Кея Комуро — полная биография

Кея Комуро — полная биография

ИОАННИКИЙ II

Линдиос († 1659 или нач. 1660, о-в Кея, Киклады?), патриарх К-польский (занимал престол четырежды: 16 нояб. 1646 — 27 окт. 1648, нач. июня 1651 — июнь 1652, июль 1653 — 17 марта 1654, март 1655 — июль 1656). Род., вероятно, на Родосе, там же получил образование и в молодости принял монашество. В апр. 1624 г. К-польским патриархом Кириллом I Лукарисом возведен в сан митрополита Ганоса (сообщества мон-рей в М. Азии); с 1636 г. митрополит Ираклии Фракийской. В 1-й раз возведен на К-польский престол в 1646 г., после отречения патриарха Парфения II. Его избрание поддержал патриарх Иоанникий Александрийский (1645-1657), друг И., а также господарь Молдавии Василие Лупу, обладавший большим влиянием в К-польской Церкви. Периоды Патриаршества И. пришлись на время политического кризиса в Османской империи, когда малоспособные к управлению султаны Ибрахим I (1640-1648) и Мехмед IV (1648-1687) стремились передать ведение дел своим великим везирям, часто меняя их и др. высших чиновников. Быстрые перемены в среде высших чинов отражались в т. ч. и на патриархах К-польской Церкви, пребывание к-рых на престоле полностью зависело от воли султанов и их советников. Смена патриархов была выгодна османским властям, т. к. каждый вступавший на престол патриарх должен был выплатить Высокой Порте крупный денежный взнос (до 20 тыс. пиастров).

В 1-й период Патриаршества И. занимался текущими делами Церкви, судебными тяжбами, совершал хиротонии архиереев на место умерших или отрекшихся от кафедр; к.-л. важных решений принято не было. 30 дек. 1647 г. было издано распоряжение Синода о наказании архиереев, без ведома патриарха приезжающих в К-поль и там живущих. В окт. 1648 г. по инициативе того же Василие Лупу И. был низложен и на престол возвращен Парфений II. И. удалился на Св. Гору Афон. В 1651 г., после того как патриарх Парфений был казнен османскими властями по обвинению в измене, И. вернулся на престол по приглашению Синода и клира. В авг. 1651 г. под его председательством Синод присоединил митрополии Мир Ликийских, Сиды и Атталии (ныне Анталья) к митрополии Писидии, резиденция митрополита была перенесена в Атталию; были приняты также др. меры по реорганизации епархий. Подобные решения отражали общую тенденцию в К-польской Церкви к сокращению числа епархий в областях, где греч. правосл. общины приходили в упадок. В это же время мон-рь свт. Николая Диамантара на о-ве Хиос был преобразован в ставропигиальный. 7 июля 1651 г. был утвержден общежительный устав для жен. мон-ря св. бессребреников Космы и Дамиана в Афинах. Через год после возведения на престол И. был сменен патриархом Кириллом III, после которого К-польской Церковью короткое время управляли патриархи Афанасий III Пателларий и Паисий I.

Третий период Патриаршества И. продолжался чуть более полугода: он возвратился на престол, несмотря на старость, после низложения патриарха Паисия. В нач. 1654 г. И. был арестован османскими властями и посажен в тюрьму, поскольку оказался не в состоянии уплатить крупные долги К-польской Патриархии Высокой Порте. После 3-недельного заключения И. был освобожден, но был вынужден покинуть престол, к-рый вновь был передан патриарху Кириллу III и вскоре — Паисию I.

До 1655 г. И. жил на о-ве Хиос в имении патриарха Паисия. В марте 1655 г., после 2-го низложения патриарха Паисия, И. в 4-й раз был возведен на Патриарший престол. В последний период Патриаршества он продолжил реорганизацию епархий. В 1655 г. к митрополии Писидии присоединена кафедра Тианы, образована митрополия Деркоса (пригород К-поля во Фракии) и в нее включены кафедры Терапии и Бююкдере; к Афинской митрополии были присоединены епархии Таландиона и Давлии; объединены митрополии Неврокопа (ныне Гоце-Делчев, Болгария) и Зихны (ныне Палья-Зихни, Сев. Греция). В апр. 1655 г. митр. Неофит Критский передал К-польской Патриархии 7 мон-рей и 5 деревень на Крите. Передача, возможно, была связана с напряженной ситуацией на острове, недавно завоеванном османами в ходе продолжительной венециано-тур. войны (1645-1669), с желанием Высокой Порты укрепить контроль над греч. общинами Крита. В 1655-1656 гг. И. принимал иером. Арсения (Суханова), посещавшего К-поль и Св. Гору Афон по поручению Московского патриарха Никона для приобретения греч. рукописей и досок для икон. В 1656 г. И. отправил в дар рус. царю Алексею Михайловичу главу мч. Агафоника и частицу главы вмч. Феодора Стратилата. После того как в июле 1656 г. И. отрекся от престола, он до конца жизни управлял епархией островов Кея и Термия.

Jamiroquai

Кея Комуро - полная биография

Биография

Джамирокуай — (англ. Jamiroquai) — британская группа, одни из наиболее ярких представителей фанка и эйсид-джаза 90-х. За свою карьеру группа, которую возглавляет вокалист и автор песен Джей Кей (англ. Jay Kay, урожденный Jason Kay; род. 30 декабря 1969 г, Стредфорд, Англия), выпустила 6 альбомов, проданных тиражом более 35 миллионов копий, получила множество музыкальных наград, включая «Грэмми» и 4 награды MTV, а их альбом Travelling Without Moving попал в Книгу рекордов Гиннеса как самый продаваемый альбом в стиле фанк. В настоящее время музыка Jamiroquai изменилась в сторону диско и фанк-рока.

История
Карьера Jamiroquai начинается в 1992 году, когда вокалист Джей Кей выпустил свой первый сингл «When You Gonna Learn?» на независимом лейбле «Acid Jazz». Песня стала популярной в клубах Великобритании, и Кей подписал контракт с фирмой «Sony» на 8 альбомов. Для записи первого альбома Джей Кей собрал группу, в которую вошли Тоби Смит (клавишные), Стюарт Зендер (бас-гитара), Ник Ван Гельдер (барабаны), DJ D-Zire (ди-джей) и Уоллис Бьюкенен (диджериду).

Альбом «Emergency On Planet Earth» вышел 14 июня 1993 г. Благодаря успеху синглов «Too Young To Die» и «Blow Your Mind», альбом занял верхнюю строчку британских чартов, после чего группа отправилось в своё первое мировое турне. Несмотря на успех альбома и концертного тура, музыкальная пресса скептически отнеслась к музыке Jamiroquai, обвиняя их в копировании джаз-фанка 70-х, а Джея Кея — в подражании Стиви Уандеру, что не помешало «Emergency On Planet Earth» получить статус платинового диска.

Второй альбом группы «The Return Of The Space Cowboy» вышел в 1994 г., продемонстрировав высокий уровень музыкального мастерства группы и доказав, что Jamiroquai — это не группа-однодневка. Первый сингл «Space Cowboy» содержал явные намеки на употребление марихуаны, что был лишь началом кампании Джейсона Кея за легализацию лёгких наркотиков. Это привело к тому, что песню и видеоклип запретили в США, в связи с чем Кею пришлось перезаписать вокал специально для американского сингла, убрав некоторые недвусмысленные фразы.

Однако настоящий успех пришёл к группе в 1996 г. после выхода третьего, самого коммерчески успешного альбома «Travelling Without Moving», проданного тиражом более 7 миллионов копий. Во многом этим группа обязана первому синглу «Virtual Insanity» который вышел в августе 1996 года и занял 3 место в Великобритании. Видеоклип на эту песню, который снял режиссер Джонатан Глэйзер, произвёл настоящий фурор во всём мире. Именно он ознаменовал прорыв Jamiroquai из клубной эйсид-джазовой сцены в мир большого шоу-бизнеса. За этот клип группа получила в 1997 году четыре награды MTV, включая лучший клип года. Песни «Cosmic Girl» и «Alright» из этого альбома также стали международными хитами. В 1998 г. Jamiroquai удостоились награды «Грэмми» в номинации лучшая песня за «Virtual Insanity».

В 1998 г. Jamiroquai записали песню «Deeper Underground» для фильма «Годзилла». Песня продемонстрировала способность музыкантов работать в более тяжелом стиле и стала единственным на сегодня синглом Jamiroquai, который занял первое место в Великобритании.

Четвёртый альбом «Synkronized» вышел в 1999 году. Большая часть песен альбома была в традиционным для группы стиле, но были и эксперименты, такие как близкий к техно трек «Supersonic» и совсем необычная для Jamiroquai баллада «King For A Day». Первый сингл «Canned Heat» занял 4 место и попал в саундреки к фильмам «Авансцена» (2000) и «Взрывной Наполеон» (2004). По популярности «Synkronized» не достиг уровня предыдущего альбома, но всё же объёмы продаж были весьма впечатляющими — 4 миллиона копий. В этом же году Jamiroquai выступили на легендарном Вудстоке.

Альбом «A Funk Odyssey», вышедший в 2001 г., отличался от предыдущих более электронным звучанием, что продемонстрировал первый сингл «Little L». В 2002 г. группа выпустила свой первый концертный DVD «Live In Verona».

В 2003 году вышел релиз Late Night Tales записанный лейблом Azuli в котором собраны любимые песни Джея.

Материал для шестого альбома был написан и записан в Италии, Испании, Шотландии, США, на Коста-Рике и в собственной студии Джейсона Кея в Букингемпшире. Получившийся в результате альбом «Dynamite» вышел 20 июня 2005 г. Последний на сегодня альбом Jamiroquai, «Dynamite» отличается стилистическим разнообразием и сочетает в себе элементы диско, фанка, рока и смус-джаза.

6 ноября 2006 г. вышел сборник «High Times: Singles 1992-2006», который содержит 17 синглов из предыдущих 6 альбомов, а также два новых трека — «Runaway» и «Radio». Лимитированное издание сборника также включает альбом ремиксов. Параллельно был выпущен DVD-сборник клипов группы.

Название
Название «Jamiroquai» придумал солист группы Джей Кей, соединив слова «jam» (джем, спонтанная импровизация группы музыкантов) и «Iroquois» (ирокезы, название племени североамериканских индейцев). Пантеизм севеорамериканских индейцев стал источником вдохновения для Кея, и в буклете к первому альбому «Emergency On Planet Earth» он указывает на важность их культурного наследия и мировоззрения.

С культурой североамериканских индейцев связан также логотип Jamiroquai — «Buffalo man» («человек-бизон»). Это изображение, также придуманное Кеем, в различных вариациях сопровождает группу на обложках многих альбомов и синглов.

Состав
Джей Кей (англ. Jay Kay) — вокал
Деррик Маккензи (англ. Derrick McKenzie) — барабаны
Шола Акингбола (англ. Sola Akingbola) — перкуссия
Роб Харрис (англ. Rob Harris) — гитара
Мэтт Джонсон (англ. Matt Johnson) — клавишные
Пол Тёрнер (англ. Paul Turner) — бас-гитара

За годы существования группы состав постоянно менялся, в результате чего солист Джей Кей является сегодня единственным участником Jamiroquai, оставшимся с первоначального состава.

На первой записи Jamiroquai «When You Gonna Learn?» на бас-гитаре играл Эндрю Леви из Brand New Heavies. Затем в группу был принят Стюарт Зендер, который играл в группе до 1999 г. Во время записи альбома «Synkronized» он неожиданно объявил о своём уходе из группы по причине постоянных конфликтов с Джеем Кеем. На смену ему пришёл Ник Файф, который играл в группе до 2004. Для записи альбома «Dynamite» были пригашены сессионные бас-гитаристы, а для концертого тура к группе присоединился Пол Тёрнер.

Один из участников первоначального состава, главный соавтор песен и давний друг Джея Кея клавишник Тоби Смит ушёл из группы в 2002 г. В соавторстве со Смитом Джей Кей написал такие хиты, как «Too Young To Die», «Virtual Insanity», «Alright», «Deeper Underground» и «Little L». На смену ему пришёл Мэтт Джонсон.

Также в разные годы в группе играли: Уоллис Бьюкенен (диджериду), DJ D-Zire (ди-джей), Ник Ван Гельдер (барабаны), Саймон Кац (гитара), Саймон Картер (клавишные), Эдриан Ревелл (саксофон и флейта), Уинстон Роллинс (труба), а также множество приглашённых студийных музыкантов.

Дискография
Emergency on Planet Earth (1993)
The Return of the Space Cowboy (1994)
Travelling Without Moving (1996)
Synkronized (1999)
A Funk Odyssey (2001)
Live in Verona (2002)
Dynamite (2005)
High Times: Singles 1992-2006 (2006)

Кея Комуро — полная биография

Добавьте наш сайт в закладки, нажмите CTRL+D

0 1 Табак для самокруток купить табак сигаретный купить mlcigar.com. . Анкерный болт виды и размеры как крепить анкерный болт Метизы и Крепеж в Украине. . Тестостерона пропионат раствор купить farmaua.com.

Кея Комуро - полная биографияstranger Кея Комуро - полная биография30-04-2012, 16:53Просмотров: 21519

Кея Комуро - полная биография

Кея Комуро - полная биография

Агент Кей (Agent K, Kay, K) — персонаж фильма «Люди в черном 3» (Men in Black III), сотрудник сверхсекретной конторы по контролю за действиями пришельцев на нашей планете. Впервые появился в комиксах от Marvel и Aircel «Люди в черном» (The Men in Black), также появляется в фильмах «Люди в черном» (Men in Black), «Люди в черном 2» (Men in Black II), мультсериале «Люди в черном» (Men in Black: The Series), играх «Люди в черном 3» (Men in Black 3), «ЛВЧ. Кризис» (MIB: Alien Crisis)», «Люди в черном 2: Побег» (Men in Black II: Alien Escape), «Люди в черном. Авария» (Men in Black – The Series: Crashdown) и «Люди в черном. Игра» (Men in Black: The Game)
Роль исполняет актеры Томми Ли Джонс (современный Кей) и Джош Бролин (Кей в 1969 году)

Опытный и мудрый ветеран ЛВЧ, сверхсекретной конторы по контролю за действиями пришельцев на нашей планете. Пользуется доверием у уважением коллег и начальника Зеда. Завербовал в спецслужбу агента Джея, и тот потом не раз помогал напарнику в выполнении сложных заданий.

В фильме «»Люди в черном 3» (Men in Black III) вдруг выяснится, что щита, защищающего нашу планету от атаки из космоса, не существует и не было его никогда.
Окажется, что почти полвека назад коллега Джея агент Кей погиб на службе, и как раз он руководил проведением работ по создание этого щита.
Для спасения Земли агент Джей должен совершить рискованный и полный неизвестности прыжок в прошлое.
Его миссия – разрушить катастрофический планы опасного инопланетянина Бориса, нацелившегося уничтожить штаб ЛВЧ по контролю за инопланетными гостями. Лишь отважность, бесстрашие умение и действовать в любых условиях смогут помочь Джею исполнить свое задание.
Роль исполняет актеры Томми Ли Джонс (современный Кей) и Джош Бролин (Кей в 1969 году)

Кейт Хадсон

Кея Комуро - полная биография

Кея Комуро - полная биография

фотографии >>

Кея Комуро - полная биография

Кея Комуро - полная биография

Кея Комуро - полная биография

Кея Комуро - полная биография

биография

Кейт Хадсон

Родилась 19 апреля 1979 года в Лос-Анджелесе в семье певца Билла Хадсона и актрисы Голди Хоун.

Через полтора года после рождения Кейт родители разошлись. Воспитанием девочки занимались мать и её друг, актёр Курт Рассел. Позднее Кейт сказала, что Билл Хадсон относится к ней с равнодушием, и своим отцом она считает отчима, Курта Рассела.

В 1997 году Кейт окончила школу в городе Санта-Моника. Учёбе в Нью-Йоркском университете она предпочла актёрскую карьеру, что совершенно неудивительно, ведь уже в три года её портрет появился на обложке журнала «Vanity Fair», а в детстве она при любой возможности с удовольствием танцевала и пела.

В 1997 году Кейт Хадсон окончила драматическую школу «Crossroads» в Санта-Монике, а через год состоялся её дебют в большом кино — в фильме «Голубая пустыня» она сыграла старлетку.

Прорывом для Кейт Хадсон стала роль Пенни Лейн в фильме Кэмерона Кроу «Почти знаменит» (2000), которую актриса получила после того, как от неё отказалась Сара Полли, а режиссёр уже подумывал приостановить свой проект. Но Кейт убедила его доверить ей эту роль — и она принесла юной актрисе премию «Оскар» за лучшую роль второго плана.
Купаясь в лучах обрушившейся на нее славы, Кейт Хадсон продолжала сниматься — исполнила главную женскую роль в военной мелодраме «Четыре пера» (2002) и с успехом сыграла в комедии с Мэттью Макконехи «Как потерять парня за десять дней» (2003).

Фильм «Почти знаменит» не только подарил Кейт номинацию на «Оскар», но и свел её с будущим мужем Крисом Робинсоном, солистом рок-группы «Black Crowes». 7 января 2004 года Кейт родила сынишку Райдера Расселла Робинсона.

Нортон

( . ) Эдвард Нортон — шизофреник, фашист, самурай. Актер, не боящийся ступить за край ночи.

Автор: Сергей Тюленин

Статья: ЛЕГЕНДА О БЛЕДНОМ ЮНОШЕ

Нортон три месяца назад отпраздновал 32-летие — сыграв в юбилейном для себя, десятом фильме ‘Медвежатник’ в компании Роберта Де Ниро и Марлона Брандо. О да, это очень хорошая работа — отлично придуманная, первоклассно срежиссированная, броско снятая. Три самых великих актера трех поколений демонстрируют высокий класс игры. Все складно и ладно. Но в биографии Нортона ‘Медвежатник’ — один из первых ‘здоровых’ фильмов. Чистое мастерство, техника на грани фантастики. И никаких открыток с края бездны. А каких-то пять лет назад у Эдварда Джея была что ни роль — то с риском, если не для жизни, то для психического здоровья.

Жалобы

Нортон жалуется на тех драматургов и постановщиков, что заставляют своих героев пыхать сигаретой. Сам он никогда не курил, не курит и курить не собирается. Снимая ‘Шулеров’, обычно бескомпромиссный Джон Дал пошел на серьезную уступку стороннику ЗОЖ Нортону. В результате выписанный в сценарии карточный игрок Червь с кровью, пропитанной никотином, превратился в Червя некурящего. Зато согласие на роль Нортон дал немедленно, едва пролистав сценарий: ‘Жизнь — это тот же покер. Сплошной риск, которого никак не избежать’. Жалобами на режиссерский произвол Нортон лишь маскирует свою истинную манию — настоящее наваждение игрой. Он одержим страстью к перевоплощению с ранних лет. ‘Я могу точно обозначить момент, когда заболел актерством. В шесть лет я отправился смотреть спектакль ‘Если б я была принцессой’ — в нем играла моя нянька Бетси Тру. Я не мог оторвать глаз от сцены, волшебство театра сразило меня наповал!’.

Нортон патологически скромен. ‘Популярность разъедает тебя, и надо быть очень осторожным, чтобы не допустить этого!’ Он очень избирателен в выборе ролей и свято соблюдает условие ‘Большой сценарий, большой режиссер’, хотя это не помешало ему отказаться от ролей в таких во всех смыслах больших лентах, как ‘Спасая рядового Райана’ или ‘Тонкая красная линия’.

Но эта требовательность не распространяется на частную жизнь: Нортон, чей гонорар за роль в ‘Медвежатнике’ составил 6 с половиной миллионов, по-прежнему пользуется нью-йоркской подземкой и говорит, что его хватит удар, если когда-нибудь он не сможет спуститься в метро. Нортон старается прятать свою частную жизнь за семью железными дверьми. И мотивирует такую скрытность все той же, одной, но более чем пламенной страстью. ‘Я актер, — говорит он. — Каждый раз я стремлюсь убедить аудиторию в реальности моего персонажа. И каждая мелочь, которую зритель знает обо мне, создает препятствия и недоверие’. Оттого анамнез жизни Нортона будет достаточно кратким.

Анамнез жизни

Эдвард Джеймс Нортон-младший родился 18 августа 1969 года в Бостоне, штат Массачусетс, в более чем благополучной семье. Мать Робин преподавала английский язык, отец Эдвард Джеймс Нортон-старший — адвокат, в свое время работавший в администрации президента Картера. Особо славен дед Эдварда, выдающийся бостонский архитектор Джеймс Роуз, известный как ‘изобретатель супермаркета’, автор главных туристических центров Бостона и благодетель, занятый планировкой комфортного жилья для малообеспеченных людей. На театральных подмостках Нортон дебютировал в 8 лет. И здесь начинается отдельная история.

Анамнез болезни

Пять лет назад наш герой переступил порог нью-йоркского офиса компании ‘Paramount’. Он робко постучал в дверь Деборы Аквилы, главы отдела по кастингу актеров. И не произвел на влиятельную даму ни малейшего впечатления: высокий, худющий юнец, лицо в толпе, бледный хмырь с прозрачными водянистыми глазами. Притащил резюме, из которого следовало, что этот смахивающий на Дуремара умник — выпускник Йеля, историк по образованию, не один год провел в Азии, владеет японским языком не хуже Эраста Фандорина. В Осаке пахал консультантом на компанию своего деда Enterprise Foundation. Играть не прекращал ни на студенческой скамье, ни будучи облаченным в офисный костюм. Вернувшись в Нью-Йорк, стал выступать особенно много. Не на Бродвее, конечно, в маленьких полулюбительских труппах, — но однажды Нортона заметил старейший и величайший драматург ХХ века Эдвард Олби и после минутной пробы дал парню роль в пьесе ‘Фрагменты’. Все это госпожа Аквила узнала из резюме, но ни один из этих фактов не улучшил ее подавленного расположения духа. Она смотрела на бледного юношу без всякого сочувствия. Перед ее взглядом прошло уже более двух тысяч претендентов на одну проклятую роль — церковного служки Аарона Стэмплера в триллере ‘Первобытный страх’. А точнее — на две роли, потому как под личиной Стэмплера скрывались разные люди: без вины виноватый юнец, подозреваемый в зверском убийстве растлителя-архиепископа, и изобретательный хладнокровный убийца. 2000 кандидатов устраивали здесь перфомансы — и ни одного настоящего Стэмплера среди них не было. Было время, когда роль предназначалась Ди Каприо — он отказался. В числе претендентов фигурировал Мэтт Дэймон — у этого кишка оказалась тонка; румяный симпатяга выглядел чересчур нормальным. Одним словом, судьба проекта висела на волоске, исполнитель главной роли Ричард Гир рвал и метал, а на режиссера Грегори Хоблита было страшно смотреть. Но вот появился Нортон. Он без всякого напряжения притворился застенчивым провинциалом; он что-то бормотал с сильным аппалачским акцентом, заикался, переминаясь с ноги на ногу, жалобно смотрел на леди Аквилу, пока не стушевался окончательно. И вдруг в одну секунду заики не стало. Вместо него в кабинете оказался брызжущий слюной демон — с горящими черными глазами! Демон визжал и изрыгал проклятия. Любой — кроме разве что прожженной специалистки по кастингу Аквилы — принял бы Нортона за помешанного. Глядите, хо, он скачет как безумный, тарантул укусил его! Но Дебора Аквила, напротив, облегченно вздохнула (фильму быть!), хотя позже признавалась, что в какой-то момент ей стало страшно за собственную жизнь. И фильм был, и был он очень хорош и принес юному гению Эду ‘Золотой Глобус’ и номинацию на ‘Оскар’.

Задолго до окончания съемок ‘Первобытного страха’ Нортон познакомился с Милошем Форманом, Вуди Алленом и Энтони Мингеллой. С Мингеллой поработать не удалось — в повторной конкуренции с Мэттом Дэймоном победил второй; но не станете же вы спорить с тем, что унылому гомоэроту мистеру Рипли очень далеко до дьявольского создания Аарона Стэмплера? Зато в течение одного 1996 года у двух живых классиков Нортон сыграл по небольшой, но очень хорошей роли. В ‘Народе против Ларри Флинта’ ему досталась участь адвоката порнографа номер один. В мюзикле ‘Все говорят: я тебя люблю’ — влюбленного романтика либеральных убеждений. Этот мюзикл, честно говоря, один из самых нездоровых проектов великого Вуди; заставить драматических актеров петь своими (чаще дурными) голосами и танцевать — чем не деяние сумасшедшего? Но Нортону, похоже, это веселье пришлось по душе. Следствием съемок у Формана стал роман с экс-супругой покойного Курта Кобейна Кортни Лав. Последовавших вскоре ‘Шулеров’ можно счесть разминкой перед сражающими наповал ‘Американской историей Х’ Тони Кея и параноидальным ‘Бойцовским клубом’. ‘Американскую историю Х’, болезненную социальную драму о неофашисте-интеллектуале (привет ‘Фанатику’!), в которой Нортону пришлось раcстроиться, можно считать его первым режиссерским опытом. Режиссер-дебютант Тони Кей проявил при монтаже полную несостоятельность. Во всяком случае, именно так посчитал Нортон, обратившийся к руководству New Line Cinema с требованием отдать право окончательного монтажа ему. В стенах компании разыгрывались страшные скандалы. Кей ежедневно истерил, выливая ушаты грязи на всех — включая Нортона, который в глазах Кея представал избалованным капризным тупицей. Досталось на орехи и именитым предкам Эдварда — явно обчитавшийся Маркса Кей вопил о дурных генах, поминая нортоновского деда. ‘Люди предполагают — основывая свои предположения на очень ограниченной информации — что я вырос в чертовски обеспеченной и буржуазной среде’, — защищался Эдвард. Но брошенное Кеем определение ‘Нарцисс-засранец’ стало крылатым. И частенько использовалось режиссером ‘Бойцовского клуба’ Дэвидом Финчером для характеристики нортоновского героя. Во всяком случае, его яппи-ипостаси.

Данные объективного осмотра

В 2000-м Нортон наконец снял фильм в качестве режиссера. Вышла довольно пресная романтическая комедия ‘Сохраняя веру’, заметная благодаря странности персонажей — католического священника (сам Нортон) и раввина (Бен Стиллер), нарочито разнящихся даже по внешнему виду, но влюбленных в одну и ту же девушку. Стоит простить Нортону несовершенство дебюта, ведь к съемкам его подтолкнули самые благие намерения. Он хотел воскресить в своем фильме дух классического Голливуда, и не просто так. ‘Сохраняя веру’ посвящен Робин, матери Нортона, обожавшей романтические комедии и умершей в 1997-м от рака мозга.

Прогноз

Возможно, вся затея с составлением истории болезни — журналистская уловка, манок для читателей. А Нортон — не более ненормален, чем вы или я. Но наверняка ни вы, ни я не сможете произнести с такой пугающей убедительностью фразу вроде открывающей ‘Бойцовский клуб’: ‘Когда у вас бессонница, вы никогда по-настоящему не спите и никогда по-настоящему не бодрствуете. Я не спал уже четыре дня’. Драматическую комедию из жизни грабителей трех поколений ‘Медвежатник’ сам Нортон не воспринимает слишком серьезно. ‘В этот раз я снимался для постера!’ — говорит он. Но, безусловно, решающим для него доводом в пользу съемок было участие святого триумвирата американских звезд — Де Ниро и Брандо. Общение мэтров было взаимовыгодным: так, по наводке Нортона старик Марлон посмотрел серию ‘Симпсонов’, в которой Мардж пробовалась на роль в ‘Трамвае ‘Желание’. Брандо остался очень доволен. В 2002-м Нортон порадует нас ролью миллионера Нельсона Рокфеллера в биографии Фриды Кало. Но куда интереснее запланированный на тот же 2002-й ‘Красный дракон’, предыстория ‘Молчания ягнят’, где блеск нортоновских глаз будет соревноваться в яркости безумия со сверканием людоедских очей д-ра Лектера. Посему остерегусь предрекать Нортону полное душевное выздоровление. В его случае дай Бог нездоровья!

Винсент Ван Гог — краткая биография и описание картин

Кея Комуро - полная биография

  • Год рождения: 30 марта 1853 года
  • Дата смерти: 29 июля 1890
  • Страна: Голландия
  • Работы художника находятся:

Биография:

Винсент Ван Гог родился в голландском городе Гроот-Зундерте 30 марта 1853 года. Ван гог был первым ребенком в семье (не считая родившегося мертвым брата). Отца звали Теодор Ван Гог, мать — Карнелией. Семья была у них большая: 2 сына и три дочери. В роду Ван Гога все мужчины, так или иначе имели дело с картинами, либо служили церкви. Уже к 1869 году, даже не закончив школу, он стал работать в фирме, которая продавала картины. По правде говоря, у Ван Гога не получалось хорошо продавать картины, но зато он обладал безграничной любовью к живописи, а также ему хорошо давались языки. В 1873 году, в 20-летнем возрасте, он попал в Лондон, где провел 2 года, которые изменили всю его жизнь.

В Лондоне Ван Гог жил припеваючи. У него было весьма хорошее жалование, которого хватало на посещение различных картинных галерей и музеев. Он даже купил себе цилиндр, без которого просто нельзя было обойтись в Лондоне. Все шло к тому, что Ван Гог мог бы стать преуспевающим торговцем, но . как это часто бывает, на пути его карьеры стала любовь, да, именно любовь. Ван Гог до беспамятства влюбился в дочку своей квартирной хозяйки, но узнав что она уже обручена, очень замкнулся в себе, стал безразлично относится к своей работе. Когда он вернулся в Париж его уволили.

В 1877 году Ван Гог стал снова жить в Голландии, и все больше находил утешение в религии. После переезда в Амстердам он начал учиться на священника, но вскоре бросил учебу, так как обстановка на факультете его не устраивала.

В 1886 году в начале марта Ван Гог переезжает в Париж к совему брату Тео, и живет у него на квартире. Там он берет уроки живописи у Фернана Кормона, и знакомится с такими личностями как Писсаро, Гоген и многими другими художниками. Очень быстро он забывает весь мрак голландской жизни, и быстро завоевывает уважение как художник. Рисует четко, ярко в стиле импрессионизма и постимпрессионизма.

Винсент Ван Гог, проведя 3 месяца в евангелисткой школе, которая находилась в Брюсселе, стал проповедником. Он раздавал деньги и одежду, нуждающимся беднякам, хотя сам не был достаточно обеспеченным. Это вызвало подозрение у начальства церкви, и его деятельность была запрещена. Он не унывал, и находил утешение в рисовании.

К 27-ми годам, Ван Гог понял в чем его призвание в этой жизни, и решил что должен во что бы то ни стало стать художником. Хоть Ван Гог и брал уроки рисования, но его можно с уверенностью считать самоучкой, потому что он сам штудировал многие книги, самоучители, срисовывал картины известных художников. Сначалу он думал стать иллюстратором, но затем, когда брал уроки у своего родственника-художника — Антона Моуве, написал свои первые работы маслом.

Вроде бы жизнь стала налаживаться, но снова Ван Гога начали преследовать неудачи, причем любовные. Его кузина Кея Вос стала вдовой. Она ему очень нравилась, но он получил отказ, который долго переживал. К тому же из-за Кеи он поссорился очень серьезно со своим отцом. Эта размолвка была причиной переезда Винсента в Гаагу. Именно там он знакомится с Клазиной Марией Хоорник, которая была девушкой легкого поведения. С ней Ван Гог прожил почти год, причем неоднократно ему приходилось лечиться от венерологических заболеваний. Он хотел спасти эту бедную женщину, и даже думал жениться на ней. Но тут уже вмешалась его семья, и мысли о браке были попросту развеяны.

Вернувшись на родину к родителям, которые к тому времени уже переехали в Нёнен, его мастерство стало совершенствоваться. Он провел на родине 2 года. В 1885 Винсент поселился в Антверпене, где посещал занятия в Академии искусств. Затем, в 1886 году, Ван Гог снова возвращается в Париж, к своему брату Тео, который на протяжении всей жизни помогал ему, как морально так и финансово. Франция стала вторым домом для Ван Гога. Именно в ней он и прожил всю свою оставшуюся жизнь. Он не чувствовал себя тут чужим. Ван Гог много пил, и имел очень взрывной характер. Его можно было назвать человеком, с которым трудно иметь дело.

В 1888 он перебрался в Арль. Местные жители были не рады видеть его в своем городке, который находился на юге Франции. Не смотря на это Винсент нашел здесь друзей, и чувствовал себя вполне хорошо. Со временем ему пришла мысль создать здесь поселение для художников, чем он и поделился со своим другом Гогеном. Все шло хорошо, но между художниками произошла размолвка. Проведя 2 недели в психиатрической клинике он снова вернулся туда в 1889 году, так как его стали мучать галлюцинации.

В мае 1890 году он окончательно покинул приют для душевно больных и отправился в Париж к своему брату Тео и его жене, которая только родила мальчика, которого назвали Винсентом в честь его дяди. Жизнь стала налаживаться, и Ван Гог был даже счастлив, но его болезнь вернулась снова. 27 июля 1890 года Винсент Ван Гог скончался на руках своего брата Тео, который очень его любил. Спустя пол года умер и Тео. Братья похоронены на кладбище Овера рядом.

Алан Кей: из гитаристов в пророки

Откуда пошел персональный компьютер?

Кея Комуро - полная биография

Бытует каноническая, почти рождественская история о том, как двое юных энтузиастов собрали в гараже первый персональный компьютер, — ну надо же, сошлись два умных парня в папином гараже и собрали. Потом они создали компанию и по имени секретарши назвали свое детище Liza. Первый блин был не совсем удачен, зато второй, на этот раз нареченный по местному сорту яблок Macintosh, пришелся по вкусу: хотя он был недешев, завоевал Америку на многие годы. Однако через некоторое время появился еще один человек, который сумел упаковать основные Мас’овские идеи в IBM PC, назвал это Windows и “осчастливил” все человечество, не забыв и самого себя.

Известна фраза, что революция пожирает своих героев. Если говорить о компьютерной революции, то ее подлинные герои не оказались съеденными, но и не стали в массовом сознании первыми лицами. Вся история информационных технологий — это история поглощения гениев-изобретателей гениями-предпринимателями. В природе есть растения, есть животные-вегетарианцы и есть хищники, читатель сам может найти аналогии.

Отцы-основатели Apple не могли бы сделать свое изобретение — персональный компьютер — с чистого листа, не имея предшественников. Для его появления необходимы были два типа предпосылок: философские и технологические. Совершенно очевидно, что в первые десятилетия развитие компьютеров подчинялось задачам, наиболее актуальным для того времени, — задачам создания расчетных устройств и устройств для систем управления. Благодаря этому была создана технология, а наиболее важным для рождения ПК событием оказалось появление процессора Motorola 68000. Хотя на базе этого процессора велось множество разработок, но ПК сделали в Apple Computers — прежде всего потому, что была подготовлена философская база, которой и воспользовались молодые дарования. Сейчас о технологических предпосылках говорить пока не будем.

Великие предшественники

Среди людей, подготовивших философию персонального компьютера, можно назвать несколько замечательных личностей. Прежде всего это Ванневар Буш (Vannevar Bush), сформулировавший эту идею еще в 1945 г. на основе современных ему фотомеханических принципов. В шестидесятых годах у Буша появилось два преемника: Теодор Нельсон (Theodor Nelson) и Дуглас Энглебарт (Douglas Englebart). Первый развил теорию неиндексированного доступа к данным и стал изобретателем гипертекста. А второй прочитал знаменитую статью Буша As we may think в Atlantic Monthly еще во время службы в армии, где он был специалистом по радарам. В отличие от Нельсона Энглебарт увидел в этой статье нечто другое — возможное интерактивное начало. В своих воспоминаниях он пишет, что мысль о подключении электронной трубки к компьютеру для вывода текстов и изображений родилась у него мгновенно, а на то, чтобы нарисовать блок-схему будущего интерактивного компьютера, ушло менее получаса. Наибольшую известность Энглебарт получил как изобретатель компьютерной мыши. О нем и его работах следует поговорить отдельно.

В данном случае нашим героем является еще один удивительно интересный человек, который и стал наставником отцов-основателей Apple; его зовут Алан Кей (Alan Kay). Уже после появления Macintosh он перешел в Apple Computers, где проработал вплоть до 1996 г. Став совершенно историческим персонажем, Кей и по сию пору активно трудится в компании Walt Disney.

Однако возвратимся в 1979 г. — за несколько лет до появления компьютера Liza. Тогда Стив Джобс, Джефф Раскин и другие первооснователи Apple посетили исследовательскую группу, возглавляемую Аланом Кеем в Xerox PARC, где в ту пору Кей работал над проектом Dynabook, своего рода прототипом современного ноутбука, и одновременно над языком Smalltalk. Именно здесь они переняли философию Кея, его понимание функции компьютера и языков программирования. Собственно, от него они вынесли ведущую постановку задачи на будущее — создание персонального компьютера. Но прежде чем переходить к работам Кея, немного расскажем о нем самом и об уникальном месте под названием Xerox PARC.

Алан Кей и Xerox PARC

Алан Кей родился в начале сороковых годов. Его мать была профессиональной певицей, поэтому в воспитании доминировало гуманитарное начало и значительное место уделялось музыке. В 1961 г. за участие в протесте против введения процентной квоты для студентов-евреев он был исключен из колледжа, стал джазовым музыкантом и преподавателем музыки по классу гитары. Но другой талант, принесший ему гораздо большую известность, неожиданно обнаружился у Кея тогда, когда, поступив добровольно в армию, он прошел тест на способность к программированию, был высоко оценен и направлен в ВВС США для работы на компьютере IBM 1401. После службы в армии была учеба в университете штата Колорадо по специальности “математика и молекулярная биология” и в 1966 г. — переход в университет штата Юта, где произошло знакомство с работами Айвэна Сазерленда, одного из создателей виртуальной реальности. Кей начал программировать на языке Симула, и вот, сочетая идеи, идущие от программирования, со знанием биологии, он сформулировал принцип биологической аналогии. Он утверждал, что идеальный компьютер должен быть подобен живому организму, где каждая клетка индивидуальна, но вместе они могут образовывать единую систему, способную к перегруппировке и изменению структуры.

Осенью 1968 г. у Кея произошла еще одна знаменательная встреча, которая во многом повлияла на его будущее. Он познакомился с Сеймуром Пайпертом (Seymour Papert) и некоторое время проработал вместе с ним в лабораториях искусственного интеллекта в Массачусетском технологическом и Стэнфордском университетах. Пайперта называют отцом языка программирования Logo.

Наблюдая, как Пайперт работает с детьми, Кей сделал для себя весьма существенные выводы относительно форм и методов взаимодействия человека с компьютером. Пайперт и ставший его соратником Дуглас Энглебарт пытались либерализовать, очеловечить компьютер, превратить тяжеловесную индустриальную машину (в то время, кроме мэйнфреймов, ничего и не было) из “поезда”, движущегося по лимитированным компанией путям, в ”автомобиль”, обладающий свободой передвижения.

С таким багажом Кей в 1972 г. перешел в качестве руководителя группы перспективных исследований (Learning Research Group) в Xerox Palo Alto Research Center (PARC).

Xerox PARC — место совершенно уникальное. С одной стороны, вполне капиталистическое: практически добившись монополии на рынке копировальной техники, компания Xerox стремилась расширить свою деятельность. С другой — весьма нетривиальное по форме. Период конца шестидесятых — начала семидесятых для Америки был совершенно особым. Поколение бэби-бума своим буйным движением протеста изменило картину мира не только в Европе, но и в США — стране, совсем недавно абсолютно консервативной. Это эпоха левого студенческого движения, выступлений против войны во Вьетнаме, начала движения хиппи. Руководство Xerox проявило определенную прозорливость, воспользовавшись методикой, которую однажды удачно применила ARPA при создании глобальных компьютерных сетей, — но в новом исполнении. Идея почти тривиальна: финансировать университетских умников, дать свободу, но результаты их деятельности направить в нужное для себя русло. В данном случае Xerox вознамерилась дать прибежище тем, кто был не согласен с государственной политикой.

Известно, что тогда же стартовала мощнейшая правительственная научная программа. Напуганная успехами СССР в освоении космоса и фундаментальных научных исследованиях, американская администрация стремилась собрать коллективы ученых для решения важных задач, прокламируемых как стратегические и прикладные, а по сути военные. Пошли туда законопослушные граждане, коих, как известно, большинство. Результаты этой кампании — начиная с полетов “Аполлонов” и заканчивая программой “Звездных войн”, известны, и они действительно стали в значительной мере базисом современной американской индустрии. Но “левакам”, к которым принадлежал Алан Кей, это было не по душе. Они принадлежали к движению протеста, выражая его и в науке, и в музыке, и в литературе. На память приходят такие имена, как Боб Дилан, Джоан Байес, Джером Сэлинджер. Участникам этого движения нужна была альтернативная научная среда, вот ее-то и предоставила компания Xerox в виде Исследовательского центра. Xerox PARC осталась уникальной научной лабораторией, но, по многим оценкам, компания Xerox не сумела воспользоваться полученными там результатами в полной мере.

Кея Комуро - полная биография

Сверхзадача, поставленная перед Кеем, выглядела следующим образом. Тогда казалось, что близок финал бумажной технологии (заметим, что все же количество используемой сегодня бумаги не сильно сократилось). На смену ей должна была прийти другая — но какая? При том уровне аппаратных средств, какой был в начале семидесятых годов, можно было только строить гипотезы, хотя понятно, что в основе должен быть компьютер. Поэтому в Xerox PARC были созданы исследовательские группы, которым была предоставлена полная свобода использования существовавших в то время компьютеров. Ученые могли строить астрологические прогнозы или создавать системы обработки текстов для печатания антивоенных листовок. Совершенно естественно, что множество решаемых задач служило гуманитарным целям и заметно повлияло на информатизацию системы здравоохранения, но об этом в другой раз. Главное — создание супербумаги. Именно этим и занималась группа под руководством Алана Кея.

О работе этой группы и обстановке, ей сопутствовавшей, писал журнал Rolling Stones Magazine (обратите внимание на название!). Группе была посвящена статья “Фанатическая жизнь и символическая смерть среди компьютерных охламонов” (Fanatic Life and Symbolic Death among Computer Bums. Более точный перевод слова Bum можно найти в специализированных словарях ненормативной лексики). В ней, в частности, говорилось: “Это было сочетание безумного энтузиазма безответственных юнцов и головной боли администрации, и было великолепно”.

Как ни странно, атмосфера богемы способствовала удивительной работоспособности в творческой обстановке. Возможно, именно в таких условиях смогли зародиться предпосылки явления, получившего название “персональный компьютер”. Сегодня, когда сменилось несколько поколений ПК, рассуждения, занимавшие в ту пору лучшие умы, могут показаться наивными. Но именно из них выросли идеи графического пользовательского интерфейса и объектно-ориентированного программирования. Не только технический прогресс принес на индивидуальное рабочее место вычислительную мощность мэйнфрейма шестидесятых годов. Необходимо было решить ряд проблем отнюдь не технического свойства, в том числе проблему соотношения между сообщением и носителем информации. Первое, что удалось, — интерпретировать компьютер как супербумагу. Ныне тривиальная мысль о том, что компьютер, изначально предназначенный для вычислений, может стать медией, носителем информации, должна была быть озвучена. Работая над соотношением между семантикой сообщения и носителем, Кей писал: “Любое сообщение в том или ином смысле моделирует некоторую идею. Оно может быть представительным или абстрактным. Свойства носителя в значительной мере определяют то, как сообщение может быть увидено, изменено и вложено. Хотя компьютеры были изобретены для арифметических вычислений, их способность воспроизводить детали любой описательной модели позволяет сам компьютер рассматривать как носитель информации, он может совместить в себе свойства других носителей.

Исторически человечество развивается в двух направлениях. Первое — изобретение средств, усиливающих его возможности: колеса, телескопа, языка письменности, математики. Второе — подчинение этих процессов целевым установкам и управление деятельностью отдельного человека и коллективов (религии, культуры, государства, различные формы организации для совместного труда).

В конце пятидесятых годов ученые осознали, что компьютер является не только инструментом счета, но и носителем, который можно использовать для взаимодействия с человеком. Основная масса людей сегодня представляет себе компьютер в его внешних интерфейсных формах.

Большая часть известных методов интерфейсов, в том числе идея окна, вышли из Xerox PARC. Эти методы и подходы учитывают ограниченность человеческой психологии. Вероятно, за последние несколько тысяч лет наш интеллект сильно не вырос, но понятно, что соответствующий контекст усиливает логические возможности. Поэтому эффективность работы человеческой мысли в немалой степени зависит от качества предоставляемого интерфейса”. С результатами работы Алана Кея в Xerox PARC наиболее часто связывают два названия — Dynabook и SmallTalk.

Dynabook — прототип ноутбука

Если Буш для выражения своих взглядов построил гипотетическую машину memex, то Кей создал виртуальную машину Dynabook. Свою концепцию он изложил в статье Personal Dynamic Media (IEEE Computer, 1977, v. 3, № 10, p. 31). Совершенно новым было то, что Dynabook рассматривалась не как вычислительное устройство, а как медиасредство для пользователя-непрофессионала. Кей описал ее как портативное интерактивное устройство с плоскопанельным сенсорным экраном, беспроводной системой коммуникации и мультимедийными возможностями. Здесь предполагался принцип WYSIWYG (what you see is what you get), текстовые редакторы и система рисования.

Говорят, что Кей был очень увлекающимся человеком: он настолько увлекся Dynabook, что по важности приравнивал ее к изобретению Гутенберга.

Для этой машины будущего был спроектирован и смоделирован графический интерфейс Star GUI, включивший все знакомые нам сегодня элементы — окна, пиктограммы, меню и многое другое. Графический интерфейс Star стал прототипом интерфейса Macintosh.

Проект Dynabook так никогда и не был завершен, однако оправданность его существования была доказана воздействием, которое он оказал на будущее. Правда, была одна попытка реализации “в железе” — под именем Alto на базе миникомпьютера Nova, а затем Dorado.

Наиболее близкими практическими преемниками Dynabook стали Knowledge Navigator (Apple, 1987 г.) и Newton, разработанный бывшим сотрудником Apple Джоном Скалли (John Sculley).

Язык программирования Smalltalk

Самым значительным практическим результатом работы Алана Кея в Xerox PARC стало создание языка Smalltalk (название можно перевести как “непринужденная беседа”). Необходимость в его разработке возникла ввиду того, что существовавшие в то время языки программирования в основном были ориентированы на решение вычислительных задач. Они обладали необходимыми средствами для работы с символами, но были слишком профессиональными и не соответствовали проекту Dynabook. Поэтому был отдан высокий приоритет разработке нового языка. Некоторые его идеи были заимствованы у Пайперта, который строил язык Logo на основе работ французского психолога Жана Пиаже.

Изначально предполагалось, что Smalltalk как инструмент программирования Dynabook будет совсем простым, доступным для детей. Его первая версия была смоделирована несколькими тысячами операторов на Basic в октябре 1972 г., через четыре месяца появилась версия на языке ассемблера (Smalltalk-72), и позже, в 1974 г., когда ее установили на Alto, можно было начинать экспериментальную работу с детьми. До 1980 г. работы по Smalltalk-72, а затем и Smalltalk-74 носили исключительно локальный характер. Версию Smalltalk-80 решено было сделать публичной, для чего предполагалось выпустить несколько типов документов, от статей до книг (последовательно “Синяя”, “Оранжевая” и “Зеленая”). В этой работе значительную роль сыграл Дан Ингаллс (Dan Ingalls).

Чтобы язык можно было использовать на различных платформах, его реализовали в виде виртуальной машины (Virtual Machine, VM) и виртуального образа (Virtual Image, VI). VI представляет собой коллекцию классов, где закодирована функциональность Smalltalk, включая определение структур данных, методов работы с текстами и графикой, компиляторы, декомпиляторы, отладчики. Компилятор генерировал код на промежуточным языке, названном byte codes. VM обеспечивала интерпретацию байт-кодов на любой платформе. У современного читателя названия байт-код и виртуальная машина вызывают совершенно определенные ассоциации с Java.

Будущее Smalltalk и его связь с Java чрезвычайно интересны, но эти вопросы не входят в тематику статьи.

После Xerox PARC

С уходом из Xerox PARC заканчивается романтический период жизни Алана Кея. С 1984 по 1996 г. он имел статус свободного исследователя (Fellow) в Apple, затем перешел на должность вице-президента по исследованиям и разработкам в компанию Walt Disney. Сейчас он ведет подразделение Walt Disney Imagineering Lab., где разрабатываются самые новые аттракционы для парков Disney World.

Между прочим, с возрастом Алан Кей изменился не только внешне, теперь классическая музыка привлекает его больше, чем джаз.

Коричневый или коричный?

А.П. Василевич, доктор филологических наук, С.С. Мищенко

Мир вокруг нас полон красок. В процессе развития цивилизации люди научились не только различать цвета и называть их, но и придавать им разные символические значения. Интересны случаи, когда символизм цвета не совпадает у представителей разных культур, в чем проявляется их самобытность. Проиллюстрируем сказанное на примере коричневого цвета.

У древних египтян коричневый цвет символизировал жизнь, так как связывался с почвой. У современных европейцев он и сейчас ассоциируется с ощущением своих «корней», надежностью и здравым смыслом. Недаром коричневый вместе с желтым считают самыми безопасными цветами на дороге: согласно исследованию,проведенному Министерством транспорта Великобритании в 1971 г., белые и черные машины попадают в аварии чаще всего; следом идут красные, синие, серые, золотистые и серебристые; коричневые и желтые замыкают список.

Что касается нашей культуры, то в ней коричневый цвет традиционно олицетворяет бедность (символ, идущий от очевидных ассоциаций с неплодородной, глинистой почвой). Возможно, поэтому у нас «в почете» неброский цвет повседневной одежды. По многочисленным рассказам иностранных туристов, серо-коричневая гамма московской толпы — первое, что бросалось им в глаза.

1 Толковый словарь русского языка / Под ред. Д.Н. Ушакова. В 4-х тт. — М., 1935-1940.

Итак, в России коричневый цвет одежды всегда был весьма распространен, а ее обладатели получали своего рода метку бедняка и «плебса». Следы этой метки можно даже найти в художественной литературе (ср. упоминание старика в сюртуке оскорбительно-коричневого цвета у Герцена). Скажем более, вплоть до XX в. в русском языке сохранялся фразеологизм рвань коричневая (вариант дрянь коричневая), зафиксированный, например, в словаре Ушакова1.

В Европе в эпоху Возрождения одежда сезого и коричневого цвета обычно отражала с чувством смирения и самоотречения. Такая одежда была характерна для «подлого» народа. Не случайно именно коричневым одеяниям отдавали предпочтение христианские монашеские ордена. Однако со временем отношение к коричневому цвету изменилось: благодаря обилию носителей монашеских ряс и наличию у них определенного «ореола возвышенности» уже к XVIII столетию чистые оттенки коричневого стали скорее элитарными, а сами их названия (кармелитовый, кауциновый и т.д.) никак не связывались с одеждой простолюдинов. Уместно упомянуть коричневое бархатное платье, в которое одел Л. Толстой свою героиню Долли — образ для автора явно положительный.

У некоторых народов коричневый цвет имеет значение,близкое к черному, темному и, соответственно, сопутствует состоянию разочарования и депрессии. В арабо-мусульманской культуре, например, это был очень негативный цвет, потому что он ассоциировался с распадом, гниением и гибелью. Черный (темный) цвет в психологии считается символом отрицания и протеста. Недаром его выбирали крайние либералы — от пиратов до анархистов.

Коричневый цвет близок к черному по своей агрессивности. Не потому ли он стал «своим» для фашистов? Изначально коричневый цвет — это цвет униформы нацистов-штурмовиков. Заметим, что в современном русском языке название этого цветового признака используется для обозначения всего, что связано с фашизмом. В данном случае перед нами явление, свойственное и другим цветовым прилагательным (упомянем красный, белый, зеленый), когда новое значение возникает на основе метонимического переноса названия цветового признака на все, что связано с предметом, обладающим этим цветовым признаком. Интересно, что в самой Германии указанного метонимического перехода не произошло. Возможно, что у нас это произошло именно потому, что в нашей культуре, в отличие от немецкой, коричневый цвет исторически вызывал отрицательную реакцию.

Следует признать, что разные национально-культурные традиции диктуют разный подход к анализу психологического и, в частности, символического значения цвета. Роль того или иного цвета для данного этноса в определенной мере отражается и на эволюции названий оттенков этого цвета.

При исследовании названия цвета в десятках разных языков был выявлен ряд универсальных черт в развитии систем цветообозначения. Американские исследователи Б. Берлин и П. Кей показали, что современные языки на древних этапах своего развития включали всего два слова, отражающих все многообразие цвета: одним словом обозначались все темные цвета, другим — светлые. Это был первый этап, или первая стадия развития. Языки некоторых народов с примитивной культурой остаются на этой стадии и поныне. На второй стадии к двум понятиям присоединялось еще одно — «красный», то есть появлялось слово, обозначающее красный цвет. Первые же два термина закреплялись за понятиями «черный» и «белый».

На третьей стадии язык обретает слово, которое означает одновременно «синий» и «зеленый», и лишь со временем за ним закрепляется одно из этих двух значений, а для второго находится новое слово. С переходом от стадии к стадии на смену слов, обозначающих самый широкий цветовой спектр, приходят новые термины, которые выражают более тонкие оттенки цвета. Появляются слова, обозначающие оттенки синего, зеленого, желтого цвета и т.д. На последней, седьмой стадии набор основных цветонаименований становится полным (последними словами оказываются розовый, оранжевый, фиолетовый и серый). А предпоследняя ступень отведена слову коричневый.

В теории Берлина-Кея центральное место занимает понятие основного цветонаименования. Слово красный в русском языке принадлежит к группе основных, а малиновый и багровый — нет, синий — основное, а сапфировый и индиго — нет, коричневый — основное, а кофейный и гнедой — нет и т.д. Среди нескольких критериев, по которым определяются основные наименования, существенное место отводится двум следующим. Во-первых, слово не должно иметь явно просматриваемое предметное происхождение (поэтому не годятся малиновый, сапфировый или кофейный). Во-вторых, слово должно иметь самую широкую сочетаемость (например, гнедой не годится, поскольку фактически употребляется только в сочетании гнедая лошадь).

Несколько упрощая теорию Берлина-Кея, можно сказать, что выделенные ими 11 основных названий цвета появлялись в следующем порядке: 2 (белый, черный) + 4 (красный, синий, зеленый, желтый) + 1 (коричневый) + 4 (розовый, оранжевый, фиолетовый, серый). Если оставить в стороне исходные черный и белый цвета, то последующие красный, синий, зеленый и желтый, безусловно, являются важнейшими названиями цветового пространства (есть системы цветов, которые строятся как раз на этих четырех цветах или на трех из них). Четыре цвета последней ступени можно отнести к второстепенным по значимости. Коричневый же оказывается в промежуточном положении, ему не находится места ни водной из известных нам систем цветового пространства. В многочисленных атласах цветов коричневые оттенки «размазаны» по картам других цветов (красного, желтого, фиолетового). Этим определяется уникальность множества оттенков коричневого цвета и, соответственно, обозначающих их слов.

Описанный процесс формирования набора основных цветонаименований носит универсальный характер, он свойствен всем языкам в равной степени. Более того, некоторые основные цветонаименования в разных языках имеют общее индоевропейское происхождение и потому поразительно похожи (ср. ряды: для синего цвета — англ. blew, нем. blau, франц. bleu; для красного red — rot — rouge; для серого grey — grau — gris и т.д.). В балто-славянских языках также можно найти следы общеиндоевропейских корней.

Каждое новое слово-цветонаименование появляется в языке тогда, когда возникает потребность выразить тот или иной оттенок цвета. Почти всегда основным способом лексического выражения нового смысла выступает отсылка к цвету подходящего предмета (ср. зафиксированные в XVII в. слова цветом глинаст, цветом вишнёв и т.д.). Однако со временем какое-то из слов начинает использоваться гораздо чаще других и берет на себя функцию выражать целое множество оттенков данного цвета, становится основным (желтый, синий). Наиболее интересны для нас случаи, когда по мере развития языка одно основное цветонаименование уступает место другому. Так, красный в свое время вытеснил из русского языка слова рдяный и чермный (червчатый). Среди факторов, обусловливающих такое вытеснение, важна роль цвета в культурном самосознании сообщества носителей языка. В приведенном примере слово рдяный имеет общеиндоевропейский корень, сохранившийся во многих языках и поныне (ср. англ. red, нем. rot и т.д.). Однако сам красный цвет для русских настолько значим, что красный, означавший изначально «красивый» (Красная площадь, красна девица), к концу XVIII в., обрел нынешнее цветовое значение. Указанное происхождение в индоевропейских языках более не встречается.

Своеобразно развивалась в русском языке и лексика, связанная с обозначением оттенков коричневого цвета. На ранних стадиях своего развития русский язык располагал относительно небольшой группой слов: гнедой, карий, смаглый (смятый, смуглый), бурый и некоторые другие. Кроме слова бурый все они имели очень узкую сочетаемость: большая их часть использовалась для называния масти лошадей, а смаглый обозначало темноватую кожу человека. Оно возводится к общеиндоевропейскому корню со значением ‘жечь, дымить’ (ср. совр. англ. smoke, ‘дым’ и smog ‘смог, туман с дымом и копотью’.

Наиболее распространенным было слово бурый. С самого начала оно имело весьма широкую сферу употребительности, хотя в основном все же служило для называния масти животных. Слово использовалось в фольклоре, в художественных текстах. На протяжении многовековой истории русского языка слово выполняло ведущую роль, уступив ее впоследствии абстрактному цветообозначению коричневый. Возможно, в какой-то исторический период у прилагательного бурый появляется элемент эмоционально-экспрессивной оценки: чаще всего им обозначают смешанный, нечистый, темновато-грязноватый цвет, в общем-то некрасивый и «неправильный». При этом цвет может свидетельствовать о низком качестве данного предмета. Например, бурый квас — это мутный, невыстоявшийся квас, бурый кофе — плохо приготовленный кофе, бурые вагоны — вагоны, покрашенные плохой краской или потерявшие свой цвет и т.д. О неопределенности бурого цвета говорит известное ироничное сочетание серо-буро-малиновый, а также сочетания со словом какой-то. Ср.: «. ребенок, обвернутый в какое-то бурое тряпье» (Д.В. Григорович); «. пузырек с остатками какой-то бурой жидкости» (Д.Н. Мамин-Сибиряк) и т.п. Последние примеры иллюстрируют отмеченный выше «отрицательный заряд» слова.

2 3нaкoм * отмечены реконструированные словоформы праязыков.

Целесообразно выделить две этимологических линии, по которым шло развитие основного индоевропейского корня со значением ‘коричневый’. Во-первых, линия, восходящая к и.-е. *bher2 и содержащая слова для обозначения некоторых животных с характерным бурым мехом — медведя (др.-англ. bera; совр. нем. Вär и англ. bear). В славянских языках особенно активно реализовано лишь название бобра (русск. бобёр; болг. бобър и т.д.). Само же слово медведь и его славянские варианты (укр. ведмидь, чеш. medvedw т.п.) восходят к праславянскому *medvedb ‘поедатель меда’ и представляют собой табуистическую замену соответствующего индоевропейского корня. В этом проявляется особая роль, которая отводилась медведю в культуре славян. Из тех же табуистических соображений образ медведя в сказках рисовался как образ добродушного увальня. В сознании западноевропейских народов медведь всегда оставался таким, каким он и был на самом деле — грозным, страшным и агрессивным. Так или иначе бурый имеет несомненную этимологическую близость к упомянутому выше и.-е. *bher, давшему линию названий масти животных.

Во-вторых, этимологическая линия, восходящая к и.-е. *bher ‘быть ярким’ и общегерм. *brunaz ‘блестящий’. Ср., например, др. англ. brun, которое часто употребляется для характеристики техники обработки поверхности холодного оружия. На наш взгляд, именно вторая линия привела к нынешнему ряду слов, имеющих значение ‘коричневый, бурый’ в большинстве современных романо-германских и балто-славянских языков: нем. braun, ит. bruno, англ. brown, лит. и. brúnas, польск. brunatny и т.д.

Что касается русского языка, то нам представляется, что след данного общеевропейского корня виден в русском слове броня. По мнению М. Фасмера, это слово пришло из германских языков вместе с воинскими латами (др.-верхн.-н. brunja ‘панцирь, латы, броня’), которые привозились на Русь из Европы, пока Карл Великий своим указом не запретил их вывоз (VIII в.).

Какое-то время этот корень был полисемантичным и образовывал целое семейство слов: бронеть ‘светлеть; отливать серым или желтоватым цветом’ или — применительно к овсу — ‘спеть, созревать’; бронь (брунь) ‘спелый колос овса’ и т.д. Самым употребительным было прилагательное броный ‘белый, светлый’, причем использовали его преимущественно для называния беловатой, белосерой масти лошадей (соответственно, пестро-белую лошадь называли брон). Слова того же корня для обозначения масти лошади имелись и в других языках (лат. brunikus ‘рыжеватый, буланый’, чеш. bruna ‘белая лошадь’). Таким образом, и здесь связь русского и других языков прослеживается только в области названия масти лошадей.

Роль основного цветонаименования для обозначения коричневых оттенков в русском языке долго играло слово бурый. Именно оно использовалось для называния коричневых оттенков, не связанных с мастью животных. Впоследствии, когда возросла потребность в более дифференцированном обозначении разных оттенков коричневого, стали появляться другие слова. В полном соответствии с известными законами, поначалу это были слова, называющие цвет по характерной окраске предметов. Первым здесь было коричневый, потом появились каштановый, кофейный, шоколадный, желудевый, ореховый и т.д. Некоторые объекты являлись частью окружающей среды (орех), и их названия давно были освоены носителями русского языка, а некоторые артефакты появились в обиходе значительно позже (кофе, шоколад). Скажем, кофе (начальная форма — кофей, кофий) пришло в русский язык в XVII в. из турецк. kahve, kave.

Говоря о слове коричневый, заметим, что его происхождение лежит, как говорится, на поверхности: «цвета корицы». Естественно предположить, что речь идет об известной всем специи. Однако здесь все не так просто.

Термин корица отнюдь не заимствование. Афанасий Никитин, стараниями которого эта восточная диковинка в XV в. появилась на Руси, назвал ее исконно русским словом: корица — уменьшительное от кора — означало среднюю, мягкую часть коры, которую зачастую использовали для разных целей (драли лыко, получали красители и т.д.). У В. Даля слово корица включено в статью «кора» и толкуется как ‘пряная средняя кора с корицевого (коричного) дерева’. В своем значении ‘название специи’ слово корица является уникальным: ни в одном другом языке этот корень не зафиксирован. Так, англ. cinnamon, нем. Zimt, Zinnamon, франц. cannelle восходят к лат. cinnamum, которое, в свою очередь, было заимствовано из семитских языков Малой Азии и появилось, видимо, вместе с самой привезенной с Востока специей.

Собственно цветовое прилагательное появляется в русских деловых памятниках только XVII в. и долгое время, вплоть до конца XVIII в. используется лишь для называния цвета одежды, тканей. Сначала это была форма коричный, позднее коричневый. Современная форма слова Словарем В. Даля характеризуется еще как «ошибочная»; правильной признается вариант коричный. Конечно, коричневый выглядит более органичным и потому его «победа» была предрешена. Старая форма сохранилась по непонятным нам причинам лишь в сочетании коричные яблоки.

Полноправным цветонаименованием коричневый становится на рубеже XIX-XX вв. Какие же качества позволили этому слову в конце концов резко расширить сферу употребления и постепенно вытеснить из употребления слова более древнего происхождения? Возможно, не последнюю роль сыграл здесь спокойный и довольно красивый цвет, который изначально и был назван коричным, или коричневым. Этот цвет светлее бурого, не имеет ни красного, ни сероватого или грязноватого оттенка. Само происхождение слова от названия коры дерева, употребляющейся как пряность, также, видимо, явилось достоинством. Очень скоро прилагательное «отходит» от производящей основы и его происхождение как бы забывается (вероятно, новый словообразовательный вариант — коричневый вместо коричный — также способствует этому). Большинство носителей русского языка, называя коричневый цвет, не помышляли о пряности, которая, кстати, была не в таком уж ходу в повседневной жизни.

В современном языке группу слов, обозначающих коричневые оттенки, можно считать сформировавшейся. Однако процесс выделения основного названия завершенным считать нельзя. «Борьба» здесь идет, конечно же, между коричневый и бурый. Некоторые признаки обоих слов позволяют считать их основными в равной степени. Упомянем хотя бы такой признак, как использование слова в толкованиях других слов (например, малиновый, бордовый, алый и т.п. всегда толкуются как ‘оттенок красного цвета’, а изумрудный, салатовый, патиновый и т.п. — как оттенки зеленого). Что до пары коричневый — бурый, то пока словари толкуют их друг через друга (коричневый = имеющий темный буровато-желтый цвет; бурый = серовато-коричневый).

В русском языке характерным свойством любого основного цветонаименования является его способность к активному словообразованию (от красный можно образовать слова краснота, краснеть, красноватый и т.п., в то время как это практически невозможно со словами бордовый или малиновый). В паре коричневый — бурый этим свойством в большей мере обладает бурый (ср. буреть в отличие от *коричневеть; ср. также наличие зоонимов Бурка — кличка лошади или собаки, Буренка — кличка коровы). В этом сказывается более древнее происхождение слова бурый.

Если говорить об общей употребительности, то здесь картина такова. В обследованных нами литературных текстах общим объемом более 2 млн. словоупотреблений коричневый встретилось 111 раз, а бурый — 390 раз (в то время, как шоколадный, кофейный, ореховый и каштановый менее 10 раз каждый). Получается, что бурый более употребительно, чем коричневый. В нашей выборке значительную долю составляли тексты классической русской литературы XIX в.

Более показательны результаты эксперимента, в котором носителей русского языка просили вспомнить все известные им названия цвета. Из 200 анкет коричневый появился в 177, а бурый — только в 62. По этим данным в современном русском языке (а именно он запечатлен в «головах» носителей языка) роль главного слова уже явно принадлежит коричневому. Бурый не только значительно уступил ему, но и почти сравнялся по общей употребительности с другими словами того же ряда (ср. каштановый — 51, кофейный — 35 и т.д.).

Наконец, еще один важный признак — сочетаемость. Характерной чертой «основного» цветонаименования является самая широкая его сочетаемость с разными существительными. Скажем, слово карий, независимо от его общей частоты употребления, не может претендовать на роль «основного», поскольку преимущественная сфера его употребительности — называние цвета глаз, реже — масти лошадей. В этом отношении доминирующая роль слова коричневый далеко не так очевидна. Интересно, что в отличие от многих других слов, толковые словари считают уместным именно для пары коричневый — бурый сообщать данные о сочетаемости, При этом для слова коричневый в качестве преимущественной сферы употребления называют артефакты (коричневый карандаш, фломастер, обивка мебели, костюм), а для бурый — такие сферы денотации, как почва (бурые почвы, бурая степь, бурый песок), минералы (бурый железняк, уголь), растения (бурая пшеница, бурые водоросли) и, конечно, животные (бурый медведь, бурая корова, лошадь, лисица).

Данные словарей опираются в первую очередь на письменные источники, которые могут весьма не точно отражать тенденции развития современного языка. Поскольку нас интересует именно современный язык, мы решили обратиться к носителям русского языка, проведя собственное исследование.

Для эксперимента были отобраны 6 слов из группы коричневых (каштановый, бурый, шоколадный, коричневый, карий, кофейный). Испытуемые оценивали сочетаемость каждого из них с 12 различными существительными (предметами неживой природы — земля, камень; артефактами — платье, портфель и словами, связанными с животным миром, — лошадь, волосы).

Слова коричневый и бурый значительно превзошли все другие слова по сочетаемости с разными типами предметов. Значит, в представлении современных носителей языка именно эти два слова по-прежнему являются главными в данной группе. За некоторыми исключениями карий и каштановый вообще не могут сочетаться с чем-либо, кроме своих основных контекстов (глаза и волосы соответственно). При оценке сочетаемости слов шоколадный и кофейный некоторое предпочтение отдается сочетаниям шоколадная кожа и кофейное платье, но вообще эти слова еще явно не освоены языком.

Эпитет коричневый приложим ко всем предметам без исключения, чего никак нельзя сказать о слове бурый. Эта характеристика, как ничто другое, подтверждает статус коричневого как основного цветонаименования. Вместе с тем, обращает на себя внимание неоднородность индекса сочетаемости обоих слов с разными типами предметов. Резко выделяется группа слова, обозначающих артефакты: коричневый является практически единственно возможным и, наоборот, бурый столь же категорически признан неприемлемым. В ситуации с объектами неживой природы бурый сохраняет ведущую позицию.

Мы показали, что появившееся в XX в. цветонаименование коричневый, не имеющее точных этимологических соответствий ни в каком другом языке, успешно вытесняет с ведущих позиций слово бурый, которое имеет прозрачное общеиндоевропейское происхождение и на протяжении сотен лет выполняло функцию основного слова данной группы.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *