Юрий Дудь Юрия Дудя

Юрий Дудь Юрия Дудя

Футболисты мира — www.footballplayers.ru — Цветной.

Всего на сайте: 2231 игрок.

Цветной

В свою торпедовскую пору Игорь Семшов считался черно-белым персонажем: слишком неразговорчивым и слишком неконфликтным, чтобы быть по-настоящему звездным игроком. Его переход в бело-голубое сообщество побудил Юрия Дудя («Известия») разыскать красочные подробности жизни Семшова.

Caмый дорогой российский футболист этой зимы, за чью светлую голову серный король Алексей Федорычев выложил 8 млн евро, растворяется в предновогодней толпе. Толпа мечется по одному из крупных торговых центров, опустошая прилавки, как проголодавшаяся саранча. После перехода в «Динамо» лицо Игоря Семшова светилось весь конец декабря и в теленовостях, и на спортивных полосах главных газет, но в этой толпе его никто не признает за знаменитость. Не потому, что взгляды ловят только то, что еще осталось на прилавках: Семшова просто никто не узнает. «Когда было объявлено о моем переходе, я специально уехал на некоторое время из Москвы, чтобы обо мне немного подзабыли. Теперь вот все жду, когда меня на улице встретит какой-нибудь болельщик «Торпедо» и выскажет мне в лицо все, что он думает о моем «предательстве». Хотя меня многие заверяют, и я в этом не буду сомневаться, что такого не произойдет никогда».

У тех торпедовских болельщиков, с кем поговорил я, на лице оставалось одно и то же застывшее выражение тихой печали. «Мы реалисты, — говорит за всех Тимур68, один из самых уважаемых фанов. — Мы понимаем, что по деньгам «Торпедо» не может конкурировать ни с одной из московских команд. Вслед Семшову ни один нормальный болельщик не скажет гадости. Он уже получал сотни предложений, и то, что он решился уйти только сейчас, о многом говорит. Я слышал, что летом 2004 года, когда после первого круга мы шли на первом месте, в него вцепился «Спартак». Но он и им тогда отказал, сказав: где сейчас вы, а где — мы».

По торпедовскому фан-сектору сейчас бродит ностальгическая история о том, что, улаживая все формальности по новому контракту, Семшов ходил мрачнее тучи: мол, сам он хотел в «Зенит», а Алешин продал его в «Динамо». В разговоре со мной Семшов рассуждает на эту тему неохотно: «Почему «Динамо», а не «Зенит»? Наверное, торпедовскому руководству больше понравилось предложение динамовцев». Однако существует и другая версия: семья Семшовых ждет второго ребенка, и менять сейчас город — не лучшее время.

В «Торпедо» Семшов оттрубил восемь долгих лет, и такая странная привязанность к клубу неяркому, даже посредственному, да еще крайне бедному на болельщиков (все они, кажется, уместятся в пару-тройку «Икарусов»), вызывала разные толкования. От уничижительной версии семшовской преданности (просто боится переходить в сильный клуб, предпочитая быть первым парнем в глухой лужниковской деревне) до слухов о том, что некий тайный болельщик «Торпедо» доплачивал Семшову 200 процентов его зарплаты. Таким благодетелем теоретически мог быть финансист Александр Мамут, действительно воздыхающий по великому прошлому «Торпедо» и даже пытавшийся выкупить команду у скаредного Алешина, но Семшов все отрицает: «Был бы у меня такой спонсор, разве он бы не сделал все возможное, чтобы сорвать мой уход? Мне еще бы подняли зарплату, и все».

— Говорят, что твоя зарплата была сопоставима с совокупным доходом 10 основных игроков «Торпедо». Неужели ты никогда не чувствовал за своей спиной злого и завистливого шепотка?
— Никогда! — категорично режет Семшов. — Скажу больше: они держали кулаки за меня, за то, чтобы мне каждый год повышали зарплату и я оставался в команде.

Лучшие торпедовские болельщики, те самые, из двух-трех «Икарусов», конечно же, не согласны с оценкой своего клуба, считая ее заниженной. Как не согласен с ней был все восемь лет и сам Семшов: «Честь родного клуба мне приходилось отстаивать не только на поле. Даже мои друзья постоянно упрекали меня за верность безнадежному, на их взгляд, «Торпедо». И я им всегда говорил, что наша команда небезнадежна, что мы еще многое сможем и заставим себя уважать».

«Вообще, лично мое самое памятное воспоминание, точно объясняющее, кто такой Семшов, — это наш ответный матч Кубка УЕФА против «Вилльярреала», — рассказывает Тимур68. — Он был лучшим на поле, забил гол и мог забить второй, спасительный, но не попал в ворота. После промаха он упал на поле, словно его подстрелили, и потом еще долго, с полгода, не мог простить себе этот промах. Какой-нибудь Булыкин забыл бы уже об этом в раздевалке и через пару часов уже развлекался с девочками в клубе, но Игорь переживал по-настоящему».
Торпедовские болельщики всегда стояли за Семшова стеной, и пробить ее не смогли даже глинобитные шуточки газетчиков. Так, 1 апреля 2004 года у Семшова запел телефон: представитель мадридского «Атлетико» сказал, что с Алешиным все согласовано, и предложил Игорю годовую зарплату в полмиллиона евро. «Я согласен», — ответил Семшов, не подозревая, что говорит не с «Атлетико», а с журналистом российской спортивной газеты.

«До того как я подписал контракт с «Динамо», меня на все 100 процентов можно было назвать патриотом «Торпедо». В каком клубе ты играешь, такой и должен любить. Сейчас я буду любить «Динамо». Но я хочу, чтобы вы знали: за «Торпедо» я был готов разорвать любого».

«Я всегда хотел, чтобы «Торпедо» стало суперклубом, — продолжает Семшов. — Как «Челси» или ЦСКА. Или как сейчас «Динамо».

Такой легкий перевод своего нового работодателя в категорию «супер», даже если на сегодня он заслуживает этой приставки только по количеству прожигаемых денег, — вполне простительная для новичка лояльность.

— Но знаешь ли ты хоть слово по-португальски?
— Ничего. Это у них надо спросить, знают ли они что-нибудь по-русски. Моя позиция жесткая: любой легионер, который приезжает в нашу страну, должен учить русский. Спустя год-два после приезда к нам он должен говорить хотя бы базовыми фразами и все понимать. Некоторые говорят: нам русский язык учить тяжело. Но деньги им ведь здесь не тяжело получать! Наши клубные руководители и судьи очень лояльны к легионерам. Если наш футболист грубит, следует наказание, на такое же нарушение легионера закрываются глаза. А отношение должно быть одинаковым ко всем.

Вслед за этим слегка раздраженным монологом Семшов называет имена тех португальцев, что понравились ему в прошлом сезоне (Дерлей и Данни), и не скрывает, что очень хочет сыграть с Данни в одной связке в центре поля. «Я смотрел за Данни в паре с Кузнецовым, так португалец явно тянул одеяло на себя, — рассуждает Александр Тарханов, в середине 90-х перетащивший Семшова в «Торпедо» из ЦСКА и открывший его для футбольной России. — Думаю, в обновленном «Динамо» Данни отправят на фланг, а центр поля отдадут Семшову. И там пара Семшов — Хохлов будет гораздо лучше смотреться. Они оба командные игроки, в то время как Данни — ярко выраженный индивидуалист».
— Я везде слышу, что мы заплатили за Семшова 8 млн евро, — главный тренер «Динамо» Юрий Семин начинает рассказ о своем новом игроке с этой популярной цифры. — Я такой цены не видел. 8 млн — это неправильная информация. Хотя он в любом случае стоит тех денег, которые были за него отданы. Семшов очень современный игрок, может сыграть на любой позиции в средней линии, а при надобности превратится во второго форварда. Планирую ли я выпускать Семшова на поле вместе с Данни? О да, конечно! Это будет очень интересная связка.

Семшов, Хохлов, Данни, может быть, Измайлов. Сдается, что игра нового «Динамо» с таким количеством центральных полузащитников будет чем-то похожа на ваш «Локомотив».
— Я хотел бы, чтоб это было похоже на «Динамо», — отрезает Семин.

Деньгами Семшова не смутить, и даже виртуальный миллион долларов, который я предлагаю ему потратить, уходит легко:
«Если на меня в одночасье свалится такая сумма, я тут же найду, как ее потратить. Непременно только поделюсь — с друзьями, с близкими, просто раздам что-то бедным людям. Для меня подойти к ни- щему и дать ему сто долларов — не проблема. Пусть он их даже пропьет, зато я буду знать в душе, что дал человеку шанс потратить эти доллары на что-то действительно нужное, пусть он его и не использовал».
Сам Семшов вообще не пьет: «Мой организм не приемлет алкоголя. Могу выпить только в отпуске, и то в комариных дозах. Налил себе бокал, просидел с ним неделю и не всегда даже допил».

Любопытно, конечно, как такая воздержанность воспринималась в команде, издревле славной своими возлияниями.
«Мне тут рассказывали, что Стрельцов, Воронин, Иванов могли с утра выпить две бутылки вина или шампанского, в тот же вечер выходили на поле, а заканчивали сезон чемпионами. Если выпивание не вредит семье и работе, то никакого греха я в этом не вижу. И у нас в «Торпедо» бывало, что кто-то приходил на тренировку с запашком, но мы таким помогали, старались отбегать и за себя, и за того парня. Но на играх — ни-ни — ни разу такого не было, чтобы кто-то с похмелья являлся».

После таких рассказов понятно, почему за Семшовым упрямо ходит репутация идеального мужчины, такого, о котором мечтают усталым вечером — для своей дочки на выданье — миллионы российских мам. И это тот самый Семшов, который семь лет назад прославился поджопником, отпущенным судье Фролову, что вышло молодому торпедовцу пятиматчевой дисквалификацией, штрафом в три четверти месячной зарплаты и приятными воспоминаниями.

«Я иногда вспоминаю тот эпизод, так, ради смеха, хотя тогда Фролов просто издевался над нами и мне было совсем не до смеха. И если мне кто-нибудь напомнит тот поступок и спросит, зачем я судей бил, отвечу: чтобы работали лучше. И теперь, видите, более-менее нормально судить стали».

Александр Тарханов, тогдашний тренер «Торпедо», сейчас вспоминает, что эпизод с Фроловым был не единственной выходкой Семшова: «Он тогда очень по-детски смотрел на футбол и, бывало, срывался. Я не скажу, что у него сейчас изменился характер. Просто с возрастом он научился свой характер сдерживать».

Характер Семшова закаливал еще и Виталий Шевченко, очень любивший наорать на молодого полузащитника: «Он требовал от меня жесткости и таким образом, наверное, воспитывал меня. На тренировках мы с ним частенько сталкивались, но дальше крика друг на друга дело не доходило».

Теперь же после матча, как и на поле, нет футболиста быстрее Семшова: он спешит домой, к жене и дочке. «Я редко куда выбираюсь, ну, бывает, в «Метелицу» схожу какую-нибудь поп-группу послушать, поесть там, а так чаще с семьей время провожу. И если танцую, то не в «Метле», а дома, с дочкой — пытаемся с ней какие-то движения отрабатывать. Не то что мне Москва не нравится — нет, Москва — классный город. Если бы еще суету немного убрать, вообще б стало супер. Вот я в отпуске в Мюнхен ездил — городок, где бы я с удовольствием жил. Даже в предрождественские дни на улицах как-то удивительно спокойно. А мне это так по душе, спокойствие! Я к Москве не в претензии. Если нашу жизнь сделать совсем тихой и размеренной, то и не успеешь ничего. Но вообще, закиньте меня на необитаемый остров, но разрешите взять с собой семью, и нет проблем — нам бы не было скучно вместе».

В 1932 г. Финалист чемпионата Европы 1960 года и Олимпиады 1956 года, легенда клуба «Вележ» Мухамед Муйич.

В 1939 г. Ключевой защитник «Интера» и сборной Италии 60-70-х, затем — тренер Тарчизио Бурньич.

В 1947 г. Лучший футболист Европы в 20 веке, трижды получал «Золотой мяч» игрока года Йохан Кройф.

В 1955 г. Чемпион мира 1978 года, сейчас — известный тренер Америко Гальего.

В 1956 г. Чемпион Европы 1980 года Мирко Вотава.

В 1966 г. Уругвайский форвард 80-90-х, сейчас — тренер Рубен Соса.

В 1966 г. Олимпийский чемпион 1988 года Владимир Татарчук.

В 1968 г. Чемпион Европы 1996 года Томас Штрунц.

1992 г. Первый автогол в чемпионатах России «Спартак», Москва — «Ростсельмаш» 2:0 (Ковтун 62(авт.), Онопко 76-пен)

В 2001 г. Лучший вратарь СССР 1964, 1970 годов, глава украинского футбола в 90-е годы Виктор Банников.

Звезды

Персоналии

Юрий Дудь  Юрия Дудя

  • Юрий Дудь  Юрия Дудя
  • Юрий Дудь  Юрия Дудя
  • Юрий Дудь  Юрия Дудя

Юрий Дудь

Спортивный журналист, телеведущий, видеоблогер. Главный редактор Sports.ru.

ЮРИЙ ДУДЬ О СЕБЕ

По профессии я блуждаю уже больше половины жизни. В 11 лет написал первую заметку, в 13 — получил за это первые деньги, в 19 — работал на Олимпиаде и Чемпионате мира по футболу, в 24 — стал главным редактором крупнейшего спортивного сайта России «Sports.ru». Там меня можно регулярно читать и сейчас.

Я чистокровный украинец, но не ем сала и начиненных майонезом салатов. В России живу с четырех лет, чувствую себя русским и, в отличие от большинства ровесников, не мечтаю о бегстве из страны. Стране еще предстоит доказать, что я не слишком наивен.

Я — панк. Люблю резвые и тяжелые гитары, выбираюсь в Европу на гастроли «Goldfinger» и «Ska-P», каждое утро подрываю прическу парой граммов укладочных средств, а кеды «Converse» почитаю за лучшую обувь на свете.

Я нетерпелив, и поэтому люблю московское метро. Восхищаюсь выдержкой тех, кто передвигается по парализованной Москве на машине.

Я сильно удивил барышень из отдела кадров компании, в штат которой оформлялся пару лет назад. В дежурной анкете, которую они должны были выбросить на внутренний сайт, был пункт «Ваш девиз».

Мой девиз не прошел их цензуру. «Не страшно ошибаться – страшно быть унылым г****м» — в соответствии с этим простым правилом я стараюсь и работать, и жить.

Я не люблю, когда люди так часто говорят слово «я».

БИОГРАФИЯ

Юрий Дудь увлекся футболом в детстве, мечтал о карьере вратаря. Но стать профессиональным спортсменом не получилось – подвело здоровье. Тогда решил заняться журналистикой. С 11 лет писал заметки в газету «Юношеская жизнь», а в 13 попал на практику в газету «Сегодня».

С 2001 года работал в газете «Известия» внештатным корреспондентом. В 16 лет был принят в штат. Тогда же поступил на факультет журналистики МГУ, который окончил в 2008 году.

В 2007 году работал в журнале «PROспорт», затем в спортивной редакции «НТВ-плюс».

С 2011 года – главный редактор Sports.ru.

В 2011 – 2013 годах Юрий Дудь вел шоу «Удар головой» на телеканале «Россия 2». С самого начала передача вызывала много споров. В студию приходили не только футбольные эксперты, но и красивые девушки: подруги футболистов, поклонницы игры, ведущие канала. Темы обсуждались самые горячие. «Это программа не о футболе, а о жизни», — говорил ведущий в начале каждого выпуска.

В 2015 – 2017 годах делал шоу «КультТура» для телеканала «МатчТВ». Программа стала визитной карточкой канала, а Юрий Дудь и его соведущий Евгений Савин получили премию GQ «Человек года-2016» в номинации «Лицо из телевизора».

Спустя год Юрий повторил этот успех уже один — он снова «Лицо с экрана» по версии GQ.

В 2017 завел канал «ВДудь» на YouTube. По словам Юрия, его главной целью было отточить навыки интервью не о спорте. Первыми гостями стали рэперы Баста, L’One и Гуф, лидер группы «Ленинград» Сергей Шнуров, продюсер Максим Фадеев. Музыкальную заставку для блога записали участники хип-хоп коллектива «Хлеб». В результате успех превзошел все ожидания: за два месяца канал набрал более 600 тыс. подписчиков и почти 20 млн просмотров.

В мае 2017 года РБК включил Юрия Дудя в список 20 молодых и перспективных «героев завтрашнего дня».

Признан одним из лучших молодых медиаменеджеров России по итогам 2016 года (ежегодный рейтинг компании Odgers Berndston).

ЛИЧНАЯ ЖИЗНЬ

Свою личную жизнь Юрий Дудь принципиально не афиширует. Известно лишь, что он женат и растит двоих детей.

ИНТЕРВЬЮ

О том, чему научил футбол:

«Хотя в русском футбике дерьма как в биотуалетах на «Нашествии», сам футбол для меня остается миром, где справедливости гораздо больше, чем в жизни. Если ты пашешь, получаешь по заслугам. Если расслабляешься, тоже получаешь. Связь может быть необязательно простой и очевидной: забухал — стал играть хуже. Связь может быть сложнее, но все равно справедливой: добился чего-то, расслабился, стал относиться к делу хуже — и опа на ровном месте поворачиваешь колено не так, как надо, рвешь связки и вылетаешь на год. Тотальной справедливости не существует нигде, но в футболе, кажется, ее все-таки чуть больше, чем в жизни».

О работе на ТВ:

«У тебя челлендж — сделать так, чтобы не было скучно. Перед тобой противник под названием тухляк, твоя задача — этому тухляку надавать по жопе. Это всегда адреналин, риск почище, чем когда ты на сноуборде разгоняешься».

О пессимизме:

«Перед важными матчами все пытаются изображать хорошие мины, а я всегда говорю, что наши проиграют, и сильно радуюсь, когда они выигрывают».

О вопросах про деньги:

«На эту тему не принято говорить в России, поэтому мне это интересно. Моя цель – сделать зрителям или пользователям интересно. Давать им что-то новое. Люди в русском футболе не привыкли говорить о деньгах, а мне хочется, чтобы привыкли».

О том, что нужно для удачного интервью:

«Для этого нужно быть мертвым. Я так научен: чтобы добиться совершенства в своем ремесле, надо всегда быть недовольным тем, что ты делаешь прямо сейчас. И поэтому во всех интервью, даже в тех, которые резонировали на три тысячи разорванных пуканов, я всегда вижу моменты, которые я недокрутил. Где я что-то не спросил. Где я неправильно передал интонацию. Где я не подсократил общий объем. Поэтому я недоволен всегда».

О главной задаче:

«Я несу в себе это как некое задание на жизнь: когда мои дети будут тинейджерами, я хочу быть современным, молодым, хорошо выглядеть и тусить с ними. Если сейчас мы летаем на Ибицу вдвоем, то через 15 лет я хотел бы делать это вчетвером. И не просто греть кости на солнце, а ходить во все те же «спейсы», «амнезии» и «ибица-роксы» и все так же плясать под драм, дансхолл и даже хаус. Так, чтобы мои дети не стеснялись меня, а я — не стеснялся их. В нашей стране так не принято. Но если в жизни и должен быть какой-то смысл, то у меня он сейчас — именно такой».

Приглашаем на лекцию Юрия Дудя

Во вторник, 4 декабря, в бизнес-центре Государственного университета управления пройдет лекция главного редактора портала Sports.ru, ведущего телепередачи «Удар головой» Юрия Дудя для слушателей программы «Менеджмент в игровых видах спорта» бизнес-школы RMA. Тема лекции: «Тенденции и особенности развития спортивных медиа в России». Приглашаются слушатели группы «С-28». Начало в 18.40. При подготовке к занятию рекомендуем ознакомиться с интервью, данным Юрием Дудем журналу Football Tribune в феврале 2011 года.

Юрий Дудь: «На некоторых этапах журналистики давно пора ввести фейс –контроль»

Журнал «Football Tribune» встретился с главным редактором Sports.ru и новым ведущим программы «Удар головой» Юрием Дудем, и расспросил его о самых волнующих вопросах в современных медиа и не только. Журналистика и «Трибуна», болельщики и «Валенсия», панк-рок и благотворительность. Все это и многое другое — в эксклюзивном интервью.

Главный редактор, Sports.ru, открытость

Ты назначил нам интервью на полдень, мотивируя это тем, что все встречи стараешься планировать именно днем. Из чего еще состоит рабочий день главного редактора Sports.ru?

К сожалению, рабочий день почти любого сайта растягивается как жвачка – эта главная штука, которая меня пугала, когда я шел на эту работу. В журналах и газетах есть дедлайн, после которого можно расслабиться и забросить башмаки на стол. На сайтах дедлайн 24 часа в сутки. Нормальные люди засыпают с мыслями о том, где они ужинали, а просыпаются – о том, с кем будут завтракать. Я засыпаю и просыпаюсь с мыслями о том, что сейчас стоит в топе Sports.ru. Просыпаюсь я рано, потому что меня будит дочка. Делаю домашние дела и через пару часов стартую в редакцию. Или там, или на встречах провожу большую часть дня. Если есть работа на «НТВ-Плюс» — условное превью чемпионата Испании или матч Лиги Европы – еду в Останкино. Ну а там работа и посреди ночи может закончиться. Но работа семь дней в неделю – пусть не от рассвета до заката, но все равно каждый день – это не потому что я один такой бедный-несчастный. Это просто специфика работы сайта. Большинство редакторов Sports.ru работают точно так же. Я надеюсь, что им это так же интересно, как и мне.

Большинство пользователей Sports.ru представляют редакцию как некую закрытую организацию, офис, где все что-то делают за компьютерами. Это не так?

Не так. Мы абсолютно панковская редакция, если воспринимать ее по-старому. Понятно, что у нас есть отдел программистов — это люди, которые живут более-менее «офисным» днем и работают с 10 до 7. Что касается творчества, то абсолютно все люди в редакции собираются раз в неделю на планерке, а потом разлетаются в те места, где им работать удобнее. Многие из нас даже в Москве не живут. Все знают историю эмиграции одного из ведущих работников сайта, шеф-редактора Ивана Калашникова, который сейчас живет где-то между Чичваркиным и Аршавиным. Другой крутейший, давнейший, невероятно ценный для нас сотрудник Дима Долгих живет в Самаре, и в Москву за то время, что работает у нас, он всего несколько раз приезжал.

У нас система, в которой ценится не физическое присутствие работника, а фактические присутствие крутых новостей, материалов, постов и фотографий в редакторском интерфейсе. Я легко представляю себе парня, который проведет всю свою смену в «Старбаксе» за 3 эспрессо и миндальным круасаном, и отработает ее ничуть не хуже того, кто весь день будет находиться в редакции. Но это тоже не наша особенность. На куче сайтов запросто можно работать удаленно и при этом хорошо.

Sports.ru – это во всех планах достаточно открытая редакция?

Это совершенно точно самое открытое СМИ, в котором я когда-либо работал. Я всегда говорил: к великому сожалению, журналистика в России — самая доступная профессия после проституции. С одной стороны – это круто; почему — я рассказывал в посте «Трибуна как «Удинезе» медиа». С другой стороны — это не очень круто. Я давным-давно вызываю совершенно четкое раздражение у коллег, особенно у старших, за высказывания о том, что в некоторых отраслях журналистики надо ввести фейс-контроль. В профессии нужен отбор. Особенно если речь идет о каком-то соприкосновении со звездами.

Фэйс-контроль, репутация, мины

В чем должен состоять этот отбор?

Ну, допустим, есть футболист Александр Кержаков, который в общении с прессой не жжот, но и не совсем безнадежен. Его можно разговорить, но в 7 случаях из 10 это будет не слишком занимательно. И поэтому в пресс-службе клуба должны понимать, что если у Кержакова как у одной из главных звезд «Зенита» раз в две недели есть 30 минут на прессу, на него должны натравить журналиста, в классе которого уверены. Журналиста, который не будет томить его банальными вопросами и превращать эти 30 минут в нудятину, не будет вычеркивать эти 30 минут из жизни Кержакова, как вычеркивает их пробка на Лиговском проспекте.

То есть когда ты спускаешь на свою звезду Александра Кружкова или Тимура Журавеля, ты знаешь: общение скорее получится, чем нет. И читатели испытают кайф от прочитанного, и сам футболист развеется занятной беседой. Вот он, фейс-контроль. Хотя по сути речь тут о репутации журналиста. Круто, когда журналист ее зарабатывает, а сотрудник пресс-службы это фиксирует и делает таким образом хорошо всем – и своим игрокам, и нам, и, главное, читателям.

То есть с условным Кержаковым должны общаться конкретные люди?

Не совсем так, просто на некоторых участках работы в журналистике должны работать люди с репутацией. И неважно, сколько им лет. Репутацию можно и в 18 лет заработать. Еще тут важен визуальный фактор – если кто-то из старших коллег это читает, снова чувствую раздражение. На мой взгляд, неправильно приходить на интервью с Кержаковым дурно пахнущим или в свитере, у которого локти свисают до стола.

Русский футболист существует в мире своеобразных ценностей, он привык к миру блестящему и красивому; я не говорю, что это плохо – я просто это говорю. Так вот он никогда не сможет относиться серьезно к журналисту, который выглядит как чмошник. Скажем, в Европе журналисты не выглядят как чмошники, они выглядят отлично. Они не носят сандалии поверх носков, они пользуются парфюмом, они выглядят так же, как Икер Касильяс, Жерар Пике или Роберто Сольдадо – ну, только бренды не люксовые, а мидлклассовые.

Ну и весь мой монолог про фейс-контроль на высших ступенях профессии не отменяет простого посыла: к начальным этапам журналистики доступ должны иметь как можно больше людей. Понятно, что наша «Трибуна» — это история про общение. Но она и про журналистику, журналистику нового века. Все те, кого раздражает «Трибуна» — или «старперы» по мышлению (ни в коем случае не по возрасту), или просто люди, которые боятся конкуренции. Вместо того чтобы повышать свой уровень, чтобы соответствовать конкуренции современного мира, они ворчат и заявляют, что «Трибуна» мешает журналистике. Ну, если так рассуждать, то фейсбук скоро убьет вообще все СМИ. Давайте в него тоже не ходить, давайте на него ругаться.

Главная претензия – они считают «Трибуну» чересчур «либеральной»?

Нет, главная претензия к качеству исполнения. Именно по качеству контента «Трибуна» в глазах многих выглядит слабее. Ну, ясное дело, что где-то слабее – учитывая, что тексты там пишут люди без опыта и часто без гуманитарного образования. Но журналистика ведь состоит не только из складывания слов. Яркий пример – существование большинства «лайфньюсовских» медиа. Понятно, что 80 процентов контента – это то, что им рассказали совершенно простые люди. Те, что стоят у них на ставках в метро, моргах, больницах, роддомах и прочих местах, где появляются новости. Журналистам Лайфа остается быть менеджерами этих новостей – никакой особенно литературы они туда не добавляют.

Sports.ru остается со всех сторон открытым. И я уже приводил в пример людей, которые были просто графоманами с «Трибуны», а теперь занимаются интересной работой. Работой, которую многие из тех, кто гундосит в их адрес в фейсбуке, вряд ли потянут сами.

Георгий Черданцев в интервью редакции сайта назвал современную журналистику «хождением по минам». Согласен?

Нет, я готов с Юрой на эту тему немного подискутировать. Мне показалось, в том интервью он слишком много говорил о разных корпоративных интересах. Конечно, у нас и в этом плане специфическая страна, но, на мой взгляд, если журналист действительно яркая творческая единица – ему бояться нечего. Если он, конечно, палку не перегибает. Георгий Черданцев очень яркая творческая личность и может вообще об этом не думать. Даже если он скажет, что «Зенит» «обосрался» в трансферной кампании 2009 года и сможет это аргументировать, я уверен, что никаких санкций не последует. Понятно, что у «Зенита» и «НТВ-Плюс» общий владелец. Но этот владелец заинтересован не только в репутации «Зенита», но и в творческом имидже «НТВ-Плюс». А Георгий Черданцев вместе с другими крутейшими комментаторами – яркими, авторитетными, имеющими свой взгляд на самые важные вопросы — этот имидж формируют. Думаю, хождение по минам – это скорее не про корпоративные взаимоотношения, а вообще. Просто потому что у нас страна такая…

Профессор Воробьев vs Юрий Дудь. Как спасти российский футбол?

Опубликовано вт, 05/07/2016 — 10:26

Юрий Дудь  Юрия Дудя

Юрий Дудь вошел в историю, задав вопрос министру. За это ему — огромный респект! Удивительное дело, но готового ответа у великого манипулятора не было. А его выражение лица сказало в тот момент о многом. Цитировать великиго философа Бенедикта Спинозу хочется снова и снова: «Стыд есть известная печаль, возникающая в человеке, когда он видит, что его поступки презираются другими.» Неужели?

Профессор Воробьев провел блестящий мастер-класс, отвечая на вопросы Юрия Дудя. Это интервью может претендовать на самый важный и программный материал года в спортивном медиа-пространстве. Желаем всем приятного чтения и позитивных размышлений. Поехали!

После того как Евро-2016 выплюнул сборную России, в этом блоге вышла пара текстов о том, почему же так произошло (раз, два). На прошлой неделе мне написал смс Анатолий Воробьев и попросил высказаться – примерно на ту же тему.

Большое интервью Воробьева было на Sports.ru около двух лет назад. Это он работал генеральным секретарем (и главным спикером) Российского футбольного союза, когда его президентом был Николай Толстых. Это он предложил сумасшедшую идею – заявить в чемпионат России команду Сборная-2018, где за пару лет до чемпионата мира собрались бы лучшие игроки страны. Это он остался в Исполкоме РФС после отставки Толстых и был единственным, кто не голосовал за ужесточение лимита на легионеров прошлым летом. Наконец, это он во время нашей прошлой встречи приветствовал меня в кабинете визиткой, стилизованной под медаль.

Юрий Дудь  Юрия Дудя

Homo Ludens (латынь) – человек играющий

В общем, у меня было мало оснований избегать новой встречи.

Воробьев назначил ее в Университете имени Плеханова – там он заведует кафедрой спортивного менеджмента и маркетинга (да, я тоже не знал, что там такая есть). На столе не было визиток, зато в числе прочих была книга «Не работайте с мудаками» Роберта Саттона.

Ниже – много мыслей о том, что делать с мудаками в русском футболе, от Анатолия Воробьева. Спорных моментов там достаточно, зато фразы «лимит на легионеров» – ни одной.

Создать базовый клуб сборной

Юрий Дудь  Юрия Дудя

– Это мое последнее интервью в публичном пространстве. Можно считать это неким наследием.

– Боже. Почему последнее?

– В середине прошлой недели было бюро Исполкома. Я на него не поехал и написал уведомление, что добровольно покидаю эту замечательную организацию. Так что из публичного пространства я ухожу.

В футболе я провел 25 лет как менеджер и в 2 раза больше как болельщик и что-то за это время в нем понял – как автор первой и последней программы развития футбола. И хотел бы поделиться некоторыми вещами. Если глобально – словесная мастурбация после Евро-2016 может привести только к поллюциям, но не к деторождению. Но что-то еще можно успеть сделать.

Считаю, что сейчас удачный момент, чтобы моя бредовая идея по сборной-2018 реализовалась.

– Ох…

– Не делайте грустный вид. Уход Халка, предстоящий уход Витцеля, Ломбертса и Гарая. 7 человек с российскими паспортами: Шатов, Дзюба, Кокорин, Лодыгин, Смольников, Юсупов, Могилевец – они уже есть в «Зените».

Полностью согласен с Колосковым: если сборную дать Семаку (второму тренеру «Зенита» – Sports.ru), он вполне может быть ее главным тренером на ЧМ-2018. При условии, что «Зенит» вместо Халка не будет покупать бразильцев, а купит еще несколько человек с российским паспортом, которые составят костяк сборной-2018.

Но это еще не все. Не объявляйте меня сразу сумасшедшим, а дослушайте до конца. 29 декабря 1945 года Сталин снял Берия с должности наркома НКВД и поставил на атомный проект. В 1950 году группа выдающихся физиков – Харитон, Курчатов и другие – под руководством Лаврентия Палыча сделали отечественную атомную бомбу. Тогда для СССР это был прорыв. Понятно, что ядерное оружие и чемпионат мира по футболу несравнимы, но есть только одна вещь, которую можно сделать сейчас, чтобы не заниматься дальше этой мастурбацией. Владимир Владимирович как единственное лицо в государстве, принимающее решения, или его конфидент должны собрать авторитетов – не просто любителей посовещаться, а тех, кто реально решает что-то в футболе, – и сказать: вы уже не бедные люди, давайте сделаем что-то полезное, чтобы через два года не опропендоситься окончательно. И вместо Берия он поставит, например, Дюкова. И даст задачу превратить за эти два года «Зенит» в базовую команду сборной России, не на словах, а на деле доказав: «Газпром» действительно народное достояние.

Юрий Дудь  Юрия Дудя

Что еще потребуется? Купить обратно Денисова и подписать Кержакова – это самое простое. Гораздо сложнее – за эти два года вдолбить этим мудакам, которые вывешивают свои фотографии в инстаграме и вызывают еще больше ненависти к футболу, что ЧМ-2018 – шанс остаться в истории кем-то и чем-то. Как говорится в китайской пословице, легко повернуть вспять реки, легко сдвинуть горы, но невозможно изменить сознание.

«Зениту» в любом случае сейчас надо будет создавать новую команду. Вопрос в том, пойдут ли они по пути «Шахтера» и будут закупать бразильцев. Или сделают российскую команду.

Есть, например, футболист Ионов. За четыре года он меняет уже пятую команду: «Зенит», «Кубань», «Анжи», «Динамо», ЦСКА. Ясно – человек потерян.

– В смысле потерян? В чем претензия?

– К нему претензий никаких – он куда агент скажет, туда идет. Претензия к тем, кто не позаботился: люди, способные играть на ЧМ-2018, были отданы на откуп руководителей клубов и агентов и болтались по клубам. Без всякой системной работы.

Чемпионат мира мы получили в 2010 году. 6 лет мы уже просрали. Осталось 2 года – надо попытаться что-то сделать хотя бы за это время. Кстати, единственный, кто что-то пытался сделать, как это ни смешно, Фурсенко. У него была программа «Результат-2018». Понятно, что заявления про чемпионство вызывали улыбку, но там по крайней мере была сформулирована правильная дорожная карта. Другой вопрос, что по ней ничего не было сделано. А должен быть штаб – не такой, как в фильме «Квартета И» про выборы, но все же. Штаб, который мониторил бы 50 кандидатов в сборную, и не допускал бы у них «синдром Ионова».

Моя позиция: российский футбол очень долго – гораздо дольше, чем Шумахер – находился в коме, и теперь из этой комы его почти наверняка не вывести. Но попытаться можно. Есть принцип, которым надо воспользоваться. Вы наверняка слышали о францисканском монахе и философе Оккаме. Бритва Оккама – методологический принцип, который можно коротко описать так: не надо множить сущее без достаточного основания. А мы только этим и занимаемся: одна стратегия, вторая, третья – и все без толку.

Нужен некий перечень конкретных дел, чтобы не было совсем такого, как в матче против Уэльса. Кстати, я первый, кто встретил Капелло в тоннеле «Мараканы» после матча Россия – Бельгия на ЧМ-2014 и пытался утешить: «Fabio, good game, no lucky». Мы проиграли 0:1, на 88-й минуте забил Орижи. Если хотите – пересмотрите игру: Бельгия там имела преимущество первые 15 минут и последние 10. В остальное время – Кокорин мог забивать в первом тайме, на Канунникове не поставили пенальти – как признали потом, не поставили ошибочно. Это была игра на очень достойном уровне. И вот за два года от равной игры с Бельгией мы ушли на 0:3 с Уэльсом.

Провести люстрации

– Нужна тотальная – не знаю, подходит ли слово «люстрация» – но совершенно очевидно, в футболе надо вводить внешнее управление. С людьми, которые сейчас работают в футболе, надо расставаться. Прядкин (президент РФПЛ – Sports.ru), Ефремов (президент ФНЛ), Соколов (президент ПФЛ), все руководители региональных федераций – их надо убирать. Фаина Раневская говорила: «Люди как свечи. Или они должны гореть, или их надо вставлять в жопу». У нас основные люди сейчас не горят. И другая фраза – тоже ее: «В некоторых людях живет бог, в некоторых – дьявол, а в некоторых – только глисты». Есть ощущение, что в людях российского футбола давно нет ни дьявола, ни бога. Всех все устраивает.

Юрий Дудь  Юрия Дудя

Начинать надо с трех лиг. В Северной Ирландии и в Ирландии половина составов – из чемпионшипа, иногда встречаются люди из League 1, то есть из нашей ПФЛ. В России первый и второй дивизион – отстойники полные. Тишь и гладь всех устраивает, неслучайно первыми, кто выдвинул Виталия Мутко на новые выборы президента РФС, были люди из ФНЛ.

Внутри футбола люди достаточно сильно постарели. Мы завозили тренеров из-за рубежа. Возможно, правильно было бы завозить менеджеров из-за рубежа. К вопросу о менеджменте. Вот у меня на столе книга профессора Руты из университета Боккони. Вы отлично знаете Хавьера Дзанетти – приехал из Аргентины в Италию, 20 лет отыграл за «Интер», по окончании карьеры стал вице-президентом клуба. Сейчас его специально обучают в Боккони, профессор Рута – его личный учитель, все делается для того, чтобы Дзанетти стал не формальным вице-президентом, а полноценным. Такое обучение стоит десятки тысяч долларов за курс.

Или посмотрите на Объединение тренеров Михаила Гершковича – оно же за все время своего существования вообще ничего полезного не сделало. Почитайте их главный труд – «Трибуна тренера» – там обсуждают налог на иностранцев, как взаимодействовать с агентами, все что угодно, только не глубинные проблемы ремесла и прежде всего обучения тренеров. Ни одного методического спора, ни одной дискуссии. Комментаторы «Матч ТВ» уже давно говорят о тактике, схемах и прочих деталях больше, чем сами тренеры.

А еще есть новые технологии – в работе тренеров, и не только. Я был в Хоффенхайме на конференции, где выступал Оливер Бирхофф (менеджер сборной Германии – Sports.ru). В сентябре-2014 уже после чемпионата мира они собрались с Йоахимом Левом, сели в кабинете и стали на компьютере разбирать все, что только можно – от владения мячом своей командой до особенностей игры соперника. В этот момент мимо прошел Беккенбауэр: «Ну что, ученые, сидите? С помощью компьютера гол не забьешь». При всем уважении к былым заслугам Беккенбауэра, сейчас он, скорее, человек, который играет в гольф и дает макросоветы. В это время успеха добиваются люди, освоившие современные технологии.

Пример? В Германии любая тренировка проходит под присмотром телеметрии, которая за час фиксирует до 7 миллионов действий. Эти данные они используют – по сути, это передовая наука. У нас этим владеют люди вроде Слуцкого или Бердыева, тренеры детских команд ни доступа, ни знаний к этому не имеют. Константин Моденов (начальник медико-биологической службы РФС – Sports.ru), который выиграл юниорский Евро вместе с Хомухой, рассказывал: приезжают иностранные команды, у них по две фуры медицинского оборудования. Тут мы отстали так же, как в производстве телевизоров – от США и Японии. То есть навсегда.

Беда российского футбола – не только примитивные люди, которые в нем работают. Ладно бы они понимали, что примитивные. Беда в том, что есть воинственное невежество: да зачем нам что-то новое, у нас такой опыт, мы столько достигли! Поэтому людей, которые считают себя футбольными Спинозами, от футбола, конечно, надо отодвинуть. Но этого не произойдет до тех пор, пока сверху не поступит команда: зачистить и набрать новых.

Ввести внешнее управление

– Как это внешнее управление может выглядеть?

– Николай Толстых, когда руководил РФС, боролся с агентами. Я ему говорил: «Ну чего ты борешься с ними? Понятно же, что это производное, за ними – более авторитетные люди». С этими авторитетными людьми и надо говорить. С ними должна быть проведена встреча, на ней должно прозвучать: давайте очистимся, давайте проведем ЧМ-2018 не только с точки зрения гостеприимства и хороших стадионов, но и с точки зрения более или менее нормального результата.

Для этого из известно какого центра должны поступить следующие команды:

1. обновить полностью состав Исполкома РФС

2. ввести ограничения для госкорпораций по финансированию футбольных клубов

3. ввести ограничения на использование региональных бюджетов для финансирования клубов ФНЛ и ПФЛ

4. провести реформу профессионального футбола, вдвое сократив число профессиональных клубов

5. на деле, а не на словах начать реализацию механизмов частно-государственного партнерства, передав спортивные имущественные комплексы футбольным клубам с одновременным решением налогового обременения

6. приступить к акционированию футбольных клубов, чтобы болельщики не было настолько отчуждены от процессов принятия решений

7. обновить руководство межрегиональных объединений и региональных федераций

8. провести тотальную ревизию и аттестацию специалистов, занятых в футболе

9. провести анализ работы многочисленных неэффективно работающих комитетов и комиссий РФС

10. вынести на рассмотрение стратегию развития футбола до 2030 года

У меня в Плехановском университете есть студенты, которые приезжают из разных областей – Калужской, Тверской, какой-то еще. Предположим, бюджет региона на спорт – 500-600 миллионов рублей в год. На массовый спорт уходит процентов 20-30, остальное – на профессиональные клубы, как правило, футбольные. Эти клубы сжирают значительную часть бюджета, не выдавая ничего – ни результата, ни настроения для болельщиков. Почти все уходит на зарплаты тех людей, которые уже заканчивают свою карьеру, ну или просто всю жизнь мигрируют из одной зоны ПФЛ в другую. При этом наверх никто не прорывается, в сборные Ирландии никто футболистов не поставляет.

Юрий Дудь  Юрия Дудя

У меня были разные периоды производственных отношений с Газзаевым, я был его самым последовательным оппонентом, когда он продвигал Объединенный чемпионат России и Украины. Но Газзаев и то в своей программе «Время перемен» говорит: в Германии 54 профессиональных клуба, в Испании – 54. Вот и нам полсотни профессиональных клубов вполне достаточно. Остальные пусть будут полупрофессиональными, а остальные деньги – пусть будут отправлены на центры подготовки футболистов. Нужно выбрать десяток футбольных зон, где еще что-то может вырасти. Как рассуждения Чернышевского о грязи: где-то грязь уже заасфальтирована, там ничего не прорастет, а где-то микробиологические процессы идут, и что-то может вырасти. При этом к центру есть серьезные требования. А то просто переименуют уже существующие ДЮСШ – это неправильно. Что такое центры в Германии, мы расписали уже десять раз.

Даже человек, которого наши футбольные гуру объявили городским сумасшедшим, Алишер Аминов, начинал с вполне разумных вещей: очертил, какие требования к таким центрам должны быть. Сколько полей, какая лицензия у тренера. А вся наша стратегия сведется к тому, сколько полей надо положить. Но если положить поле, а в радиусе многих километров от него нет ни одного тренера, который может чему-то обучить, получаются не футболисты, а полуфабрикаты. Акцент надо делать на человеческий капитал. В Исландии многие начинали играть на гаревых полях, зато тренеры были.

Надо поговорить с людьми, которые управляют всеми процессами нашего футбола, и сказать: так жить нельзя. Им это все удобно, но надо жить не по анекдоту, который когда-то ходил про Госдуму:

Один депутат говорит другому:
– Вроде у нас все есть – квартира, машина – надо бы и о людях подумать.
Другой:
– Да, неплохо бы еще и по 200 душ каждому из нас выделить.

Сейчас люди не горят. Если мы не введем внешнее управление, если мы не сменим элиты, которые не горят, ничего не будет. Виталий Леонтьевич говорит, что в РФС 70 человек – бездельники. При этом он в РФС уже почти год, но структура не поменялась, никакой свежей крови, никаких новых людей. Почему я в свое время пришел в Плешку? Потому что здесь есть ребята, которые уже сейчас могут сделать то, что никогда не сделают те люди, которые возглавляют клубы и региональные федерации. Но их никогда к этому не подпустят.

– Кто должен руководить этим внешним управлением?

– Схему я вижу примерно так: президент РФС, освобожденный от других функций – новый состав Исполкома – генеральный менеджер сборной – главный тренер. Главный тренер сборной России – Семак. Генеральный менеджер сборной России – Дюков. Он же босс базового клуба сборной. У него же полномочия, как у Лаврентия Берии при атомном проекте – он может привлекать, рекрутировать кого угодно. Я не знаком с ним лично. Но все, что я слышал от него, было здраво. Плюс я поклонник Шопенгауэра и его эссе о физиогномике: уста – вторая производная, важно, что у человека написано на лице, потому что лицо – творение бога. У Дюкова интеллект виден.

Юрий Дудь  Юрия Дудя

ЧМ-2018 такой же президентский проект, как и Олимпиада-2014. Но пока все, что происходит с российским футболом, очень похоже на то, что происходит со стадионом на Крестовском острове. Строим, говорим, кого-то возим и показываем, вливаем немыслимые деньги – но стадион все еще не сдан, то ему ветром крышу сносит, то еще какая-то фигня произойдет. Когда в строительстве идет что-то не по плану – хоть жилья, хоть Олимпиады, – там меняют подрядчиков.

Кто будет отвечать вообще за весь проект «Футбол»? Очевидно, кто-то из ближайшего окружения Президента. Я, например, слышал много позитивного о Козаке (заместитель председателя Правительства России – Sports.ru).

– Вам нравится, как управляется российское государство?

– Тогда каким образом те же самые люди приведут в порядок футбол?

– У нас в стране система ручного управления. Исправить ее нельзя. Но есть задача, есть проект. Управление государством в 40-е, 50-е годы тоже было далеко от идеального. Бомбу, однако, сделали. И за счет этого мы живем все эти годы. Если бы ее не было, возможно, даже такого государства Россия уже не существовало. Бомба – это паритет. 70 лет без войны – это результат создания бомбы. Если бы ее не было, было бы примерно то же, что происходит на Ближнем Востоке – постоянные горячие точки. И не надо сюда приплетать Сталина. В нарушении прав человека обвиняли и Ли Куан Ю, но Сингапур – мировой финансовый центр, многие берут с него пример. Какие-то вещи надо разделять. В странах и с диктаторскими режимами могут быть успешные проекты.

При всей негативной оболочке проект «Футбол» можно сделать. Из-за проблем со здоровьем у многих моих близких друзей я сейчас много времени провожу в онкологических центрах и вижу, что они испытывают огромные проблемы. Если бы вы задали мне вопрос: «Что важнее – футбол или медицина?» – я бы сказал, что лучше эти деньги отправить в онкоцентр Нижегородской области, они ему точно пригодятся. Но что бы я ни ответил, футбол все равно будет поддерживаться государством. Вопрос в том, что будет поддерживаться: бесперспективные клубы ФНЛ/ПФЛ или какой-то проект, который хотя бы чуть-чуть улучшит настроение людям, искренне больным футболом.

Выбрать нового президента РФС

– Что плохо в том, как управляет футболом Виталий Мутко?

– Самое главное: декларируя необходимость перемен и развития, эти перемены он не проводит. Как и все прочие руководители в стране, он заточен на тушение пожаров, на реализацию сиюминутных моментов, прежде всего – финансовых. Стратегию он поручил другим людям – например, Зоркову (Александр Зорков, директор по развитию РФС – Sports.ru). У меня с Зорковым хорошие отношения, он был моим заместителем, однако Платон мне друг, но истина дороже: к сожалению, по масштабу личности и имеющемуся у его департамента интеллектуальному потенциалу он не может осуществлять стратегическое развитие.

Отсюда второй пункт – Мутко, как, кстати, и Толстых, не сформировал команду. Слуховой аппарат муравья устроен так, что он не слышит раскатов грома. Люди, которые заняли все футбольное пространство, тоже не слышат грома, они привыкли жить в парадигме прошлого: этому – дать, от этого – получить. Мутко нужна команда, потому что, я это ответственно заявляю, в РФС сейчас нет людей, которые могут самостоятельно реализовывать проекты. Там сейчас только те, кто ловит эманации своего высшего руководителя и не проявляют совершенно никакой инициативы. В РФС сейчас нет никого, кто не побывал бы в коме, о которой я говорил. Там есть хорошие технические работники: в юридическом отделе, в международном, сам Саша Алаев (гендиректор РФС – Sports.ru) – хороший порученец. Но остальное… Коммерческие доходы там на аутсорсе – у «Телеспорта». Программа лояльности болельщиков – только словеса, продолжают мастурбировать. Еле-еле запустили интернет-магазин, хотя сейчас он и то прозябает.

Кроме того, много лет назад я говорил еще Толстых, что ему нельзя совмещать «Динамо» и ПФЛ. Я был против совмещения Слуцкого в ЦСКА и сборной. Точно также недопустимо совмещать футбол и министерство спорта.

Ну и вообще сейчас РФС – это театр одного актера. Очень неглупого человека, кстати – раз он может так долго манипулировать общественным мнением. Это не каждому бы удалось – Николай Александрович вот продержался менее трех лет.

– «Телеспорт» Петра Макаренко и Виталия Мутко – кто-то считает этот союз очень подозрительным. Каким считаете вы?

– Честно могу сказать: Макаренко – один из двух самых умных людей, кого я встретил, работая в РФС. Вы знаете телевидение лучше меня, но, как я понимаю, это единственный человек, который может заработать деньгиЮрий Дудь  Юрия Дудя на продаже телевизионных прав. Весь коммерческий отдел РФС во главе с Карповичем – это люди, которые правильно расставят рекламные щиты, где надо. Получить контракты с крупными брендами – от «Фольксвагена» до «Аэрофлота» – может только Макаренко, так что тут он высококлассный специалист.

А все ли деньги доходят до РФС… Это многих интересует, но не меня. Некоторые говорят, что в России взятки – это исторически смазка экономики: даже Петр Первый не выгонял Меньшикова, хотя знал, что тот ворует. Если 90 процентов идет на дело, а 10 – куда-то еще… Можно считать это десятиной. Вот если наоборот – 10 процентов идет на дело, а 90 куда-то еще – тогда система разрушается.

– Полчаса назад вы лестно высказались про Валерия Газзаева. Уточню: вы допускаете, что у него может получиться управлять российским футболом?

– Смотря с кем и с чем сравнивать. Если бы у нас работала какая-нибудь законодательная база, если бы Газзаев собрал команду – а его программу развития футбола писал PriceWaterHouse – и если бы он действовал четко по программе, он был бы не самым плохим управленцем. У него есть харизма.

– Валерий Газзаев был президентом «Алании»-2013. Каким образом человек, имеющий отношение к развалу той команды, может управлять вообще всем футболом?

– Вы вчера смотрели матч Португалия – Польша? Когда поляки забивали, пас Левандовскому отдал Грасицки – человек, который лечился от наркомании. Вылечился, играет за «Ренн» и сборную Польши. Есть какие-то преступления, которые нельзя прощать. А есть те, за которые прощать можно. Как говорил Форд, я могу отчитаться за любой свой миллион, кроме первого. Я не сторонник того, чтобы копаться в шкафах и искать там скелеты.

Есть как минимум одна вещь, почему Газзаев лучше других. Если вспоминать фразу Раневской, то это не тот человек, которого надо куда-то вставлять. Он действительно горел. Другой вопрос, что пламя, может быть, не туда дуло. Но таких бессребреников, как наш известный герой, больше не осталось. Мы должны исходить из этих реалий.

– Сергей Капков?

– Это тоже вариант. Если бы он был самостоятельной фигурой и не было бы влияния третьих лиц – я сейчас про Романа Абрамовича – это было бы хорошо. Москву он благоустраивал без третьих лиц и делал это здорово.

Юрий Дудь  Юрия Дудя

Почему все это не сделали раньше?

– Многое из того, что вы сказали, звучит очень логично. Но. Вы два с половиной года руководили российским футболом вместе с Николаем Толстых. Почему ничего этого вы не сделали, когда у вас была возможность?

– Убийственный, хотя и закономерный вопрос.

Я считаю, что Николай Александрович должен был быть востребован в футболе, но не в том качестве, в котором он работал в РФС последние годы. Футбол для него храм, он видел свою главную миссию в том, чтобы изгнать из этого храма фарисеев. К сожалению, закон Питера – о том, что в иерархической организации каждый выходит на уровень своей некомпетентности – универсальный. Не хочу, чтобы Николай Саныч на меня обиделся, ему сейчас и так несладко, но, когда он стал президентом РФС, он тоже не смог закон Питера опровергнуть. А когда человек выходит на уровень некомпетентности, из этого закона есть следствие – синдром конечной остановки. То есть не понимая всего объема, который ты должен сделать на новом месте, ты начинаешь заниматься тем, что лучше всего понимаешь и что считаешь самым важным.

Как правильно писали ваши коллеги, Толстых воевал с ветряными мельницами и с самого начала нажил много врагов.

Все системы работают на доверии. Мы знаем, что банки схлопываются, но продолжаем нести туда деньги. Мы знаем, что самолеты иногда падают, но все равно покупаем билет и доверяем свою жизнь пилоту. Мы знаем, что операция – это опасно, но все равно ложимся под нож, понимая, что, скорее всего, нас не зарежут. Все кому-то постоянно доверяют. А вот в футболе доминирует подозрительность. Нам преодолеть эту подозрительность и раскол не удалось, что и подтвердило голосование о досрочноq отставке Толстых.

Он очень хотел стать президентом РФС – это понятно, это вершина карьеры любого функционера. Поэтому он принял РФС без глубокого дью-дилидженс, опираясь лишь на справку Счетной палаты. Ему многие пообещали. Он знал, что у РФС есть 700 млн долгов, но ему говорили: эти долги мы тебе закроем.

– Пообещали, но не закрыли. Почему?

– Я не говорю, что это Виталий Леонтич обещал – вполне возможно, другие люди. Но они отказались, потому что Толстых слишком быстро стал реализовывать свой имидж непримиримого. Люди поняли: если дать ему закрепиться и реализовать планы, система, по которой все так хорошо и так давно живут, даст течь. Это было его первой гирей.

Юрий Дудь  Юрия Дудя

Вторая гиря – его развели, если говорить доступным языком, с контрактом Капелло. Толстых не мальчик, он очень опытный администратор и никогда не подписал бы контракт с Капелло, не имея гарантий, что на этот контракт будет целевой источник.

– Эти гарантии давал Виталий Мутко?

– Я знаю, что на этом контракте несколько подписей – в том числе Виталия Мутко. Сам Виталий Леонтьевич говорит, что он просто как министр спорта его завизировал. Хотя ясно, что по всем юридическим канонам отвечает глава организации, то есть Толстых.

Но то, что финансовая блокада была, подтвердили дальнейшие события. Алишер Усманов сказал: Мутко я деньги дам, а Толстых – не дам. Как только ушел Толстых, в число спонсоров вернулся «Новатэк» и другие компании.

В любом случае, если бы 24 сентября 2016 на выборах президента РФС был бы не один кандидат – Виталий Мутко, а несколько – Мутко, Газзаев, Капков, гипотетически снова Толстых – всей системе российского футбола было бы лучше. Но так вряд ли будет.

Послушное большинство тихо проголосует за известного кандидата. И кома российского футбола, скорее всего, будет продолжаться дальше.

Почему этот чемпионат мира лучше всех предыдущих

Юрий Дудь  Юрия ДудяВозможно, лучшее празднование гола на, возможно, лучшем чемпионате мира по футболу

Вторник позапозапозапрошлой недели закончился для меня очередным открытием. В районе семи часов вечера я узнал, что в Москве есть улица Череповецкая и что находится она в районе Алтуфьево. Именно по ней, соблюдая скоростной режим, поглядывая на знаки и держа ногу у тормоза перед пешеходными переходами, я ехал ровно до тех пор, пока боковым зрением не увидел большой шмат черной стали. Сталью был покрыт Ford Focus, кативший по второстепенной дороге и решивший проскочить перекресток, не уступая его никому. Сталь я увидел ровно за секунду до того, как она вонзилась в бок моей машины. Весной в блоге «Моя тачка, чувак» я довольно аккуратно хвастался своей демократичной пышкой из Франции. Сейчас похвастаюсь чуть менее аккуратно: она, редкая умница, в тот вторник сохранила мне если не жизнь, то здоровье. Боковые подушки безопасности, моментально покрывшие всю левую сторону салона, сделали так, что от сильного и стремного столкновения я отделался едва заметной царапиной на трицепсе.

Не то чтобы мне всегда было это интересно, но иногда я задавался и таким вопросом: о чем в первую очередь думают люди, которые прошли если не по грани, то где-то недалеко от нее? Особенно, если это люди в положении вроде моего – молодые и активные мужчины, которых дома ждет небольшой детский сад будущих спасителей России, а в интернете – примерно сто миллионов человек, которым еще не успели объяснить, какой спортивный сайт лучший во Вселенной. Удивительно, но ни о том, ни о другом я не думал. «Интересно, мои страховщики окажутся козлами или нет?» – мысль при взгляде на побитую машину. «Бл#, а ведь через два дня начинается чемпионат мира, – это уже мысль при взгляде на календарь в мобильном телефоне. – Было бы обидно, если бы начинать пришлось без меня».

Прошло три с лишним недели, и я понимаю: пропустить такой чемпионат мира по любой причине – тяжелая травма, военные сборы, сладкие каникулы с длинноногой моделью по имени Виктория – было бы просто чудовищно. За то время, что в Бразилии пинают мяч перед тысячами телекамер, каждый из нас десятки раз подумал, произнес, написал и запостил глубокомысленное: «Пожалуй, это лучший чемпионат мира в истории». Эй, почему так сдержанно? Заберитесь в свою память и задумайтесь: в вашей жизни бывало много событий, которые могут состязаться с этим по уровню восторга? Вечер, когда вы встретили ее и поняли, что она любовь всей вашей жизни? Допустим. Первая, честно заработанная, своя квартира? Принимается. Рождение детей? Да, это круто. Ну а что еще?

Наша жизнь складывается из многих дней, часов и минут, но крайне редко, почти никогда они не выстраиваются в целые недели беспрерывного праздника. Для многих из нас главная радость на почве футбола – это забег к бронзовым медалям Евро-2008 сборной Гуса Хиддинка. Это было очень здорово, но тот чемпионат, если разобраться, делал нам инъекции счастья ровно полтора раза: сначала когда обставили Швецию и вышли в плей-офф, потом когда разбили Голландию в четвертьфинале. Чемпионат мира-2014 – это другое. Это история про то, как счастье может не просто постучаться к тебе в двери раз в несколько лет; оказывается, оно может войти к тебе и остаться жить рядом.

В моей жизни никогда не было таких периодов. Периодов, когда я только что видел чудо и понимал: завтра, расправившись с дневными делами, я снова включу телевизор и мои глаза, от недосыпа и полопавшихся сосудов похожие на два английских флага, увидят чудо вновь. Сегодня парашют ван Перси на испанские ворота? Завтра – знакомство с Коста-Рикой, раскатывающей Уругвай. Сегодня победный гол Швейцарии в компенсированное время? Завтра – уничтожение португальцев Томасом Мюллером. Сегодня явление миру бронированного вратаря Очоа? Завтра – бешеная сборная Чили, срывающая скальп с испанцев. Сегодня – чудо-матч Суареса против Англии? Завтра – выдающаяся игра и пять забитых голов от сборной Франции. Волшебство на конвейере, чудеса на потоке, гарантированное удовольствие – вещи, которые обычно существуют только в рекламе болгарской недвижимости, на полном серьезе появились в жизни. Что важно: не в чьей-то там жизни, а в нашей с вами.

Мой эмоциональный пик этого чемпионата – день накануне решающего матча России. Ни коллеги, ни наш сайт не дадут соврать: чемпионат мира и нашу сборную на нем я ждал с нетерпением школьника. То есть понимал, что шансов мало, но все равно надеялся и верил. Когда же в течение суток я увидел героическое спасение Греции в игре с Кот-д’Ивуаром, роскошный гол Хамеса Родригеса в японские ворота, Луиса Суареса, завтракающего защитником Кьеллини, и Коста-Рику на итоговом первом месте в группе, я поймал себя на не самой правильной мысли: сногсшибательного футбола я увидел уже столько, что даже вылет сборной России не сможет меня расстроить. Через день она вылетела, а я и правда почти не расстроился. Все очевидно: для меня это не лучший чемпионат мира, который я когда-либо видел в жизни. Для меня это лучший месяц, который когда-либо в моей жизни был.

Так почему все получилось так складно именно здесь и именно сейчас? У меня – ровно три гипотезы.

Первая – мы писали, мы писали, наши пальчики устали. В обеих лигах, которые поставляют для ЧМ главных суперзвезд, в этом году случились очень долгие и очень изматывающие гонки за титулом. И в Англии, и в Испании в этих гонках принимали участие сразу по три команды, а это значило, что любой матч – хоть с «Вест Хэмом», хоть с «Вальядолидом», хоть в декабре, хоть в апреле – требовал концентрации и расхода энергии, близких к максимальным. Вспомним к тому же, что два испанских гранда, помимо жестокой внутренней зарубы, пережили стопроцентное путешествие по сетке Лиги чемпионов и не удивимся, сколько же звезд приехало в Бразилию уставшими. Этих звезд не сносило океанским ветром, они вполне могли передвигаться по полю, но встречали они на нем тех, кто свежее – и головой, и ногами. Если по ходу сезона разница между фаворитом и андердогами была большой, то сейчас стала просто ощутимой. Когда сильный лупит слабого, это неинтересно. Когда сильный и слабый подошли к одному конкретному бою в таком состоянии, что лупят друг друга, как в седьмой части «Рокки», это интереснее в разы. И это именно то, что мы видим сейчас в Бразилии.

Причина #2 – место, где проводится турнир. Тот, кто хоть раз бывал на морских курортах зимой, возможно, ловил себя на ощущении: даже в месяцы прохладного моря, ранних закатов и совсем не туристических поездок там невозможно не думать о сексе. Воздух отелей Турции, Греции, Испании, созданных для того, что устраивать пир человеческой плоти, настолько насыщен тестостероном, что обостренное желание накрывает там здорового человека и осенью, и зимой. В Бразилии что-то похожее происходит с футболом. На нашей планете я знаю мало земель, более располагающих к игре, чем та, что подарила миру сотни суперчемпионов. Чем та, где футбол – это и единственный социальный лифт, и национальное достояние, и тема кухонных разговоров людей разных полов и достатка. Чем та, где счет в банке, размер груди жены и запись в трудовой книжке важны, но еще важнее – как здорово ты умеешь бить по мячу.

Впрочем, формулы «футбольная страна-организатор = крутой чемпионат» мы должны бояться. Если это и правда работает, представьте, какая тоска ждет нас на двух ближайших турнирах.

Ну и третья причина – война миров. Игорь Порошин, тяжело переживая вылет сборной Италии, написал об этом целый текст; я напишу один абзац. В современном футболе социальное расслоение достигло таких масштабов, что даже обожаемая всеми бундеслига подвержена вполне четкой экономической сегрегации: один гигант и 17 доноров, в том числе клуб, дважды за последние три года выигрывавший национальный титул. Чемпионат мира – турнир, где разница между богатыми и бедными если не стирается, то бледнеет.

Ты можешь родиться с именем Абель Энрике Агилар Тапис и со способностями футболиста, которого будут нанимать на работу «Асколи», «Херес», «Эркулес» и «Тулуза». Ты будешь обитать где-то неподалеку от грандов, иногда покусывать их в очных матчах, но никогда не сможешь опередить их в рамках одного большого и действительного важного турнира. И только раз в четыре года ты сможешь приехать в сборную своей страны, где – вот удача – есть несколько парней куда талантливее и дороже тебя, и стать одним из тех, кто может надрать задницу европейским богачам, а если повезет – и всему остальному миру. Кто здесь, как и я, в оставшихся матчах за Колумбию?

Когда мы смотрим чемпионат Европы – рыцарский турнир внутри одной цивилизации – мы легко можем заскучать. Когда мы смотрим чемпионат мира – кулачную свалку, куда стекаются со всех концов света, – заскучать чуть меньше шансов. Когда же та цивилизация, что послабее, на этой свалке чувствует себя как дома, сначала всем стадионом распевая гимн, а потом впиваясь любому сопернику в кадык, скуки просто не существует.

Я не рассказал самое смешное: в тот дождливый вечер в Алтуфьево в мой бок вонзилась не совсем простая машина. Это было черное авто с красными лампасами, на которых было написано «Следственный комитет России». Сама авария и последовавшие за ним разборки убедили меня ровно в двух вещах, которыми я не могу с вами не поделиться.

Первое: хотя все силовые структуры России обитают в стойком коррупционном дурмане, рассчитывать на честное обращение все еще можно. И тот чувак (1990-го, ох-ох, года рождения), который был за рулем, и те, что пришли ему на помощь, были предельны вежливы и очень извинялись. Авария подсаживала их на большие деньги, но виноватым в ней без всяких групп разбора признали юного следователя – приехавшие на дело гаишники были хорошо упитаны, но оформили все честно. Вывод: жить по закону в России тяжело, но пока еще можно.

Второе: в какой бы части машины вы ни сидели, не забывайте про ремень безопасности, он действительно спасает. «Вы же еще так молоды», «А сколько еще впереди», «Подумайте о своих близких» – такие сопли я даже не собираюсь использовать в качестве аргументов. Мой аргумент стремителен и связан с тем, что мы увидели в Бразилии в июне-июле 2014-го. Нынешний чемпионат мира – это абсолютно лучшее дистанционное зрелище, связанное с футболом, на ближайшие годы, возможно – на десятилетия. Этот уровень игры, эти потрясающие сценарии, эти неповторимые эмоции, конечно, могут повториться, но наверняка не скоро – не исключено, что нам с вами придется ждать до самой старости. Но именно для того, чтобы пережить такое еще хотя бы раз, до старости точно стоит дотянуть.

Фото: Fotobank/Getty Images Sport/Alex Livesey – FIFA

Юрий Дудь: “Я сел с Емельяненко на маты — и если бы меня начали бить, не успел бы убежать”

Юрий Дудь  Юрия Дудя

Sports.ru в нашей редакции читают даже те, кто к спорту не очень близок. Во-первых, потому что хотят, чтобы на него был похож The Flow. Во-вторых, из-за текстов Юрия Дудя — одного из лучших интервьюеров в стране. Сегодня главный редактор Sports.ru Юрий Дудь рассказывает нам, чем плоха журналистика в России, каких успехов добился канал “Матч ТВ” и кто лучше — Скриптонит или Оксимирон.

Ты стал главным редактором Sports.ru в 24 года. Не было ли ощущения, что это достаточно юный возраст, чтобы стоять во главе такого сайта?

Неа. Так вышло, что я оказался в профессии довольно рано. На свой первый ЧМ по футболу я поехал, когда мне было 19, на первую Олимпиаду — когда было ещё меньше, поэтому я привык, что все происходит чуть раньше. Во-вторых, Sports.ru довольно молодая компания, и там более или менее всегда и среди руководителей, и среди сотрудников были люди примерно одного возраста. Когда руководить 23-25-летними парнями заступил 24-летний парень, это не выглядело странно или дико. И в-третьих, примерно в то же время журнал “Афиша” возглавил Илья Красильщик, который на год меня младше. Как я считаю, Илья — это человек, который спас журнал “Афиша” от смерти. Которая в итоге наступила, но, если бы не Илья, она случилась бы лет на пять лет раньше.

Как ты попал в профессию?

Классическая история. Практически все спортивные журналисты — это те, кто не смог добраться до профессионального спорта. Я с детства продюсировал у себя во дворе почти весь спорт — начиная товарищескими матчами и заканчивая, прости господи, олимпиадами. Ну и, разумеется, мечтал о карьере в футбике, причем о карьере вратаря. Но так вышло, что я всё детство болел бронхиальной астмой. Причем болел довольно серьезно и разок — когда родители еще не очень понимали, как с ней справляться, — даже чуть не отбросил концы. Это сейчас мы знаем, что среди олимпийских чемпионов — целая армия астматиков, а в темные 90-е казалось, что с этой болезнью вообще никуда нельзя высовываться.

В качестве сублимации родители отвели меня в газету, которую подростки делали для подростков. Называлась она “Юношеская газета”, там я учился писать заметки с 11 до 13 лет. А потом я постучался на практику в газету “Сегодня”, которая входила в холдинг “Медиа-Мост” ещё не изгнанного из России Владимира Гусинского. Как-то прибился к ним, что-то делал, потом газету закрыли. В 2001 году, когда мне было 14, я попросился на практику в газету “Известия”, которая тогда была цитаделью главных умов русской спортивной журналистики. Там работали Игорь Порошин, Дмитрий Навоша, Стас Гридасов, Евгений Зуенко, Андрей Митьков — просто бесы профессии. Я сначала был там младшим внештатником, потом чуть более продвинутым, а в 16 лет, когда я только поступил на первый курс журфака МГУ, меня взяли в штат.

В 16 лет попасть в штат “Известий” — звучит дико, но вообще в этом нет ничего необычного, я всегда говорил: журналистика вторая по доступности профессия в России после проституции. В какой-то степени в этом нет ничего хорошего: если почитать заметки тех времён, на мой взгляд, им категорически не хватало редактуры. Примерно 60% текстов, выходивших тогда под моей фамилией, я бы в главной ленте sports.ru не публиковал.

Ты критично отзывался о современном образовании журналиста. Почему так?

В спортивной журналистике есть куча недоученных суперзвёзд без диплома. Но при этом сказать, что Василий Уткин необразованный человек, может только полудурок. В нашей профессии очень нужно образование — просто не журналистское. Журналистское образование — это ещё пять лет обучения гуманитарным наукам. В школе 11 лет не хватило, чтобы прочитать Аристофана, Мопассана и Бальзака — держи ещё 5. Если получится сочетание совести и хорошего преподавания, ты ещё выучишь иностранный язык. Все, ничего другого полезного в этом образовании нет. Поэтому я всегда считал: намного лучше, если человек идёт получать другое образование — историка, маркетолога, переводчика. И если он потом с этой экспертизой приходит в журналистику, его внутренний капитал гораздо богаче. И в профессии он может добиться большего. Опять же, если мы берём профессию в том виде, в котором она должна быть, а не в том, в котором она пребывает сейчас. А сейчас она пребывает в руинах.

А как из этих руин выбраться?

Либо резкий экономический рост России, который позволил бы медиа жить, несмотря на жёстко закрученные гайки. Либо смена позиции государства по вопросу контроля за прессой. Сейчас это контроль близкий к абсолютному. И это разрушает все представления о профессии, с которыми многие из нас в нее приходили. 90% медиа в России тяжело назвать журналистикой в том виде, в котором она должна быть. Это услуги по информационному эскорту со всей вытекающей содомией.

Перед тем, как стать главным редактором Sports.ru, ты несколько месяцев работал комментатором на “НТВ-Плюс”. Почему у тебя не сложилась работа там?

Я довольно позитивный человек, совершенно не склонный к депрессиям. Но даже в моей жизни есть отрезок в два или три дня, когда было совсем хуёво. Это был февраль 2011 года, мне нужно было принимать решение: идти работать главным редактором Sports.ru или на “НТВ-Плюс” — комментатором и специальным корреспондентом. Я выбрал “НТВ-Плюс”, потому что меня манила карьера в телевизоре — казалось, что это динамично и там есть большие возможности. Я решился и, видимо, почти сразу понял, что это ошибка — вот и страдал пару дней. К счастью, и за это я раз в год благодарю Диму Навошу: когда я ему отказал, он решил подождать и не предлагать никому эту работу какое-то время.

Спустя три месяца я понял, что не могу работать в штате такой корпорации, как “НТВ-Плюс”. Телевизор мне тогда отчего-то казался очень динамичной историей, но по динамичности с интернетом он сравнится, конечно, не мог. Ехать в Краснодар и делать сюжет про “Кубань”, которая была сенсацией того сезона, это очень интересно с точки зрения творчества. Но технологически привезти оттуда сюжет лично для меня гораздо менее интересно, чем привезти оттуда текст. Просто потому что сюжет — это дольше. Мне казалось, что это огромное количество лишней работы, которая не была мне близка по темпераменту. Ну и вообще почему интернет мне нравится больше телевидения даже сейчас: в интернете, чтобы сделать что-то крутое, можно действовать в одиночку; в телевизоре в чем-то крутом всегда задействовано большое количество людей. Зависеть от себя мне нравится больше, чем от других.

Плюс, Вася Уткин — довольно сложный начальник. Я никогда этого не скрывал и всегда говорил это ему в лицо. Мне нравится с Васей дружить, нравится, когда он в хорошей форме, его читать и слушать. Но работать под его руководством не нравится более-менее никому. Я понял, что буду мучиться и решил уйти. К счастью, Вася проявил себя красавцем и разрешил мне уйти на Sports.ru, но при этом остаться по договору комментатором на “НТВ-Плюс”.

Одна крошечная, но показательная история про “Плюс” и вообще любую корпорацию. Офис компании находится далеко от “Останкино”, на станции метро “Южная”, в очень уродливом здании, которое называется “Лежачий небоскрёб”. Оно невысокое, но очень длинное — то ли две, то ли три автобусные остановки вдоль Варшавского шоссе. Внутри этой каменной кишки находится в том числе отдел кадров, где при приеме на работу меня попросили внести в анкету, гм, мой девиз. Никакого девиза, у меня, понятно, никогда не было, поэтому, чтобы сориентироваться, я попросил показать, что писали другие люди. Там были прекрасные варианты в духе “Все, что ни делается — к лучшему”. Ок, я написал: “Не страшно ошибаться — страшно быть унылым говном”. На другом конце стола заволновались: “Ой! Ой! Так нельзя, вы что, это же руководству будут показывать!” И я понял, как же душно. Понятно, что это мелочь, которая никак не влияет на работу. Но это мелочь, которая в том числе объясняет, почему в маленькой компании мне комфортнее, чем в корпорации.

Что из себя представляет редакция Sports.ru?

Мы уже давно не просто интернет-медиа, мы цифровое издательство. Поэтому Sports.ru делится на две одинаково важные части: это разработка, которая отвечает за технические фишки — целый ньюсрум классных, разных и постоянно увеличивающихся в числе программистов. И это редакция — чуть меньше 20 штатных редакторов и примерно 80 людей, которые работают с нами внештатно: новостники, модераторы, авторы и так далее. В Москве из этих ста человек базируется чуть больше десяти.

Юрий Дудь  Юрия Дудя

Со стороны возникает ощущение, что “Трибуна” — это 50% контента Sports.ru. Как дела обстоят на самом деле?

Смотря что считать “Трибуной” — блоги штатных авторов ведь тоже публикуются там. С точки зрения маркетинга это удобно: зачем Денису Романцову публиковать свои выдающиеся посты в другом месте, когда он может сделать это у себя в блоге? Тогда человек сможет подписаться на его блог и уже никогда не пропустит его следующий пост. Так что с точки зрения технической “Трибуна” — это 100% главной ленты, потому что у всех штатных авторов там блоги, куда пишутся тексты, которые они должны писать за зарплату.

А если сравнивать в главной ленте количество заказанных текстов и текстов, которые просто появляются у нас на “Трибуне”, то соотношение где-то 70 на 30. Если когда-нибудь будет 50 на 50, мы будем не против. Мы только за то, чтобы у нас появлялся классный материал и контент, созданный пользователями. Взамен мы готовы предоставлять людям площадку, внимание и славу, к которым стремится каждый из нас.

Насколько реально использовать “Трибуну” для скачка в штат sports.ru или просто в профессию?

Это реально. В последний раз это произошло буквально на днях. Один из наших блогеров занимался небольшим бизнесом в регионах и параллельно очень бодро писал про мини-футбол. Каким бы маленьким и кишащим своей мышиной вознёй спортом он ни был, этот человек рассказывал о футзале очень интересные истории. И вот недавно его официально назначили главным по маркетингу (а неофициально, как я понимаю, главным по всему, кроме тренировок и спорта) в мини-футбольном клубе “Сибиряк” из Новосибирска, это третья команда в стране сейчас.

Куча народа, ведущего блоги на sports.ru, получают работу в профессиональных спортивных клубах. Человек вёл тактический блог про футбольный клуб “Краснодар” — устроился в футбольный клуб “Краснодар”. Лучший SMM-специалист российского футбола прямо сейчас — Артём Петров из “Зенита”, он делает кучу классных вирусных кейсов, включая троллинг газеты Daily Mail, который дострелил до всех и не только в России. Он начинал свою карьеру с блога о причёсках футболистов на sports.ru.

У нас предельно простые отношения с людьми, которые хотят устроиться к нам на работу. Мы никогда не открываем файлы с прикрепленным резюме — как правило, такие письма сразу летят в корзину — так же, как и письма с пресс-релизами на мероприятия. Но когда человек необычно начинает разговор и просится в редакцию, мы объясняем простой механизм: мы никого не стажируем, мы не берём на практику, мы просто предлагаем человеку завести блог на “Трибуне”. И если блог будет заметным и интересным, он сможет подниматься: сперва посты будут выноситься в ленту, потом мы будем заказывать человеку тексты за деньги. Ну а потом степень его проникновения в профессию будет зависеть от его усердия и способностей.

К этому ответу мы всегда прикрепляем текст 4-летней давности “Трибуна” как “Удинезе” медиа”, где мы сравниваем “Трибуну” с футбольным клубом “Удинезе”, одним из самых успешных примеров того, как можно покупать неизвестных молодых игроков и позже расталкивать их за большие деньги по суперклубам. Прошло много лет, но “Трибуна” по-прежнему работает по такому принципу — и как “Удинезе”, и как “Аякс”, и как “Саутгемптон”.

Насколько важны комментарии для сайта sports.ru?

Комментарии — это отдельный продукт на sports.ru. Продукт не менее важный, чем сами тексты. Это настолько вошло в линейку человеческих развлечений, что я не понимаю, как самые разные новые медиа — и спортивные, и не очень — запускаются без такой функции. Я представляю, как тяжело пользователям без дискуссии, а авторам — без фидбэка — для этого, насколько я знаю, многие авторы спустя пару дней публикуют свои тексты в пабликах и где угодно ещё, чтобы иметь хоть какой-то отклик. Комментарии sports.ru — это отдельный продукт, который часто бывает более крутого и почти всегда более смешного уровня, чем сами посты. Всем, кто пишет комментарии, всем, кто делает это смешно, я кланяюсь и говорю респект. Пацаны, без вас не было бы нас.

Этично ли работать в спортивной журналистике и серьёзно болеть за какую-то команду?

На сайте sports.ru все редакторы болеют за какую-то команду. Кто-то более сдержанно, а кто-то — не пропустил ни одного матча своей команды в прошлом сезоне. Ни од-но-го матча! И это один из лучших спортивных авторов на русском языке прямо сейчас. Этого человека никогда нельзя было бы даже заподозрить в том, что он как-то неправильно относится к своей любимой команде — он всегда к ней строг и требователен. С точки зрения журналистики история, когда человек болеет и соответственно внимательно следит за одной командой, всегда была преимуществом. Потому что когда человек болеет за “Динамо” и работает журналистом, он будет точно знать, кто такой только что вышедший на замену 18-летний Дмитрий Терехов, и напишет три интересных абзаца про него. Или когда Александр Головин только появляется в сборной России, болельщик ЦСКА быстро поделится своей экспертизой, откуда он вообще взялся.

У тебя на аватаре на sports.ru стоит эмблема албанского клуба “Теута”. Что это значит?

Я забываю её поменять, да. В конце 2014 и начале 2015 друг за другом произошли два дивных договорняка. Один был во второй лиге Украины. Просто фантастический дог: защитники отдавали мяч сопернику 10 последних минут, чтобы они зашкварили один или два гола. Выглядело очень весело, но очень стыдно. Тогда я поставил на аватар эмблему того клуба.

А потом в начале года у нас в ленте появился пост “Единственный матч чемпионата Албании, который вы должны увидеть”. Это был самый кликабельный материал недели: ещё один роскошный договорняк, одним из участников которого был как раз клуб “Теута” — в знак благодарности за несколько прекрасных минут, которые я провел за просмотром их матча, я и сделал себе такой аватар. Думал, что поменяю, когда случится следующая дичь. По-хорошему, мне нужно было ставить либо портрет судьи Низовцева, либо эмблему “Торпедо” (Армавир) — они выдающимся образом встретились пару месяцев назад в Новосибирске и организовали самый стыдный матч этой весны.

Какой подраздел из раздела “Прочее” может переехать наверх?

Могу сказать, какой уже переехал — фигурное катание. Часто спорят, какой спорт является самым популярным на Руси. Понятно, что самый — это футбол. А тройка, идущая за ним: хоккей, биатлон и фигурное катание. Мне сложно понять, в каком порядке они идут. Но фигурное катание — это космос по цифрам, когда идут чемпионаты мира и Европы. Для меня удивительно, что столько людей любят этот спорт. Спорт, культивирующий детский труд, мужские истерики и какую-то запредельного уровня необъективность. Но он действительно популярен. Я это связываю в том числе с тем, как круто на нашем телевидении зашли различные ледовые шоу.

Юрий Дудь  Юрия Дудя

Три вещи в работе sports.ru, которыми ты гордишься за те 5 лет, что работаешь главным редактором?

Именно собой я, разумеется, не горжусь. Я горжусь тем, что делала команда сайта. Первое — за эти 5 лет на сайте не появилось ни одного заказного материала. Были ошибки и стыдные вещи, когда мы что-то проглядели. Но ситуации, когда нам занесли чемодан денег, открыли его и мы встали на четвереньки — такого не было. Если мы кого-то называли говном, то только потому что мы так думали. Если кого-то называли конфетой, то только потому что он или выглядел как конфета, или действительно этой конфетой был.

Второе — мы постоянно стараемся меняться. Нас за многое ругают: цифровые заголовки, телочки, маленькие посты, фотографий больше, чем текста, бла-бла-бла. Но если взять всё, за что нас ругают, и чуть подождать, получится примерно следующее: мы первыми приходили на русский рынок с этими форматами, а потом они постепенно появляются у всех остальных. Когда появлялись — мы понимали, что нужно снова или придумывать, или подсматривать что-то новое.

У нас есть мем, который мы используем для собственной мотивации: “Нельзя превращаться в “Спорт-Экспресс”. В чём идея: “СЭ” 25 лет назад был прорывным медиа, которое как будто открыло форточку и пустило свежий воздух в совершенно казённую, тупорылую и не настроенную на читателя советскую журналистику. Но то ли устав от собственный популярности, то ли просто не желая меняться, они превратились в то, во что превратились. И чтобы нам самим не стать “Спорт-Экспрессом”, нужно постоянно что-то придумывать. И я рад, что парни (и гораздо реже — я) придумывают.

Третье — несмотря на обилие простых, стремительных форматов у нас по-прежнему очень много чтива, которое или тяжело, или невозможно найти в других местах. Романцов, Свиридов, Воронин, Прокофьев, Суворов и другие парни пишут на русском языке о спорте так, как мало кто еще.

Переходя к футболу. Ты хвалишь “Краснодар”.

Я не хвалю “Краснодар”. И не скрываю, что специально слежу за тем, чтобы не хвалить его. Во-первых, чтобы не разочароваться. Во-вторых, потому что это прям совсем мейнстрим. А нет ничего хуже, чем быть банальным. Поэтому мы стараемся хвалить “Краснодар” только в тех случаях, когда молчать уже нельзя. В том, что они делают что-то правильно, нет никакой новости. Мы хвалим их, когда они переплёвывают сами себя.

А что тебя больше всего радует в русском футболе?

Мне нравится, что у нас строятся стадионы. Даже у ЦСКА, пусть он и не будет принимать чемпионат мира, пусть это и стадион эконом-класса. Наконец-то у поколения людей, привыкших смотреть кино в тепле и комфорте, а не в зассанных кинотеатрах, появится возможность так же удобно смотреть футбол.

Меня радует, что очень медленно, но регулярно к важным менеджерским должностям приходит не кто-то из армии колхозных старперов и плутов, а довольно прогрессивные молодые ребята. Может, футбола это касается чуть меньше, чем других видов спорта, но всё равно потихоньку это происходит.

Скоро стартует Евро-2016. Насколько Слуцкому нужна сборная? И не отразится ли это на его дальнейшей тренерской карьере?

Если он останется и в ЦСКА, и в сборной, это плохо скажется на нём как на человеке. В плане здоровья и всего остального. Но я не думаю, что это произойдёт, мне кажется, этого не допустит Евгений Гинер. А с точки зрения того, что он ещё два года может сидеть на пенсионерской работе: в формате тренерской карьеры два года — это не так много. И сейчас, я думаю, пересидеть два года, особенно если у него на этой работе получается, совсем не сложно и не страшно. А если за эти два года у него ещё получится и английский язык подтянуть до хорошего уровня, то в 2018 году он может выйти на рынок тренером ещё более крутым и ещё более готовым к международным свершениям, чем сейчас.

Тебе нравится, как выглядит канал “Матч ТВ”?

Многие вещи нравятся безумно. Мне нравится, как выглядит студия программы “Все на матч” — в том числе когда она трансформируется под тематические программы. Мне очень нравится, как выглядят хоккейные трансляции. Ну, если речь, конечно, не идёт о трансляциях из Ледового дворца ЦСКА. Когда я смотрю матчи из Петербурга, то возникает ощущение, что это почти НХЛ. Мне нравится слушать хоккейных экспертов: Гимаев, Хаванов, Казанский, Федоров очень круты. Я это, кстати, говорю даже с учетом того, что Александр Хаванов очень часто любит бросать говнишком в сторону Sports.ru — мне легко это не заметить, учитывая, как интересно он рассказывает мне про хоккей из телевизора. Мне нравится программа “Точка”, которую делает Антон Альхимович и в прошлом шеф-редактор “Удара Головой” Евгений Стаценко — там прям отличная документальная журналистика, без Мутко, ГТО и прочей белиберды.

Вообще у канала “Матч ТВ” есть большое количество удач. Но, как мне кажется, есть некоторые проблемы с тем, чтобы об этих удачах громко рассказывать. Понятно, что у всех есть косяки. Но у “Матч ТВ” косяки сразу становятся заметными, а удачи — нет. Вот ты смотрел фильм про Конора Макгрегора, который делал “Матч ТВ”?

Нет.

Ты, наверное, о нём даже не слышал. А это тот Конор Макгрегор, который ещё не получил пизды от Диаса, подпустил русский канал к себе на целых два дня. Два дня “Матч ТВ” провел вместе с ним. Его снимали у него дома, в магазинах, в ресторанах, катались с ним на “Ламборгини”. Он был открыт для всего. И, сука, это было так круто с точки зрения эксклюзива, что моя прямая кишка просто зудела от того, что это интервью делаю не я.

Это огромная удача канала, но лично я об этом узнал совершенно случайно спустя неделю после выхода фильма, просто наткнувшись на него в RuTube. Хотя мне кажется, из этого надо было делать большое событие — так, чтобы любой человек, хоть чуть-чуть интересующийся единоборствами, знал об этом заранее.

Такие удачи есть, о них надо рассказывать. Я надеюсь, что с какими-то изменениями в пиар-дирекции “Матч ТВ” это будет происходить.

Насколько много импровизации в программе “КультТура”?

Ну смотри, шоу “КультТура” делится на два сезона. Первый — когда Шнуров был постоянно с нами. И второй — когда у него начались гастроли, изменения в группе и когда мы поменяли формат, постоянно приглашая футбольного гостя. У нас есть сценарий, мы понимаем, какие аттракционы будем делать с гостем. Какие-то мы обговариваем заранее: условно говоря мы подходим к Нику Ломбертсу, рассказываем, что будет в программе. И аттракциона “Спой кусочек гимна России” — что довольно удивительно для игрока сборной Бельгии — изначально не было. Но когда мы общались, мы спросили, правда ли он знает гимн (а он в каком-то интервью это рассказывал), и он вместо ответа начал его петь. Не знаю, считать это импровизацией или нет, но это неподготовленная история.

Как проходят съёмки «КультТуры»

Чем удивил Шнур за время совместной работы?

Я продолжаю думать, что Шнур — второй по популярности мужчина в России после Путина. Мне всегда казалось, что у людей, которые становятся такими звездами, немного едет крыша. Просто от миллионов людей, которые их знают, которые хотят прикоснуться, пообщаться и сфотографироваться. Оказываясь в таком положении, люди или закрываются, или становятся не очень приятными.

Но Шнур совсем не такой — он мужик, которому много что интересно, у него ни капли высокомерия. Думаю, именно из-за того, что он так ведет себя по отношению к жизни и людям, у него и есть этот оглушительный успех. Успех у него, как мне кажется, основан на умении зафиксировать самый актуальный, самый смешной, самый резонансный народный архетип. А фиксировать их и не быть при этом вместе с народом невозможно.

Ну и он суперпопулярный — мне было это просто интересно наблюдать вблизи. Например, когда мы снимали сюжет с Евгением Башкировым, где он играл на Невском под гитару Radiohead, Arctic Monkeys и прочий брит-поп. Он не был в курсе, что приедет Шнур. Была цель — показать, сколько футболист с гитарой заработает сам и сколько со Шнуром. И через 15 минут (ему за это время бросили в кофру рублей 15) появился Шнур. Они сыграли вместе две песни, и за это время туда набросали пару тысяч рублей, пару билетов на метро и чего-то еще. Люди оккупировали площадку, чики из близлежащих кафе выбегали в платьях, чтобы сфоткаться, хотя был ноябрь. И когда я провожал Шнура до машины, я впервые видел, что идет человек, а за ним, как хвост шаровой молнии, люди, люди, люди.

Ты — топовый интервьюер российского спорта. При этом недавно у тебя был диалог с одним из читателей в твиттере, где ты говорил, что каждое свое интервью считаешь плохим.

Не совсем. Я говорил, что каждым своим интервью недоволен.

Почему? Что нужно, чтобы интервью было удачным?

Для этого нужно быть мертвым. Я так научен: чтобы добиться совершенства в своем ремесле, надо всегда быть недовольным тем, что ты делаешь прямо сейчас. И поэтому во всех интервью, даже в тех, которые резонировали на три тысячи разорванных пуканов, я всегда вижу моменты, которые я недокрутил. Где я что-то не спросил. Где я неправильно передал интонацию. Где я не подсократил общий объем. Поэтому я недоволен всегда.

Помнишь самое тяжелое интервью? Которые бы шло тяжело, вязко, неприятно?

Есть интервью, которое я закончил то ли на девятой, то ли на одиннадцатой минуте. 2007 год, дня за четыре до великого матча Россия — Англия в Лужниках, когда мы их бахнули со счетом 2:1. Я работал в журнале “PROСпорт” и пришел к Роману Павлюченко для того, чтобы сделать историю на обложку (на ней были Аршавин и Павлюченко). Мы приехали в гостиницу, где остановилась сборная. А Павлюченко в тот самый день проспал ужин (кажется, неправильно завел будильник), получил по голове от Хиддинка и был не в духе. И он с первого вопроса что-то бурчал, как будто посылая сигнал: “Отъебись. Отъебись. Отъебись”.

Я парень простой и думаю так. Сколько бы у человека ни было денег, какой бы статус он ни занимал, в каком бы кругу он ни вращался, он должен не забывать одну штуку: все люди равны. И все люди должны уважать друг друга. Это не значит, что со всеми надо брататься и всем улыбаться, но уважать надо всех. Я подумал, что это крайне неуважительное отношение ко мне, и сказал: “Рома, заканчиваем”.

Сейчас я работаю в интернете и тут все проще: если интервью не удалось / не удается, то я вправе его закончить. Потому что если оно не выйдет на сайте, это не очень хорошо, но не катастрофа. На сайте нет такой шутки, как заполнение места, но там был журнал. К счастью, удалось выкрутиться, рассказав о Павлюченко-2007 с помощью фичера, а не интервью.

Было интервью во время которого было несколько страшно — в физическом смысле. Страшно, что может прилететь. Это интервью с Александром Емельяненко за пару месяцев до того, как он попал в тюрьму. Я тогда к тому же уселся не очень удобно: сел с ним на маты, и если бы меня начали бить, я не успел бы вскочить и воспользоваться единственным своим талантом в единоборствах — умением быстро убегать.

Если помечтать, у кого бы хотел взять интервью?

У Владимира Путина.

О чем бы спросил?

Зависит от того, на каких условиях это интервью было бы организовано. Но помимо самых важных тем — про политику и весь наш нынешний звездец — я бы отдельный кусок интервью посвятил дзюдо. Это, конечно, очень быдло-подход, но меня во многих политиках всегда бесило то, что они нескладные такие. Если выйти с ними разбираться один на один, то, даже не будучи Чаком Норрисом, многим из них можно надавать по шее за все их грехи. Путину вряд ли можно надавать по шее. Потому что быть чемпионом Ленинграда по дзюдо — это очень хороший уровень. У меня был период в жизни, когда я уже взрослым начал заниматься дзюдо. И даже за эти скромные 15-20 занятий я очень проникся этим видом спорта. Это реально очень крутая борьба! Начиная тем, во что она превращает мужское тело, и заканчивая философией, духом и всем остальным.

Так что я бы с удовольствием поговорил с Путиным в том числе о дзюдо. В числе прочего этого могло объяснить, почему в управлении страной сейчас так много людей, которые были с ним в секции дзюдо.

Юрий Дудь хвалит Полину Гагарину и диссит Александра Мостового

У тебя образ человека, который скептически относится к тому, что происходит с футболом в государстве. А что тебя радует в России? У тебя, например, самый патриотичный инстаграм из всех, что я видел.

Ого, кто-то знает про мой инстаграм? Сейчас он называется просто “Пиздатое про Россию”, раньше — “Россия, какой она должна быть”. Я специально его завел, хотя мне очень не нравится выкладывать фото про себя — а именно в таких фотках и есть смысл инстаграма. Просто в какой-то момент количество плохих новостей из российской жизни стало реально выносить мне мозг. Это слишком часто отвлекало от каких-то созидательных вещей. Поэтому я решил создать крохотную резервацию, где можно собирать большие и маленькие истории про то, где Россия классная, где ею можно гордиться. Гордиться не в смысле “А-а-а, разнесли в Сирии игильных пидорасов!”. А в каких-то более легких, приятных и однозначных вещах.

Что мне нравится в России сейчас? Это, скорее, гипотеза, но предпринимательства в России становится больше. Куча людей дает другим понять, что даже если ты родился в Сызрани, но хочешь крутиться, это может тебе позволить преуспеть. Что если ты будешь активным и трудолюбивым, это может привести тебя к лучшей жизни. Судя по тому, как люди открывают кафе, парикмахерские и даже мебельные мастерские, какая-то часть народа понимает: бизнес — это классно. Я считаю, что залог здорового общества — это активное предпринимательство. Человек, который пробовал свой бизнес, регистрировал свой ИП или свое ООО, писал письма в налоговую весной, относится и к жизни, и к окружающим иначе, чем те, кто всю жизнь были наемными сотрудниками.

Еще локальный пример: мне нравится, что происходит с Москвой. Она становится похожа на европейский город чуть быстрее, чем она делала это раньше. Ради этого я готов потерпеть даже перекопанную Тверскую.

Хотя и не покидает ощущения, что все это — мелочи. Что плохого всего равно нескончаемо много, что его гораздо больше, чем хорошего. Но поскольку моей чуть ли не главной мечтой остается прожить счастливую жизнь именно в России, а не где-нибудь еще, приходится терпеть, фокусироваться на хорошем и по мере возможного бороться с плохим.

Вспоминая о том, что мы музыкальный сайт. Какую музыку слушаешь ты сам?

Я слушаю рок-н-ролл в широком смысле этого слова. Так вышло, что основной музыкой моей юности стал панк-рок. И потом от него стали ответвляться интересы к пограничным стилям. Я в этом смысле довольно отсталый человек. Если все начинали своё музыкальной образование с ансамблей вроде Rolling Stones или AC/DC, то в мою жизнь эти группы приходят только сейчас. О том, что у Роберта Планта есть выдающиеся композиции, я узнаю только сейчас. О том, что мне нравится группа Kiss, я тоже узнаю только сейчас. Но отложенное удовольствие — тоже удовольствие.

Мне очень стыдно, что только после смерти Горшка я понял, что группа “Король и Шут” — великая. Когда они были на пике популярности, мне казалось, что это попса. Группа, которая делает панк-рок популярным, буэ, это же отстой. Так я думал раньше. Сейчас я думаю: балбес, что был всего на паре концертов “КиШа”.

Хотя есть и плюсы. Я вот завидую людям, которые еще не читали “Войну и мир”. Я прочитал её в школе и очень расстроился, когда книга закончилась. Потому что роман замечательный — длинный и клёвый. И я не смогу ещё раз пережить те же эмоции, как тогда, когда читал его в первый раз. А с музыкой мне такое чувство еще испытывать и испытывать.

Группа всей моей жизни — это Тараканы, одна из немногих русских рок-групп европейского уровня. Во-первых, они, в отличие от всех русскороковых поэтов, понимают: рок-н-ролл — это в первую очередь не про слова, а про музыку. Во-вторых, они постоянно меняются. Я хожу на них с 2002 года — с презентации альбома “Страх и ненависть” в СДК МАИ. Но сейчас, в 2016-м, в зале по-прежнему сотни тех же людей, которые были раньше. Обычно как происходит? Тебе нравится какая-то музыка в 15-17 лет, потом ты взрослеешь и понимаешь: дальше ансамбль “Элизиум” слушать невозможно. Потому что они одинаковые, потому что они не развиваются, потому что не могут сказать тебе что-то новое — ну и вообще это несколько примитивно. “Тараканам” удаётся достойно взрослеть и разговаривать с публикой на актуальные темы даже спустя годы.

Юрий Дудь  Юрия Дудя

Следишь ли ты за тем, что сейчас происходит в российском музыкальном мире?

Да, слежу. Никогда не стеснялся быть меломаном. Моя вторая половина, когда видит, что я слушаю в YouTube или в “контосе”, закрывает лицо ладонью. Ну да, я балдею от Sia. Я чуть-чуть расстраиваюсь, что если поеду в этом году на Sziget, то не на те дни, когда там будет Rihanna. И да, я совершенно не стесняюсь того, что мне нравится пара треков Полины Гагариной. Ну а под запись концерта Тины Кароль вообще могу пустить слезу — в этом я тоже честно признаюсь.

Российский хип-хоп любишь?

Конечно, нет. Есть несколько вещей которые вызывают у меня уважение, есть то, что я вообще не понимаю. Например, я очень рад за L’One и его успех. Потому что на фоне той хип-хоп волны, что захватила Россию, он кажется самым драйвовым. Мне тяжело воспринимать музыку, под которую нельзя прыгать и плясать. Я считаю, что если ты приходишь на концерт, должен двигаться. Как можно двигаться под артиста Гуфа, я не представляю. Гуф вообще непонятная для меня история. То есть понятно — очень красивый мальчик, который с каждый годом становится всё менее красивым из-за того, что много дует. Но если послушать тексты, это же пиздец. Чистое акынство! Человек выезжает на своей лошади в степь мегаполиса и поёт о том, что видит вокруг: “Салатики, чай, пуэр, официант, столик, туалет, акция -20% на дневное меню”.

Я безумно уважаю Василия Вакуленко. За его путь успеху, за то, как он ведёт себя в жизни. Я от души радовался за него, когда он собрал “Олимпийский”. Но когда я смотрел запись этого концерта, у меня не было слов. Это так не драйвово. Люди просто пришли послушать, как приятный русский парень декламирует им стихи. И всё, что они могли делать, это снимать происходящее на телефон. Как?! Как на это можно можно потратить вечер жизни?

Именно поэтому я радуюсь за L’One, под которого здорово прыгается. Именно поэтому я радуюсь за Макса Коржа, под которого прыгается еще лучше. Есть какие-то претензии к его стихам, понятно, что это во многом школьный возраст, но блин, как же это драйвово. Он выходит на сцену — и с первого трека шесть тысяч человек, затолкавшихся в Stadium Live, рвут танцпол и рубахи.

Просто в моём представлении рок-н-ролл — а туда я включаю и большинство рэп-артистов — это когда людям хочется под тебя шевелиться. Именно поэтому я не могу слушать Земфиру. Я бесконечно ее уважаю, я кланяюсь ей в ноги за то, что она два дня подряд собирает по 30 тысяч человек в “Олимпийском”. Но лично для меня это не рок-музыкант. Это поэтесса, которая под некий шум делится своими мыслями с аудиторией. Это здорово, классно, но я лучше поставлю ее старые заводные песни, чем буду слушать такое.

Вопрос, который мы задаём уже полгода: слушал ли ты альбомы Оксимирона и Скриптонита?

Только Оксимирона, у меня у него даже любимый трек есть — “Привет со дна”. Все остальное я слушаю с интересом, но без особенного удовольствия. Хотя понятно, что Оксимирон — это просто топ-уровень. У нас много людей, которые считают себя рэперами (так же много, как и людей, которые считают себя журналистами или футболистами), но очень мало тех, кого действительно стоит считать рэперами.

И когда я увидел флоу Оксимирона в “Версусе”, когда я увидел как он может ранжировать интонацию, понижать и повышать голос, я просто охуел! Вот это читка так читка! Не знаю, как и чем после того баттла жил его соперник — Джонибой, но я бы на его месте или завершил рэп-карьеру, или надолго ее прервал. Потому что это были просто разные планеты! Как матч “Тоттенхэма” и рижского “Сконто”.

В октябре тебе исполняется 30 лет. Чего бы ты хотел добиться к 40-летию?

Есть несколько бытовых вещей. Я очень хочу отгулять Sziget целиком — не на пару дней, а на всю неделю — чтобы застать и рок-хедлайнеров, и рэйв.

Я хочу съездить на Coachella и сравнить, что круче: европейские фесты или он.

Я хочу съездить на Камчатку и попробовать местный фрирайд — когда вертолет сбрасывает тебя на сопку и ты по пухляку съезжаешь к океану и в буквальном смысле смачиваешь свою доску в воде.

Но это бытовое. Глобальное — мне бы хотелось продолжить въебывать в том же режиме, хорошо зарабатывать и через лет 5-7 иметь возможность въебывать чуточку меньше. Мотив простой — к тому моменту мои дети будут уже подростками, и мне хотелось бы больше бывать с ними, быть их корешом, а не просто каким-то зудящим и приходящим поздно вечером папашей.

Когда Михалок только начинал перезапускать “Ляпис Трубецкой” — году, кажется, в 2008-м — я ходил на их концерт в клуб “Точка”. И я увидел рядом с собой довольно редкую для России картину. Девочка 16-18 лет была со своими родителями, которым чуть больше 45. И они жгли. Родители пришли не просто выгулять ребенка, они пришли жечь и плясать — и под “Евпаторию”, и под “Капитал”, и под всё остальное. С тех пор я несу в себе это как некое задание на жизнь: когда мои дети будут тинейджерами, я хочу быть современным, молодым, хорошо выглядеть и тусить с ними. Если сейчас мы летаем на Ибицу вдвоем, то через 15 лет я хотел бы делать это вчетвером. И не просто греть кости на солнце, а ходить во все те же “спейсы”, “амнезии” и “ибица-роксы” и все так же плясать под драм, дансхолл и даже хаус. Так, чтобы мои дети не стеснялись меня, а я — не стеснялся их. В нашей стране так не принято. Но если в жизни и должен быть какой-то смысл, то у меня он сейчас — именно такой.

«Мы получаем деньги, которых не стоим». Как закончить карьеру в 25 лет и стать нормальным человеком

Харитонский восстанавлился целый год и больше никогда не играл за «Шинник». Послонявшись по разным регионам и лигам («СКА-Энергия», «Сатурн-2» и нижегородская «Волга»), он закончил карьеру в возрасте 25 лет.

Юрий Дудь разыскал Харитонского в Ярославле и узнал, что ни после больших травм, ни после большого футбола жизнь не заканчивается.

Девчонки моют

Юрий Дудь  Юрия Дудя

– Чем вы сейчас занимаетесь?

– Я заместитель генерального директора завода, который выпускает теплоизоляцию. Большая интересная работа. С директором этого завода мы давно дружим. Лет 10 назад пересеклись в тренажерном зале: он качался, а я еще играл в «Шиннике» и поддерживал там форму – я вообще замороченный на питании, на ОФП.

Когда я стал заканчивать с футболом, понял, что во вторую лигу идти не хочу. А еще я очень люблю свою жену и дочку – уезжать от них в очередной раз никуда не хотелось. Друг предложил работу в Ярославле – я согласился.

Завод большой, девять гектар. Теплоизоляция – стекловата, которой утепляют стены. У нас четыре завода по всей стране, мы отвечаем за ярославский. На мне – привлечение инвесторов, реализация, арендаторы.

Еще сейчас занимаюсь автомойкой. Это я уже на свои деньги открыл. Мне очень нравится. Всегда хотелось открыть что-то, связанное с машинами, но не автосервис. В Ярославле у нас в этом смысле уровень слабый, я вижу, куда можно расти. Посмотрел, как делают в Москве и Питере – и вперед.

– Тест на продвинутость: точка для самостоятельной мойки у вас есть?

– Нет. Зато у меня сейчас фишка – девчонки моют. Из-за этого очень многие клиенты ездят именно к ним. Во-первых, они аккуратно моют. Красивые? Красивые. Но нет-нет, без всего такого – они просто моют.

– На моей мойке, куда заезжает моя машина, работают только молдаване. У вас?

– Все – русские. Причем смешно: у всех семи человек, которые работают у нас, имена начинаются на «А»: Алина, Андрей, Алексей и так далее.

– Вы уже вышли в плюс?

Перелом

Юрий Дудь  Юрия Дудя

– Первый матч в чемпионате России, вам 20 лет. Как вы узнали, что попали в состав?

– В день игры, после завтрака. Подошел второй тренер и объявил, что я в основе. Мысли? «Круто. Классно. Охота играть». Приезжаем в «Лужники», сердце – дын-дын-дын. Было больше эйфории, чем страха – команда в том году у нас была сильная, бояться было нечего.

Под трибуной мы слегка задержались. Спартачи – иностранцы их – уже матом нам орали, что мы испугались. Штанюк – он же в Англии играл – послал их тоже. Нерв оголился уже под трибуной – на поле все вышли злыми.

– Что вы успели сделать за эти 13 минут? Коснулись мяча хотя бы пару раз?

– Успел потрогать, конечно. Что-то прострелил даже – вроде опасно.

Потом на бровке принимаю мяч. Вижу, что Погатец на меня катится. Пересматривал видео и понимаю, что сейчас я бы ногу убрал. Но тогда я был совсем неопытным и не ожидал, что есть такие отмороженные футболисты, которые могут прыгнуть в опорную. Ну и еще синтетика сыграла свою роль.

– Это какую?

– На ней нога стоит жестко. На натуральном поле мы, вполне возможно, проехали бы чуть назад – травма, может, и была бы, но не такая серьезная. А тут я ногу как гвоздями приколотил к покрытию. Он в нее врезался и, понятное дело, сломал.

– О чем вы думали в карете «Скорой помощи»?

– Мы ее, кстати, ждали минут 40. А думал: «Блин, хотелось доиграть!». Думал, что полежу чуть-чуть и вернусь. Только в больнице понял, что это надолго. Восстанавливаться пришлось целый год. Со мной, кстати, и в больнице, и потом постоянно был доктор «Шинника» Роженков – нянчился как с сыном, огромное ему спасибо.

В палате Пироговской больницы, куда меня привезли из «Лужников», было человек пять – тоже с переломами. Они, когда узнали, что я футболист, очень обрадовались. На следующий день повторяли матч – смотрели всей палатой.

– После этого вам приходилось встречаться с Погатецом?

– Он приезжал в Ярославль – где-то через месяц после нашего стыка. Его же там серьезно наказали – запретили играть полгода, причем неважно в каком чемпионате. Он приехал прямо ко мне домой. Подошел, протянул руку: «Man, sorry». Я руку пожал.

Вместе с ним было два русских агента – не помню, как их зовут. Они разговаривали с моим отцом. Хотели, чтобы я написал ходатайство и таким образом дисквалификации Погатеца можно было бы избежать. Предлагали деньги – копейки какие-то.

– Копейки – это сколько?

– Три-четыре тысячи долларов, я точно не помню. Но грубо говоря речь шла о том, чтобы откупиться.

– А если бы предложили не 4, а 50 тысяч?

– Я сразу сказал: если оплатите нормальное восстановление – вопросов нет.

– Эээ. Вы не считаете, что это было довольно стремно с вашей стороны?

– Сейчас – считаю. Или не бери денег вообще, или бери то, что предлагают. Но на тот момент: молодой, обидно, да и много всего вокруг мне в уши говорили. Сейчас – уже со своей головой на плечах – я по-другому поступил бы.

Хотя в то же время понимаю: это, конечно, был умышленный фол.

– Самое тяжелое, что ждало вас на восстановлении?

– Связки тянули потом очень долго. Бьешь по мячу, особенно в касание, – и тынь, отдает по ноге, как будто нерв. Дурацкое чувство, прошло не сразу.

И в ноге у меня, кстати, пластина металлическая. В Германии я был в клинике Хельмута Хоффманна – врача «Баварии». При мне в больницу привозили военных из горячих точек – например, подорвавшихся на снарядах. Их собирали по частям: если привозили чуть ли не кусками, через месяц они уже ходили с палочкой.

«Это беда»

Юрий Дудь  Юрия Дудя

– Ваш дебютный матч за «Шинник» – не в премьер-лиге, а вообще – случился в Кубке Интертото-2004. Расскажите нашей молодой публике, что это за турнир.

– Турнир, откуда можно было попасть в Кубок УЕФА. Но когда мы попали на «Лейрию», перед домашним матчем было сказано: играем дублем. У дубля тогда тренером был Бушманов – очень грамотный специалист; в смысле схем, наверное, лучший из тех, с которыми мне приходилось работать. Мы четко знали, кто и за что отвечает – без беготни, без суеты. Он на тренировках по полю двигал нас прямо с мячом. Объяснял вообще все – после этого мы плясали от себя, вообще не подстраивались под соперников. Что было здорово, многие футболисты, с которыми Бушманов играл в «Спартаке», приезжали к нам восстанавливаться после травм или просто тренировались с нами. Когда такие люди были вокруг, мы и росли, и думать учились.

А «Лейрии» я забил гол – в первом же своем матче. Пошла подача на линию штрафной. На меня вышел вратарь, я через него перекинул и с лету дал по воротам. Нормальный гол. Правда, я потом еще два не забил. У нас в первом тайме удалили игрока – молодежь же, рассыпались и 1:4 проиграли. После матча вроде и радость была, а вроде и досада.

Кстати, еще Бушманов никогда на нас голос не повышал.

– Тренером, при котором вы сыграли первый и последний матч в чемпионате России, был Олег Долматов – хороший, но очень тихий мужик.

– Он никогда не повышал голос. Когда он был чем-то недоволен, в тот момент, когда другой тренер кричал бы матом, он говорил: «Это беда». Тихо и быстро: «Это беда. Это беда». Он угрюмый, но как тренер классный. Все тренировки – через мяч, через игру. По принципу: меньше бега – больше мысли.

– Самый необычный партнер в вашей карьере?

– Сережа Виноградов. В «Волге» он был единственным, кто жил на стадионе. Прямо под трибуной. Там была комнатка для переодевания, стояли бутсы, маленький телевизор. Все по квартирам, а он – там. Причем спокойно, вообще без напряга.

– Экономил?

– Да вроде клуб оплачивал квартиры. «Мне нравится, я без претензий», – говорил он. Видимо, не хотел никуда ездить и заморачиваться. Тренировались мы прямо на стадионе, поэтому до рабочего места ему было 20 секунд ходьбы. Но когда нас закрывали на базе, я всегда подтрунивал: «Может, выберешься из норы-то? Воздухом подышать».

10 тысяч евро

Юрий Дудь  Юрия Дудя

– Вспомните свой последний день работы футболистом?

– Легко. Банкет футбольного клуба «Волга» по окончании сезона-2009. База у команды за городом – в Дзержинске. Там устроили очень хороший банкет, губернатор Шанцев спел песню – восемь куплетов без музыки. Пел про Волгу, кажется. Причем пел очень хорошо – я даже не ожидал.

Когда мы там праздновали, я еще не думал, что больше за «Волгу» не сыграю. Но в межсезонье поменялось все руководство – много людей ушло, но у меня контракт действовал. Так получилось, что до марта я был нужен, а после – уже нет. Я не стал уходить, остался в дубле. Доиграл до конца года, вернулся в Ярославль. Потом поехал на просмотр в «Балтику». Там должны были назначить нового генерального директора – Вострикова, который до этого был в «Волге» и позвал оттуда 10 человек, в том числе и меня. Но перед подписанием он сказал: «Ребят, меня тоже двигают».

Я вернулся в Ярославль и плавненько начал заканчиваться.

Правда, совсем недавно чуть не возобновил – меня еще в Грецию звали.

– Как в Грецию? Вы два года не играли.

– Тот самый господин Востриков хотел взять клуб в Греции – во втором дивизионе в городе Серрес. И снова пригласил меня и еще трех игроков. У меня было официальное предложение – даже виза шенгенская в паспорте стоит. Предложение возникло неожиданно – снова на два месяца засел в зал, на беговые дорожки. Но все в итоге снова сошло на «нет».

Кстати, этот Востриков – яркая личность. У него двойное имя – Константин-Сергей. Я впервые в жизни такое видел, но как так получилось, спросить у него так и не решился.

– Вы в «Волге» сыграли всего 5 матчей. Почему?

– Я пришел в сентябре, контракт – два с половиной года. Тренер Дышеков сказал мне: «Эти полгода вливаешься в состав. На следующий год берем в основу». Через полгода его поменял Побегалов. А у нас с ним еще с Ярославля некоторые разногласия.

Вообще наш футбол устроен так, что нет никакой стабильности. С одним тренером ты играешь, с другим – нет. Вот Долматов в меня верил. Получил травму – в клубе говорят: «Восстанавливайся. Тренируйся. Верим». Но тут приходит Юран. Не зная меня вообще и даже не просматривая, сразу говорит: «Мне не нужен».

Или когда я был в «СКА-Энергии». Пришел в апреле, команда была набрана. Меня звал Фельдман, гендиректор клуба, а тренер местный меня в составе не видел. Но когда я все-таки начал выходить, пришел тренер Корешков со своей бригадой игроков. Конвейер.

– Почему так происходит?

– Деньги и результат. Ему нужен результат – он работает со своими футболистами. Кто такой я, чтобы по поводу меня заморачиваться?

– Анатолия Бышовца обвиняли в том, что игроки «Локомотива» отстегивают ему с зарплаты за попадание в состав. Такие штуки действительно есть в русском футболе?

– Хех, конечно. Как об этом узнают? Все по-разному. Через опытных футболистов, например. Они рассказывали, сколько и кому дают.

– И сколько?

– 20-30 процентов от зарплаты. Когда я играл в «Сатурне-2», слышал, что в «Сатурне» молодежном процент был даже больше – 50.

– Когда пришлось делиться вам?

– Так у меня не было агента. А он в этом нужен как фирма-прокладка. У меня его не было, я сам всегда звонил тренерам и себя предлагал.

– Ну а в Калининград и Грецию вместе с табуном игроков вы собирались идти разве не по той же схеме?

– Так меня туда не звали – я сам просился. В «Волге» я познакомился с Востриковым. После того как меня выкинули оттуда, а он пошел в «Балтику», я сам ему позвонил и предложил себя.

– Самая большая зарплата, которую вы получали футболистом?

– 10 тысяч евро в месяц. В «Волге».

– Сейчас вы имеете свое дело и платите зарплату штату сотрудников. Расскажите: вы находите нормальным, когда клуб, который играет во втором по силе дивизионе и собирает на трибунах по 3 тысячи человек, кладет далеко не самому ведущему игроку оклад в 400 000 рублей?

– Не нахожу, конечно. И я всегда понимал: мы получаем деньги, которых не стоим. Но этот рынок уже сложился – я не могу это поменять, я могу от этого плясать. Мы не отбиваем эти деньги, мы, по сути, просто расходуем бюджет. А вот они (показывая на трансляцию матча «Ливерпуля») – получают по делу. Потому что это бизнес. Настоящий, серьезный и очень продуманный.

– Что вам больше всего не нравится в русском футболе?

– То, что он похож на русский шоу-бизнес. Многие люди считают себя звездами, хотя на самом деле ими не являются. Посмотрите, кому наши клубы проигрывают в еврокубках. Или посмотрите, как играют в Кубке России. Больше половины клубов премьер-лиги вылетели в первом же раунде. Кто-то скажет, что это из-за того, что несерьезно отнеслись. Но я думаю, что дело не в этом.

У меня друзья играют в «Тюмени» – они выбили «Зенит». Я смотрел и понимал, что люди играют на равных. Хотя если сложить все их зарплаты и прибавить еще и тех, кто сидит на трибунах, получится все равно меньше, чем у одного игрока «Зенита». Конечно, я не беру таких, как Халк – это мировая звезда. Я про средний класс футболистов премьер-лиги. Уровень их зарплат и распиаренности не соответствует тому уровню, который у них реально есть.

Рулить

Юрий Дудь  Юрия Дудя

– Ваша жена Яна Карушкина – звезда ярославского телевидения. Как вы с ней познакомились?

– Тоже тренажерный зал. Увидел красивую девушку – я по жизни скромный, но тогда что-то щелкнуло и пошел знакомиться. О том, что она работает на телевидении, узнал позже. Она тогда еще вела только утренние новости. Помню, заводил будильник на 6 утра, чтобы посмотреть. Полюбоваться.

Женились мы 07.07.07. Мне было все равно когда, а Яна попросила именно об этой дате. Так вышло, что наш брак стал тысячным в Ярославле с начала года. Шампанское от мэра, которое нам по этому случаю подарили, до сих пор у нас где-то стоит.

– Как она отреагировала, когда вы завершили футбольную карьеру?

– «Наконец-то»! Она знала, что я не бездельник и не смогу всю оставшуюся жизнь лежать на диване. Мы уезжаем из дома в восемь утра – отвожу маленькую в садик, жену – на работу. Вечером забираю их. Между этим – работаю.

– Вам это нравится больше футбола?

– Я себя чувствую спокойнее. Я с семьей, и мне это нравится. От чего я устал, так это от нестабильности. Зависеть от переменных составляющих – это не то, чего я хочу. Я хочу рулить, а не чтобы рулили мною.

Сейчас партнер предлагает запустить небольшую сеть магазинов пирожных. Надеюсь, в этом году откроемся. Плюс хочу открыть еще одну мойку в торговом центре – у вас в Москве это обычная история, а у нас их нет. Если у меня будет завод, мойки и магазинчики, я буду чувствовать себя совсем нормально. А если у тебя межсезонье и ты не знаешь, где окажешься, когда оно закончится – в Хабаровске или Раменском… Ну его на фиг.

– Я правильно понимаю: ваша карьера не сложилась из-за перелома, с которым вас увезли из «Лужников»?

– Нет, я же от него полностью восстановился. Она не сложилась из-за того, что во всей специфике российского футбола мне некому было помочь. Я уже сказал, что агента у меня никогда не было, а самому удалось пробиться только на уровень тех команд, которые у меня были. Не повезло, но так бывает.

– Ну и по-честному: вы же страдаете от того, что закончить карьеру вам пришлось в 25 лет?

– Нет, конечно. Понятно, что настоящая жизнь начинается после футбола. В футболе ты на всем готовом, а тут выходишь и открываешь глаза: «Что я могу?». Зато футбол – это очень полезно. В нем ты учишься одной из главных вещей – бороться за свое место под солнцем. Интриги, сплетни, заговоры – и постоянная борьба.

Юрий Дудь — новый ведущий программы УДАР ГОЛОВОЙ

Юрий Дудь  Юрия Дудя

Юрий Дудь  Юрия ДудяЮрий Дудь

Многие уже слышали новость о том, что Никита Белоголовцев покинул программу «Удар головой» в конце прошлого года. Почему Никита теперь не участвует в качестве ведущего этого футбольного ток-шоу я не знаю, не слышал. Зато я ежедневно посещаю свой любимый интернет-сайт sports.ru/football.

Сегодня именно на этом портале я и узнал, что новым ведущим передачи «Удар головой» будет главный редактор портала SPORTS.RU Юрий Дудь.

Кстати, он уже принимал участие в одном из выпусков «УГ». Насколько мне не изменяет память, Юрий Дудь в том выпуске троллил экстрасенса, а также пошутил про свою фамилию. После шутки я запомнил слово «ганджубасс» из уст Андрея Червиченко. Типа «дудь ганджубасс».

Завтра на «России 2» в 12.15 и 20.55 я так понял будет первый выпуск «УГ» в этом году с новым ведущим. Несмотря на то, что проект критикуют я его смотрю всегда. Мне интересно.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *