое ее свойство – щедрость, теплая, солнечная доброта, которая, повторим, исходила вовсе не от ума, а только от глубин тонко чувствующего сердца. Она неизменно, всю долгую жизнь свою, покровительствовала художникам и искусствам, и не ради себя и своего тщеславия, а ради тех людей, которым помогала!

Например, русскому художнику Зассену, которому с больной невестою не на что было уехать на родину, она дала необходимую сумму денег. Пенсии, пособия беднякам лились из ее кармана рекой. Крестьяне ее имений любили ее и называли как то просто, тепло — «графинюшкою», зная, что в любой момент могут обратиться к ней за любою помощью и она не откажет ни в чем!

Неудивительно, что к «осени» своей жизни блистательная графиня Жюли была отчаянно разорена и познала голод и « позолоченную бедность»! Но и тогда продолжала она бескорыстно заботиться о двух своих приемных дочерях, Амацилии и Джованине Пачинни, (*Дочери обедневшего миланского певца и композитора, персонажи знаменитой Брюлловской «Всадницы» и «Маскарада» – автор.) пытаясь то выделить им приданное из крох почти прожитого состояния, то счастливо выдать замуж, то показать любопытным девичьим глазам мир и свою северную Родину – Россию, к которой графиня была очень привязана. Но взрослое сердце, увы, не обладает столь безграничною преданностью, как детское. Оно слишком искушено горечью прожитых лет, разочарований, холодом и желчью зависти. Характерный пример тому — эпизод из поздней биографии маленькой девочки в розовом, на балконе старинной виллы Кампо – одной из двух персонажей блистательной и бессмертной«Всадницы»!

Амацилия Пачинни, окончившая свои дни в одном из итальянских монастырей, после двух неудачных замужеств и нескольких лет вдовства, не могла без неудержимых слез вспоминать о своей «приемной маме», что однако же, вовсе не мешало ей судиться с Юлией Павловной много раньше, за часть дома, принадлежавшего ей наравне с сестрой Джованиной, не то по праву наследования, не то по договору усыновления – весьма запутанная история, непонятная до конца и в наши дни. Скандальность ее добавила немало седых волос графине, но до конца своих дней она продолжала навещать Амацилию, писать ей, и всячески ее поддерживать – любящему сердцу нельзя приказать хранить безразличную холодность!

Впрочем, однажды Юлии Павловне все таки удалось подобное – приказать сердцу расстаться с Возлюбленным своим – «богом кисти», Карлом Брюлловым.

Она знала, что они удивительно похожи душами, сердцами, восприятием мира. Они всегда понимали друг друга с полуслова, не посягали на свободу друг друга, не было между ними ни секрета, ни тайны, ни банально – пошлой ревности: все могли без ложного стеснения рассказать друг другу о мимолетных увлечениях другою или другим, и весело посмеяться, подтрунить тут же над самими собою, все прощали друг другу великодушно любящими сердцами!

Не посягала никогда гордая, свободолюбивая красавица Юлия и на тайны внутреннего мира свого «палладина» — «бесценного Бришки», зная, что, подчас, за видимым спокойствием и молчанием в душе его таится – глубокая бездна!

И только Она, несравненная Юлия, была истинным его Ангелом – Хранителем, хотя не было в ней никогда ничего небесно – воздушного, это была только прекрасная, земная женщина — грешная, вспыльчивая, с тягой к подлинно земным страстям и земному счастью. Она была, и в самом деле, настоящим, ослепляющим, обжигающим, заливающим все вокруг яркостью и жаром,

« итальянским полднем, солнцем», как звал ее Брюллов, и в тени все учащающихся приступов нервной меланхолии Возлюбленного, чему способствовали тяжелейшие обстоятельства жизни художника: смерть родителей, брата Павла, и самое главное — большая и скрытая от посторонних глаз трагедия неудавшегося брака самого Брюллова с выдающейся пианисткой, ученицей Фредерика Шопена, Эмилией Тимм – ей становилось все холоднее и холоднее. Она знала горькую историю брака своего Художника, но тоже — мало кому говорила о ней. Боялась растерзать и свое и чужое сердце чересчур тягостным повествованием.

Два очень привязанных друг к другу человека – Карл и Эмилия – не смогли, и обвенчавшись, жить вместе потому, что союзу их противостоял жестокий и деспотичный отец талантливой девушки, испытываюший к ней чувства, противоестественные отцовским. Своими домогательствами и, возможно, какой — то имущественной властью над Эмилией, деспот принудил ее и после венчания с Брюлловым жить под «родительским кровом»! Она, боясь огласки, и потери «чести семьи», (* как будто речь еще могла идти о какой то чести?! – автор.) согласилась терпеть унижения, но Брюллов, законный супруг — в глазах общества, не смирился с «подобным адом», и, подробно описав в письме на имя Священного Синода и Министра Двора, князя П. М. Волконского, горькую историю свого брака и душевного разочарования, получил, через два месяца после венчания, безоговорочное разрешение на полный развод, что было по тем временам – совершенно уникально! Художник предпочел иметь ад в собственной, одинокой душе, а не вдвоем! Он обрел его, этот молчаливый ад, взамен разрушеной мечты о «парной душе», разрушенной навсегда веры в гармонию.

Он будет гнаться за гармонией во всех своих новых полотнах, но ему почти не удастся догнать эту летучую нимфу! Почти…

Даже в его портретах все ярче, все резче, определеннее, будет проглядывать одиночество, горечь отрешения от мирской суеты.. Горечь тяжелого прозрения. («Портрет Струговщикова», «Автопортрет».) Талантливейшему мастеру, прославившему Россию своими полотнами по всему миру, профессору Академии Художеств, имевшему сотни учеников и поклонников, сочувствовали многие, но плакать безутешными слезами ребенка он мог только на коленях графини Юлии. Она все понимала и утешала, но все таки, бесконечно зябла в глубинах его огромных, печальных, отрешенных глаз. Или ей казалось , что – зябла?…

Они, бросив все в России: заказы, Академию, классы, пренебрегая Высочайшим недовольством, бывало,уезжали на пару месяцев в Италию, Брюллов там писал свои этюды к большим картинам, жанровые сценки из Неаполитанской жизни, заказанные ему итальянскойм и русскою знатью портреты. От богатых клиентов не было отбоя, да и Юлия никогда бы не позволила «милому дружку» испытывать нужду в чем либо, но он часто устало ронял: « Я никогда не женюсь, моя жена — художества!» И его опять тянуло в Россию. Сперва она делала вид, будто беспечно не слышит.

Но, однажды, в 1845 году, перед очередным отъездом в Петербург, приняла для себя мучительное решение. Они должны расстаться . Сказала Брюллову, что уходит, что любит другого, и — давно! Тот ничему не возражал. Согласно кивал. Но когда на Иссакиевском прешпекте, в Санкт – Петербурге, их сани уже окончательно разъезжались в разные стороны, тихо сказал: «Ты уходишь из моей жизни.. Значит, и мне пора уходить!» Она не услышала этих слов в скрипе санных полозьев, или опять сделала вид, что не слышит..Зимнее солнце предательски слепило глаза, текли слезы, она глотала их, улыбаясь..Но все пыталась быть победным июльским, итальянским солнцем. Тем, чем всегда была для «бесценного дружка Бришки»! Ведь он смотрел ей вслед. Это она чувствовала, не оборачиваясь! Она хотела быть не сломленною голубкой, а гордым, сверкающим из – за туч Солнцем…

Впрочем, теперь уж не для Него.. Для другого.. Других..

P. S. Их, этих других, будет еще немало. Официально графиня Ю. П. Самойлова побывает замужем еще дважды. Второй ее муж, оперный певец Перри , умрет через год после свадьбы — от чахотки, в 1847 году, а третий, граф дэ Морнэ, оставит супругу через год после венчания, объяснив разъезд полным несходством характеров. Не все из рыцарей графини могли в высшей мере выносить ослепляющий блеск «итальянского солнца»! То под силу было, быть может, лишь одному «верному палладину» чернокудрой Жюли – Карлу Брюллову, «кистью и против воли своей прославлявшему Бога! (В. А. Жуковский.) Но грешный, земной Ангел, которого этот самый Бог в благодарность послал вдохновенному Мастеру, не захотел быть с ним рядом до конца! Увы, иногда так бывает. Потому то такие Ангелы и зовутся – Земными. Вся загадка лишь в том, почему Души, охраняемые ими, не живут без них слишком долго…

23 июня 1852 года в селении Манциано, в семье своего преданного друга А. Титтони, Карл Брюллов , приехавший в Италию для лечения застарелого ревматизма сердца, скончался после внезапного жестокого приступа. Похоронен на кладбище Монте – Тестаччо, под Римом. Графиня Юлия Павловна Самойлова пережила своего гениального Возлюбленного на долгие 23 года.

Умерла она в Париже, 14 марта 1875 года. Похоронена на кладбище Пер – Лашез. В годы нужды и разорения Юлия Павловна категорически отказалась продать принадлежащие ей картины кисти К. Брюллова. Судьбою их распорядились уже потомки графини – дальние родственники, живущие до сих пор в Италии, на родовой вилле Пален – Литта, Кампо, под Римом.

9 февраля 2003 года. Макаренко Светлана.

· В подготовке статьи использованы материалы личной библиотеки и архива автора.

· Многие факты биографии графини Ю. П. Самойловой, ее письма к К. П. Брюллову, до сих пор остаются неизвестными. Не установлена и дата ее рождения.

Юлия Самойлова - полная биографияСемья Самойловых Юлия Самойлова - полная биография

Гораздо ближе узнаешь человека, когда побываешь у него дома. Слава Богу, мы побывали в гостях у семьи Самойловых.

Юлия Самойлова - полная биографияЗнакомьтесь:

Глава семьи — Михаил, прихожанин храма Державной иконы Божией Матери, имеющий два высших образования (инженер-радиоэлектроник и экономист), в настоящее время работает менеджером по продажам, учащийся третьего класса ЦПШ, староста класса. Михаил также много занимается обработкой фото и видео материалов Прихода.
Хозяйка дома — Юлия, также прихожанка нашего храма, педагог — дефектолог, сурдопедагог, окончила РГПУ им. Герцена, учащаяся ЦПШ, участник родительской инициативной группы.
В семье четверо детей. Старший сын — Дмитрий, 14 лет, школьник, посещает детские огласительные курсы ЦПШ. Заботливый брат, помощник папы и мамы, домашний кулинар (младший брат Иван сказал, что они все очень любят, когда Дима готовит картошку с приправами). Дима интересуется военной историей, играет в «кригшпиль» — в переводе «военная игра», в которую играл сам Суворов, а также занимается авиамоделированием.
Младший сын — Иван, 9 лет, школьник, ученик 3 класса ЦПШ. Интересуется увлечениями своего старшего брата, любит конструировать, а также музицирует в кругу семьи, самостоятельно осваивает синтезатор.
Старшая дочь — София, 8 лет. Любит рисовать, занимается художественной гимнастикой. Мама Юлия радуется, что у дочери и младшего сына сейчас протекает богатый период совместных сюжетных игр.
Младшая дочь — 3-летняя Мария. Живо интересуется всем происходящим в семье, любит заниматься уборкой.

Первый раз увиделись будущие муж и жена в 1992 году. Юле запомнился статный молодой человек, стоящий в дверном проеме со спортивной сумкой. (Миша занимался каратэ). Следующий раз они встретились уже через два года, и в 1996 году 1 сентября они поженились. День был удивительный, солнечный. Они не помнят, чтобы когда-нибудь до или после их свадьбы было так жарко в этот день.
На фотографии очень красивая пара, настоящие князь и княгиня. Юлия Самойлова - полная биография

Венчались Михаил и Юлия уже в 2000 г. в храме святителя Николая в Псковской области (откуда Юля родом) в Заянском монастыре у игумена Романа, когда их сынишке было уже полтора года. «Ничего толком о Венчании мы тогда не знали» — с сожалением говорит Юля, но считали, что это нужно. Тогда, перед Венчанием, первый раз постились, исповедовались, причащались. Отец Роман стал первым духовником их семьи. Летом, когда семья ездит в гости к бабушке, они ходят в Заянский храм. Это были первые серьезные шаги навстречу Богу. Наверное, тогда они впервые почувствовали и поняли что Венчание — это не просто благочестивый обряд, за ним открывается Бог, таинственная жизнь Церкви, которой и им нужно жить. Начались поиски — храма, который был бы не очень далеко, церковно-приходской школы, где бы могли учиться дети, духовного отца. Господь привел семью Самойловых в наш храм.
Желая помочь крестному Михаила, заболевшему раком, и узнав, что в храме на пр. Культуры служит батюшка, у которого есть книга для онкологических больных, Юля, несмотря на большой срок беременности, отправилась в 122-ю медсанчасть разыскивать отца Сергия. Так она познакомилась с настоятелем о.Сергием, увидела наш храм. Через два года они с мужем и сыном Димой пошли учиться, хоть это было и не просто — только родилась Соня, потом появился еще младенец — Маша. Юлия и Михаил стремятся активно жить жизнью Церкви, служить Богу и воспитывать так детей. Ищут Бога, очень стараются делать доброе для Церкви. Господи, помоги им сохранить это «нехолодное» намерение. Слава Богу за все!

В доме есть «уголок» царской семьи (святых Царственных Мучеников). Для Михаила и Юлии это — образец, к которому они стремятся.

Юлия Самойлова - полная биография

Это — родословная семьи, с любовью сделанная Юлией для детей в виде дома с окошками. Юлия даже создала семейный герб, который отражал бы историю рода: дедушки Михаила и Юлии воевали, защищали родину в Великую Отечественную войну (остсюда — звезда). Бабушка и мама Юлии, медицинские работники (красный крест). У Михаила в роду — интеллигенция, родители, бабушки и дедушки с высшим образованием, связь с семьей Гумилевых (книга). В планах — собрать сведения о более дальних предках и создать максимально полную историю рода.
Традиция семьи Самойловых — собраться всем вместе и на «колеснице» отправиться за город.

Хотели бы поделиться с другими родителями местом, где они всей семьей любят отдыхать:
Это Шуваловский парк, расположенный неподалеку от дома Самойловых.

Как проехать в парк? Выехать из города по Выборгскому шоссе, после навесного ж/д моста — поворот направо на одну из улиц Парголово.
Парк очень красив, с богатой историей. В нем есть церковь Петра и Павла. Огромные двухсотлетние ели, выкопанные руками пруды — в форме камзола и шапки Наполеона, насыпная гора Парнас, с которой в ясную погоду открывается панорама города (до застройки многоэтажками были видны купола Исаакиевского собора). В парке удобные дорожки, разноуровневый рельеф — летом дети любят кататься здесь на велосипедах, зимой — кататься на лыжах и вартушках.

Юлия Самойлова - полная биографияЮлия Самойлова - полная биография

Кроме того, в парке много подходящих мест для проведения семейных праздников. В прошлом году в июле здесь вместе с семьей Тягловых отмечали именины детей — Ивана и Ольги. Заранее купили продукты, после службы в храме вместе поехали в парк. И у детей, и у взрослых осталось незабываемое впечатление и радость от совместного праздника.

Татьяна Самойлова

Юлия Самойлова - полная биография

Юлия Самойлова - полная биография

фотографии >>

Юлия Самойлова - полная биография

Юлия Самойлова - полная биография

Юлия Самойлова - полная биография

Юлия Самойлова - полная биография

биография

Самойлова Татьяна Евгеньевна

Заслуженная артистка РСФСР (26.11.1965).
Народная артистка России (10.06.1992).

4 мая 1934, Ленинград, РСФСР, СССР — 4 мая 2014, Москва, Россия.

Дочь актёра Евгения Валериановича Самойлова (1912-2006) и инженера Зинаиды Ильиничны Левиной (1914-1995).
В 1937 году семья Самойловых переехала в Москву.

В школьные годы Татьяна занималась балетом. Окончила
балетную студию при МАМТ имени К.С. Станиславского и В.И.
Немировича-Данченко, и её даже приглашала учиться в балетную школу при Большом театре Майя Плисецкая, но тяга к драматическому театру оказалась сильнее. Татьяна, воспитанная на фильмах и спектаклях отца, всегда хотела стать только актрисой.

В 1953 году поступила в Театральное училище им. Б.В. Щукина,
где училась до 1956 года.

В 1957 году снялась у Михаила Калатозова в фильме «Летят журавли».
Фильм принёс актрисе всесоюзную известность и стал её лучшей
киноработой.

В 1959 году окончила Государственный институт театрального искусства им. А.В. Луначарского.

В 1958-1959 годах — актриса Театра им. Вл. Маяковского.
В 1959-1960 годах — актриса Театра им. Евг. Вахтангова.
В 1967-1992 годах работала в Театре-студии киноактёра, затем в Театре современной пьесы.

В 1990 году была почётным гостем 43-го Каннского кинофестиваля, где ей присудили специальную премию за творческий вклад в искусство кино.

Имя Татьяны Самойловой внесено в список лучших актрис XX века.
Отпечаток ладони навечно запечатлён на звёздной набережной Круазет в Каннах. В Париже её именем названа аллея роз.

В день своего 80-летнего юбилея, 4 мая 2014 года, актриса была
госпитализирована в отделение реанимации Боткинской больницы в тяжёлом состоянии с ишемической болезнью сердца и гипертонией. Скончалась в тот же день в 23:30 по московскому времени.
Прощание с Татьяной Самойловой прошло 7 мая в Доме кино, похоронили актрису в тот же день на Новодевичьем кладбище столицы (участок № 5).

Дипломные спектакли:
«Маша — «Живой труп», Л.Толстой
«Сверчок на печи», Ч.Диккенс

Театр Маяковского:
Лиля Брегман – «Дальняя дорога» А.Н. Арбузов (постановка Е.И. Зотовой)

Таня — «Вечно живые», В. Розов

Театр-студия киноактера:
Таня – «Таня» А.Н. Арбузов (постановка А. Полякова)
Госпожа де Реналь – «Красное и чёрное» А. Стендаль (постановка С.А. Герасимова) – (не сыграла)
Катерина – «Гроза» А.Н.Островский (постановка Г.Л. Рошаля и В.П. Строевой)
“Легенда” – “Жизнь моя – кинематограф” (постановка В.С. Спесивцева)

Московский Литературно-драматический театр ВТО:
Моноспектакль по стихам Вероники Тушновой

Музыкальный театр п/р Г. Чихачёва:
Екатерина II – “Великая любовь Екатерины Великой” (За зеркалом) Е. Гремина (постановка Г. Чихачёва)

последнее обновление информации: 11.01.19

трейлер: «Летят журавли» >>

публикации

Народная артистка Татьяна Самойлова — одна из трагедий нашего кино. Трагедий этих тьмы, и тьмы, и тьмы, и они уже породили очень много невидимых миру слез.

Первая красавица курса, девушка с экзотичной внешностью, с невероятными раскосыми глазами, полная молодого оптимизма и энергии, уверенная в своем будущем. Она была счастливым ребенком: отец — знаменитейший Евгений Самойлов, кумир театра и кино, идол всех женщин Советского Союза. Она училась танцу, на нее обратила внимание сама Майя Плисецкая. Но Самойлова предпочла драму и пошла учиться в легендарную «Щуку» — училище имени Щукина, откуда вышло много великих вахтанговцев, включая Василия Ланового — ее первую любовь и первого супруга. Красота окружала ее: красавец-отец, красавец-муж, и сама красавица, от которой вскоре будет неметь сам Пабло Пикассо.

Экзотическую девушку пригласили на первую в ее жизни кинороль — конечно, экзотическую: в фильме «Мексиканец» с красавцем Олегом Стриженовым в главной роли. Даже успех был красивым и экзотическим: зрители воспринимали фильм как картинку из недоступной заграничной жизни — в одном ряду с «Человеком-амфибией».
И сразу — уже триумф, причем громкий, всемирный: Самойлова сыграла Веронику в фильме Михаила Калатозова «Летят журавли» и стала суперзвездой. Ей стоя рукоплескал зал Каннского фестиваля, фильм получил единственную в нашей истории Золотую пальмовую ветвь, а его главная звезда — приз жюри. С формулировкой «Самой скромной и очаровательной актрисе».

Тогда ее узнала вся планета. Ее лицо мелькало на обложках мировых журналов в одном ряду с самыми популярными знаменитостями. С ней мечтал сняться Жерар Филип. Пикассо сулил ей звездную жизнь. Эта советская звезда была не только красива — она обладала той актерской искренностью, которая пленяла сразу и навсегда. Ее раскосые глаза обещали талант, границы которого были еще никому не известны. Этот триумф мог стать поворотным пунктом в ее судьбе: ее готовы были снимать крупнейшие кинокомпании, на нее сыпались лестные предложения. Но она была представительницей великого СССР, и советские официальные органы отклоняли любые западные контракты: «Самойлова очень занята!».
А она не была занята. Девушка с экзотическим разрезом глаз вряд ли могла играть типичную комсомольскую активистку в типичном советском кино; режиссеры ею восхищались, но в своих фильмах ее «не видели». Да и успех картины «Летят журавли» в глазах партийных функционеров был сомнительным: «воспевание» девушки, не дождавшейся жениха-фронтовика, приравнивалось к пропаганде проституции. И Запад, наверное, не случайно клюнул на этот порочащий Россию фильм, а что мило врагу, то враждебно родине. Вот примерно так рассуждала политизированная критика, и актрису, у ног которой лежал «весь Париж», у нас снимать не очень торопились. Ее снял, в память о недавнем триумфе, Калатозов в «Неотправленном письме». Потом каннскую звезду пригласил венгерский режиссер Михай Семеш на роль советской разведчицы в шпионском триллере «Альба Регия» (ее партнером там был кумир венгерского кино Миклош Габор). Потом итальянский классик Джузеппе Де Сантис снял ее в роли коллаборационистки Сони в фильме из времен Второй мировой «Они шли на Восток». Но все это уже не шло ни в какое сравнение с ее первым и главным успехом. Звездный путь прервался на взлете просто потому, что любая звездность казалась подозрительно «не нашей»: с ней просто не знали, что делать. И вспоминали о Самойловой, как вы заметили, в основном заграничные режиссеры.
Но вот неожиданно вспомнил режиссер наш, и к тому же классик: Александр Зархи доверил экзотической красавице роль самой Анны Карениной. В этом фильме Самойлова снова встретилась с Майей Плисецкой, сыгравшей Бетси Тверскую. Советская «Анна Каренина» тоже была приглашена на Каннский фестиваль, который всегда любил возвращаться к своим прежним фаворитам и теперь нетерпеливо ждал новой встречи с Татьяной Самойловой. Но не дождался: Франция была в огне студенческих волнений, и в знак солидарности с молодежью революционно настроенные зачинатели французской «новой волны» не дали открыть фестивальный занавес, а жюри сложило полномочия. Каннская премьера фильма не состоялась, новый триумф Самойловой — тоже. В России же картину приняли, как всегда, кисло-сладкими усмешками: в глазах миллионов Анна Каренина не должна обладать столь вызывающей экзотической красотой.

Так вторая по-настоящему звездная роль Татьяны Самойловой не то чтобы не состоялась, но была как бы придушена — сначала судьбой-индейкой в Канне, потом вечной хмурой бдительностью у себя дома.

И потянулись годы бездействия. Актрисе перепадали незначительные роли в фильмах, которые забывались уже в год выхода. Семейная жизнь тоже стала нестабильной: уходили мужья, приходили новые, в итоге безработная актриса осталась в полном одиночестве. В ресторане Московского Дома кино, который тогда славился своей атмосферой дружественности и скромными ценами, часто могли видеть молчаливую женщину, которая сидела, как правило, за столиком у окна совершенно одна — в ней с трудом узнавали блестящую красавицу с каннских подмостков, а если узнавали, то опасались потревожить бестактностью. Самойлова приходила туда столоваться, ее знали официантки и подкладывали ей вкусные кусочки, делали порции чуть побольше. Возможно, она приходила не только поесть, но и чтобы ее кто-нибудь вспомнил, подошел, поговорил с ней. Потом ее перестали видеть и там.
В 2008 году, спустя почти полвека после каннского триумфа, о забытой звезде вспомнил молодой режиссер Игорь Волошин и снял в эпизоде своего фильма «Нирвана». Эпизод был прекрасен, эксцентричен, ярок, 74-летняя актриса там блеснула новой гранью своего таланта, еще неведомой: трагикомедийной. Но на Берлинском фестивале, где состоялась премьера, и Самойловой уже не было, и зрители на экране ее не узнали: в кино слава и приходит и уходит очень быстро.

Одиночество, забвение, ощущение ненужности и традиционная для наших былых суперзвезд нищета делали свое дело. Самойлова много болела, питалась скудно, и были случаи, когда она исчезала из дома, и спустя несколько дней ее находили где-нибудь в больнице, где пожилые врачи могли только ахать, признав в старой молчаливой женщине экранную красавицу, освещавшую их юность. А молодые, скорее всего, уже и не знали, кому ставят капельницу.

Это, увы, типичная для нашего кино судьба. Пока человек нужен и приносит отечественному искусству мировую славу, его терпят. А потом бросают и забывают до некролога. Актерские гонорары советской поры не позволяли накопить на обеспеченную старость, и уж тем более речи не могло быть о своем бизнесе, который обычно кормит угасшие западные светила. И только редкие телевизионные всхлипы о трагических судьбах потерянных по дороге звезд нарушают могильную тишину вокруг них, еще живых. Но и эти отдельные всхлипы — дань не милосердию как закону жизни, а спорадическим поискам сенсации.

Сейчас о Татьяне Самойловой как раз готовились вспомнить: в канун ухода ей исполнилось восемьдесят. И был уже объявлен вечер в Доме кино. Звезда Канна должна была явиться своим былым почитателям приодетой, ей говорили бы ласковые слова, ей снова должны были перепасть кусочки любви и счастья.

Теперь будет вечер прощания навсегда. И ласковые слова Татьяна Самойлова уже не услышит. Останется ее ладошка, оттиснутая на Аллее звезд во французском Канне. Уникальная ладошка — по-моему, единственная, оставленная там звездой из России.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *